Новые русские учебники психологии либо повторяют хорошо забытые шутки советских психологов, либо, как делал академик Дружинин, вовсе выбрасывают этот раздел из своих учебников.
Тогда же, когда они вынуждены говорить о способностях, как тот же Дружинин в книге с названием «Психология общих способностей», о русской психологии способностей не говорится ничего, советской отводится страница, от силы две. Зато на всю большую книгу разворачивается то, что ввел в 1977 году академик Петровский — рассказ о том, как делают способности в Америке…
В целом же приводятся два определения способностей — Рубинштейна и Теплова. Иначе говоря, способности — это либо психические свойства, обеспечивающие успешность деятельности, либо психические особенности личности, тоже обеспечивающие успешность.
Я же, на основании проделанного исследования, могу предположить, что тема эта так исхожена нашими учеными, что ничего нового, кроме давно забытого на Западе, они о ней сказать не могут. Предмет исчерпал себя, и даже непонятно, как защитить по нему диссертацию…
При этом непроизвольно рождается вопрос: есть ли вообще такой предмет психологии, как способность? Не является ли она предметом исключительно языковедческим, иначе говоря, не есть ли это лишь способ говорить о том, как личность может делать дела?
Однако я еще не заглядывал в то, что о способностях говорили раньше.