В то утро погода выдалась особенно мерзкой — лил холодный, нудный дождь, небо затянуло свинцовыми тучами, а воздух пропитался запахом сырости и гнили. Саша бы с удовольствием проспала до десяти утра, особенно если это суббота, но её пёс Джек этого бы не понял. Едва на часах пробило шесть, он притащил поводок прямо в кровать, ткнулся холодным носом в руку и тихо заскулил — настойчиво, требовательно.
Зевая и тихо ругаясь, она глянула на улицу. Дождь барабанил по подоконнику, размывая очертания деревьев за окном. Она оделась потеплее: джинсы, свитер с высоким воротом, ветровка с капюшоном, резиновые сапоги. Вышла под дождь, натянув капюшон до бровей.
Джек, собака интеллигентная и никуда не спешившая, медленно брёл по тропинке, рассматривая кусты и нюхая землю. Или просто смотрел вперёд, словно задумавшись о глобальном мировом кризисе. Его уши подрагивали от каждого звука, а глаза внимательно изучали окрестности. Саша следом, погружённая в свои мысли, и машинально отмечала знакомые детали: покосившуюся лавочку у входа в сквер, лужи с радужными разводами, голые ветви деревьев, скребущие по небу.
Гуляли они всегда в этом месте, которое гордо называлось сквером. На самом деле это был небольшой лес на окраине города — запущенный, с тропинками, которые пересекались у единственной лавки. Точнее, у «грибка» — старой деревянной конструкции с крышей, покрытой мхом. Обычно они доходили до грибка и шли по другой дороге обратно. Вся прогулка занимала час — время, за которое Саша успевала проветрить голову и насладиться тишиной.
Вдруг Джек звонко залаял и бросился в лес, увлекая за собой поводок. Саша растерянно потопталась на месте, позвала собаку, но тот не вернулся. Зато ей стал слышен лай и скулёж — тревожный, прерывистый. Сердце ёкнуло. Она поспешила на помощь другу, пробираясь сквозь мокрые кусты и спотыкаясь о корни.
Выскочив на небольшую поляну, Саша замерла. Джек копал яму у старого дуба, разбрасывая комья земли, и жалобно скулил. Его лапы дрожали, а уши прижаты к голове. Саша подошла ближе, чувствуя, как по спине пробежал мороз. То, что раскопала её собака, заставило её задохнуться от ужаса: человеческие останки. Кости, частично прикрытые землёй, с остатками ткани. То, что это человеческая кость, она узнала точно — была бывшим медиком и видела достаточно, чтобы отличить бедренную кость от собачьей.
Не теряя ни минуты, она достала телефон, дрожащими руками набрала 112 и вызвала полицию. Затем силой оттащила Джека от ямы, обхватила его за шею и прижала к себе. Пёс дрожал, уткнувшись носом в её плечо.
Вскоре на поляну прибыли полицейские и криминалисты. Замелькали фонари, защёлкали фотоаппараты, зашуршали пакеты для улик. Началась работа. Поначалу всё выглядело если не странно, то хотя бы привычно — обычное убийство, может, давнее захоронение. Но всё было не так.
— Там не одно тело, — донёсся до Саши голос эксперта. Она с Джеком стояли неподалёку, укрывшись под елью, и невольно всё слышали.
— А сколько? — спросил следователь — мужчина лет пятидесяти, с уставшими красными глазами и в несвежей рубашке. Его плащ промок, а волосы прилипли ко лбу.
— Пока нашли троих. Сколько их там на самом деле — сейчас трудно сказать. Похоже, это братская могила.
Следователь присвистнул и кивнул, соглашаясь. Его взгляд скользнул по поляне, задержавшись на Саша. Её допросили — кратко, без лишних деталей, — и отпустили домой.
А чуть позже, сидя на кухне с чашкой остывшего чая и гладя дрожащего Джека, Саша узнала из новостей, что в той братской могиле обнаружили семь тел. Возраст жертв, судя по предварительным данным, варьировался от 20 до 40 лет. Все — женщины.
Ужас и паника накрыли город. Люди обсуждали страшную находку на остановках, в кафе, у подъездов. Гадали, кто же преступник: маньяк, серийный убийца, кто‑то из своих? В воздухе повисло напряжение — каждый взгляд казался подозрительным, каждый звук — угрозой. Она смотрела в окно, на дождь, который всё шёл и шёл, смывая следы, но не ответы. И где‑то в глубине души она понимала: это только начало.
**
Саша сидела на балконе, глядя на закатное небо, сжимая в руках кружку с горячим чаем. Лучи заходящего солнца окрашивали облака в багряные и оранжевые тона, но она не замечала этой красоты — мысли были далеко. Джек спал под стулом рядом, изредка вздрагивая во сне. Она думала о новом мужчине, с которым познакомилась недавно.
Его звали Вячеслав, сорок лет, приятный в общении и внешне симпатичный. Они познакомились в кофейне, куда Саша заходила пару раз в неделю, если ехала в офис — обычно она работала из дома. В Вячеславе было что‑то успокаивающее: мягкий взгляд, неторопливая речь, привычка внимательно слушать. Он предложил встретиться ещё раз, и Саша, поколебавшись, согласилась.
За прошедший год после развода это было её первое свидание с мужчиной. С бывшим мужем всё было по классике: вроде и зарабатывал неплохо, а домой деньги не приносил — по большому счёту жил за счёт Саши. Как она потом узнала, все пять лет брака он активно спонсировал свою мать и любовницу. Причём бывшая свекровь не только знала о любовнице, но и одобряла. Эта чудная семейка ещё и хотела её квартиру при разводе отжать — да не вышло. Квартира была добрачная, а больше делить было нечего. Ну так думала Саша. Зато бывший со своей мамашкой решили, что делить будут даже ложки и вилки. В итоге всё вылилось в настоящий фарс: судебные заседания, взаимные обвинения, угрозы.
И вот наконец она одна в своей квартире — в тишине, в безопасности. Позже она вспомнила нелюбовь бывшего мужа к её собаке. Кстати, Джек платил ему той же монетой — наверное, чувствовал. Пёс всегда рычал, стоило бывшему переступить порог, и отказывался есть, если тот находился рядом.
Это Джек нашёл ту братскую могилу с телами женщин. Сашу до сих пор передёргивало от воспоминаний, а хуже то, что ей это снилось — каждую ночь одно и то же: поляна, дождь, кости, торчащие из земли, и скулёж Джека. Шум по этому делу в городе так и не стихал. Журналисты начали собственное расследование и теперь атаковали её: подкарауливали у дома, звонили, писали сообщения с просьбами дать комментарий. Один репортёр даже попытался проникнуть на балкон, пока она была в душе.
Спустя пару недель Сашу вызвали снова к следователю. Нехотя она поехала, оставив Джека дома — пёс беспокойно метался у двери, будто чувствовал неладное.
— Присаживайтесь, Александра, чай или кофе? — следователь изо всех сил старался быть вежливым. Его кабинет был небольшим, захламлённым папками и документами, на стене висела карта города с отметками.
— Просто воды, — ответила Саша, садясь на стул. — Я что‑то не подписала?
— Я хотел бы ещё раз с вами побеседовать.
— Простите, я не помню вашего имени.
— Кирилл Александрович. Итак, давайте поговорим ещё раз о том утре. Прям вот подробно, с момента, как открыли глаза.
Саша нахмурилась, но послушно рассказала, как всё было: от момента, как её разбудил Джек, настойчиво тыкаясь носом в руку, до момента, когда приехала полиция. Она описала каждую деталь: звук дождя, запах мокрой земли, странное ощущение, будто кто‑то наблюдает за ней в тот момент, когда она шла по тропинке.
— Я слышала, там нашли несколько тел, — осторожно сказала она, когда закончила рассказ.
— Да, семь тел, разной степени разложения, — Кирилл Александрович откинулся на спинку кресла, его лицо стало серьёзным. — И это ещё не всё. Мы думаем, он на свободе и уже ищет новую жертву. Я вас за этим вызвал, чтобы предупредить. Если вы заметите что‑то странное или настораживающее — сразу вызывайте наряд.
— Вы думаете, он будет охотиться на меня? Зачем? — Саша почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Лучше перестраховаться. Вы были первой, кто обнаружил место преступления. Возможно, преступник знает об этом. Или думает, что знает.
Они ещё немного поговорили. Кирилл Александрович уточнил несколько деталей, записал её показания и дал личный номер телефона.
— Если что — звоните в любое время, — сказал он, провожая её до проходной. — И будьте осторожны.
Он смотрел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом. У него было дурное предчувствие в отношении этой девушки. Что‑то в этой истории не сходилось — слишком много совпадений. Почему именно её пёс нашёл могилу? Почему она оказалась в том месте в то утро? И почему преступник до сих пор не оставил следов? Кирилл вздохнул, потёр виски и вернулся в кабинет. Предстояло ещё много работы.
Саша шла к машине, кутаясь в пальто. Ветер усиливался, небо затягивали тучи, предвещая новый дождь. Она достала телефон и набрала номер Вячеслава.
— Привет, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Ты свободен сегодня вечером? Мне бы не помешало отвлечься…
— Конечно, — голос Вячеслава прозвучал тепло и уверенно. — Давай встретимся в той кофейне, где мы познакомились? Часа через два?
— Да, отлично, — Саша почувствовала, как напряжение немного отпускает. — До встречи.
Она села в машину, завела двигатель и бросила взгляд в зеркало заднего вида. На мгновение ей показалось, что за деревом у входа в участок стоит кто‑то в тёмном плаще. Но когда она присмотрелась внимательнее, там никого не было. «Паранойя», — подумала она, выезжая со стоянки.
Кофейня встретила её запахом свежемолотого кофе и тихим шумом разговоров. Вячеслав уже сидел за столиком у окна, листая меню. При виде Саши он улыбнулся и встал, чтобы помочь ей снять пальто.
— Ты выглядишь уставшей, — заметил он, когда они сели. — Что‑то случилось?
Саша колебалась. Ей не хотелось нагружать нового знакомого своими проблемами, но что‑то в его взгляде подсказывало — он поймёт.
— Меня сегодня вызывали к следователю, — начала она осторожно. — По тому делу… с могилой в лесу.
Вячеслав перестал улыбаться, его лицо стало серьёзным.
— Понимаю. Это, должно быть, тяжело.
— Следователь сказал, что преступник, возможно, всё ещё на свободе и может искать новую жертву, — Саша понизила голос. — И что мне стоит быть осторожнее.
— Может, тебе стоит какое‑то время пожить не одной? — предложил Вячеслав. — Хотя бы пока ситуация не прояснится.
Саша хотела было возразить, но вдруг поняла, что идея не так уж плоха. Оставаться одной в квартире, где каждый шорох заставляет вздрагивать, становилось невыносимо.
— Знаешь, — она улыбнулась впервые за день, — это, пожалуй, хорошая мысль.
Они ещё долго разговаривали — о детстве, о работе, о мечтах. Вячеслав оказался удивительным собеседником: он умел слушать и вовремя вставлять нужные слова. Когда они вышли из кофейни, дождь уже начался, но Саша почти не замечала его. Впервые за долгое время она почувствовала себя в безопасности.
На следующий день Саша решила навести порядок в квартире перед переездом к Вячеславу. Она складывала вещи в коробки, когда Джек внезапно зарычал и бросился к окну. Саша подошла ближе и замерла. На противоположной стороне улицы стоял автомобиль с тонированными стёклами. Он стоял там уже минут десять — слишком долго для случайного прохожего.
Сердце забилось быстрее. Саша достала телефон и сфотографировала машину, стараясь поймать номер. Потом набрала Кирилла Александровича.
— Вы говорили звонить в любое время, — прошептала она. — У моего дома подозрительная машина. Стоит уже давно.
— Оставайтесь внутри, — тут же отозвался следователь. — Я отправлю наряд. Не подходите к окнам.
Саша закрыла шторы, взяла Джека на руки и села на диван. Пёс дрожал, прижавшись к ней. Через полчаса она услышала вой сирен, а затем — громкие голоса на улице.
Через час Кирилл Александрович позвонил снова:
— Машина была угнанной. Внутри нашли оборудование для слежки: камеры, жучки. Похоже, за вами действительно кто‑то следит.
— Но кто? — голос Саши дрожал.
— Мы проверяем все версии. Пока что советую последовать совету вашего друга — пожить в другом месте. И ещё… будьте особенно осторожны с новыми знакомыми. Преступник может пытаться подобраться к вам через них.
Саша положила трубку и посмотрела на Джека. Пёс всё ещё дрожал, уткнувшись носом в её колени. В дверь позвонили. Она вздрогнула, но на экране домофона увидела Вячеслава с сумкой в руках.
— Я решил приехать пораньше, — сказал он, входя. — Помочь с вещами. Что‑то случилось? Ты бледная.
Саша рассказала ему всё: и про машину, и про предупреждение следователя. Вячеслав выслушал молча, затем обнял её за плечи.
— Значит, тем более важно, чтобы ты была не одна, — твёрдо сказал он. — Собирай самое необходимое. Мы уезжаем прямо сейчас.
Когда они спускались в лифте, Саша бросила последний взгляд в окно. Улица была пуста, но ощущение чьего‑то взгляда на спине не проходило. Джек тихо зарычал, будто подтверждая её опасения.
«Это только начало», — подумала Саша, выходя на улицу. Дождь всё шёл, смывая следы, но не ответы.
**
Вячеслав предложил Саше пожить у него на даче в пригороде — тихом месте, окружённом лесом, в получасе езды от города.
— Там спокойно, свежий воздух, — говорил он, аккуратно складывая её вещи в сумку. — Дом стоит на отшибе, рядом — никого. И Джек будет рад побегать по участку.
Саша насторожилась. Мысль о том, чтобы уехать из города, казалась здравой, но что‑то в этой идее вызывало тревогу. «Почему именно дача? Почему не его квартира?» — крутилось у неё в голове. Она вспомнила предупреждение Кирилла Александровича: «Будьте осторожны с новыми знакомыми».
— Ты уверен, что это удобно? — осторожно спросила она.
— Абсолютно, — Вячеслав улыбнулся, но улыбка получилась какой‑то натянутой. — Я там редко бываю, дом пустует. Будет здорово, если он оживёт хоть ненадолго.
После минутного колебания Саша согласилась. Других вариантов не было: оставаться в квартире, за которой, возможно, следят, было опасно.
На следующий день они с Джеком отправились на дачу. Дорога петляла среди полей и перелесков, постепенно деревья становились гуще, а дома попадались всё реже. Наконец Вячеслав свернул на узкую гравийную дорогу, и через несколько минут показался дом — старый, но крепкий, с мансардой и просторным двором.
— Ну вот, — Вячеслав открыл калитку. — Добро пожаловать.
Первые дни прошли спокойно. Саша осваивалась на новом месте: развешивала вещи, готовила ужин, гуляла с Джеком по лесу. Вячеслав оказался заботливым хозяином: показывал окрестности, приносил дрова для камина, заваривал чай с травами. Джек, поначалу настороженный, постепенно расслабился и даже позволял Вячеславу чесать себя за ухом.
Но тревога не уходила. Она жила где‑то внутри, то затихая, то вспыхивая с новой силой. Саша ловила себя на том, что прислушивается к каждому звуку за окном, проверяет, надёжно ли закрыты двери, и невольно наблюдает за Вячеславом.
Однажды ночью она проснулась от странного ощущения. В доме было тихо, только дождь стучал по крыше. Джек, спавший у кровати, вдруг поднял голову и тихо зарычал. Саша замерла. Где‑то внизу скрипнула половица.
Она осторожно встала, взяла со стола тяжёлый подсвечник и на цыпочках подошла к двери. Прислушалась. Снова скрип — на этот раз ближе, будто кто‑то поднимался по лестнице.
Саша схватила телефон и набрала Кирилла Александровича. Гудки шли долго, и она уже хотела сбросить вызов, когда следователь ответил:
— Алло? Что случилось, Александра?
— Кто‑то в доме, — прошептала она. — Я слышу шаги. Я на даче у Вячеслава, адрес я вам отправляла. Приезжайте, пожалуйста!
— Оставайтесь на месте, я высылаю наряд, — голос Кирилла Александровича стал жёстким. — Не спускайтесь вниз, забаррикадируйте дверь, если можете.
Саша положила телефон, огляделась. В углу стояла массивная тумбочка. Она подтащила её к двери и прислонила к ручке. Джек теперь стоял рядом, ощетинившись, его рык стал громче.
Шаги приблизились к двери спальни. Ручка медленно повернулась.
— Саша? — раздался голос Вячеслава, он пытался открыть дверь. — Ты почему не спишь?
Она выдохнула, но напряжение не ушло.
— Я слышала шаги внизу, — сказала она, не убирая тумбочку, но приоткрывая дверь. — Кто‑то был в доме.
Вячеслав помолчал, потом вздохнул:
— Это я ходил за водой. Кран на кухне подтекает, я хотел проверить. Извини, что напугал.
Он говорил спокойно, но Саша заметила, как его пальцы слегка дрожат.
— Ладно, — она заставила себя улыбнуться. — Просто нервы.
— Понимаю, — Вячеслав кивнул. — Но если что — я рядом. Спи.
Он ушёл к себе. Саша закрыла глаза, но сон не шёл. Джек лёг у двери и не сводил глаз с лестницы.
Минут через двадцать послышался шум подъезжающей машины, затем — чёткие шаги нескольких человек по гравию. В калитку постучали, и громкий голос потребовал:
— Откройте! Полиция!
Саша бросилась к окну и увидела две патрульные машины, припаркованные у ворот. Несколько полицейских в форме уже осматривали двор, один направился к входной двери. Она отодвинула тумбочку, открыла дверь спальни и поспешила вниз.
На крыльце её встретил Кирилл Александрович в сопровождении двух сотрудников.
— Всё в порядке? — сразу спросил следователь.
— Да, — ответила Саша, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. — Оказалось, это Вячеслав ходил на кухню. Но его ботинки были в грязи…
Кирилл Александрович переглянулся с коллегами.
— Мы всё проверим. Оставайтесь здесь, — он кивнул в сторону гостиной. — Проведём осмотр дома и территории.
Полицейские разошлись по комнатам, проверяя окна и двери, заглядывая в укромные места. Один из них спустился в подвал, другой поднялся на мансарду. Кирилл Александрович внимательно осмотрел следы на полу возле входной двери, затем подошёл к Вячеславу, который стоял у камина.
— Расскажите ещё раз, что вы делали ночью, — спокойно произнёс следователь.
Вячеслав повторил свою историю про подтекающий кран. Кирилл Александрович кивнул, сделал пометку в блокноте и вернулся к Саше.
— По предварительным данным, в доме посторонних не было, — сообщил он. — Но мы усилим патрулирование района. Если что‑то покажется подозрительным, сразу звоните.
Саша кивнула. Джек, который всё это время держался рядом, наконец расслабился и улёгся у её ног. Вячеслав предложил гостям чай, но полицейские отказались и начали собираться.
Когда машины отъехали от дома, Саша глубоко вздохнула. Дождь уже прекратился, и первые лучи рассвета пробивались сквозь тучи. Она посмотрела на Вячеслава — тот выглядел уставшим, но старался улыбаться.
— Спасибо, что вызвали помощь, — сказал он. — Лучше перестраховаться.
Саша молча кивнула. Тревога всё ещё тлела где‑то внутри, но сейчас, после приезда полиции, стало чуть спокойнее. Джек ткнулся носом в её ладонь, словно напоминая: «Я рядом».
Утром, пока Вячеслав готовил завтрак, Саша решила сама осмотреть участок еще раз, ведь ночью шел дождь.
Она вышла во двор и обошла дом. У задней стены, прямо под окном её спальни, она заметила следы — крупные, мужские, явно не Вячеслава (у того был меньший размер обуви). Следы вели к лесу и исчезали среди деревьев.
Саша сфотографировала их и отправила Кириллу Александровичу с коротким сообщением: «Следы у дома. Не Вячеслава. Проверьте его».
Ответ пришёл через несколько минут: «Понял. Жди. Никуда не уходи».
Она вернулась в дом. Вячеслав стоял у окна и смотрел на неё. Его улыбка больше не казалась доброй.
— Что ты там нашла? — спросил он, делая шаг вперёд.
Саша почувствовала, как сердце забилось чаще. Джек зарычал, загородив её собой.Джек стоял перед ней, ощетинившись, его низкий рык вибрировал в тишине дома. Вячеслав больше не улыбался — его лицо исказилось, взгляд стал жёстким, чужим.
— Что ты там нашла? — повторил он, делая ещё шаг вперёд.
— Следы, — Саша старалась говорить ровно, хотя голос чуть не дрогнул. — Не твои. Кто‑то был здесь ночью.
Вячеслав замер, будто обдумывая следующий ход. Затем рассмеялся — коротко, резко, без тени веселья:
— Ты параноик, Саша. После всего, что случилось, неудивительно. Но ты зря подозреваешь меня.
Он сделал ещё шаг, и Саша инстинктивно отступила к стене. Джек зарычал громче, обнажая клыки.
— Не подходи, — она подняла руку, сама не зная, поможет ли это. — Я написала следователю. Он знает, где я.
Вячеслав остановился. В его глазах мелькнуло что‑то, чего Саша раньше не видела — холодный расчёт.
— И что он сделает? Приедет через час, а за это время… — он не договорил, но его взгляд скользнул к окну, затем к двери.
В этот момент зазвонил телефон. Саша вздрогнула, но не двинулась с места. Вячеслав тоже замер, прислушиваясь.
— Возьми трубку, — бросил он. — Посмотрим, кто это.
Саша медленно достала телефон. На экране высветилось «Кирилл Александрович». Она нажала «принять», не сводя глаз с Вячеслава.
— Алло? — её голос звучал на удивление спокойно.
— Александра, мы рядом, — быстро проговорил следователь. — Выйди из дома, если можешь. Мы видим следы машины у ворот.
— Я… я не могу, — Саша бросила взгляд на Вячеслава. Тот сделал шаг к ней, протягивая руку. — Тут что‑то не так. Вячеслав ведёт себя странно.
— Оставайся на связи, — приказал Кирилл Александрович. — Мы уже у калитки.
Вячеслав услышал последние слова и резко рванулся к Саше. Она отпрянула, но он успел схватить её за запястье. Джек бросился вперёд, рыча и скаля зубы. Вячеслав отшатнулся, отпуская её руку.
— Джек, ко мне! — крикнула Саша. Пёс отступил, не сводя глаз с мужчины.
В этот момент раздался громкий стук в дверь.
— Полиция! Откройте! — голос Кирилла Александровича прозвучал чётко и властно.
Вячеслав метнулся к окну, но Саша преградила ему путь.
— Не надо, — сказала она. — Всё кончено.
Он замер, тяжело дыша. В его взгляде мелькнуло отчаяние, затем — что‑то похожее на облегчение.
— Ладно, — выдохнул он. — Ладно.
Дверь распахнулась, и в дом ворвались полицейские. Кирилл Александрович вошёл следом, быстро оценивая ситуацию.
— С вами всё в порядке? — спросил он у Саши.
Она кивнула, чувствуя, как напряжение покидает тело. Джек подошёл к ней и ткнулся носом в руку.
— Да, — ответила она. — Но я не понимаю… Вячеслав, зачем?
Тот опустил голову.
— Я не убийца, — тихо сказал он. — Я пытался его выследить. Тот, кто закопал тела в лесу… он мой брат.
Кирилл Александрович нахмурился.
— Ваш брат?
— Да. Мы не общались много лет, но я узнал его почерк. Он всегда оставлял следы у своих жертв — маленькие метки, которые никто не замечал. Я хотел поймать его сам, чтобы не втягивать вас, но… — Вячеслав вздохнул. — Я понял, что не справлюсь. А когда вы нашли могилу, я испугался, что он доберётся до вас. Хотел защитить.
Кирилл Александрович переглянулся с коллегами.
— Нам нужно всё это проверить, — сказал он. — Пройдёмте с нами. Александра, вы тоже можете поехать в участок — дадите показания.
Саша кивнула. Она всё ещё не до конца верила в услышанное, но теперь хотя бы понимала, почему Вячеслав вёл себя так странно.
На улице дождь начал стихать. Саша погладила Джека по голове.
— Поехали домой, — сказала она псу. — Наконец‑то всё закончится.
Но в глубине души она знала: это ещё не конец.
Продолжение сегодня в 20-00