Знаете, что меня всегда цепляет в этой истории? Высоцкий написал для фильма две песни. Сам, по собственному желанию, не потому что попросили, а потому что горел этой ролью. Принёс их Митте, они вместе прикинули, куда что вставить. Всё шло хорошо. А потом при монтаже режиссёр взял и убрал обе. И то, что было живым творческим союзом, тихо рассыпалось. После съёмок, по словам самого Митты, они с Высоцким из друзей превратились в людей, которые просто знакомы. Вот вам и весь «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил» в одной фразе: большой человек, большой замысел и система, которая умела превращать трагикомедии в комедии, а дружбу в знакомство. Но кино всё равно получилось. И его смотрят до сих пор.
Откуда взялся этот сюжет - и почему он важнее, чем кажется
Пушкин был не просто великим поэтом. Он был ещё и правнуком настоящего африканца при русском дворе. Его прадед Ибрагим Ганнибал - это не выдумка, не литературный персонаж, а живой человек, которого маленьким мальчиком привезли в Россию и подарили Петру I. Царь крестил его, дал имя, воспитал при дворе. Потом отправил учиться во Францию. Потом вернул. Ганнибал дослужился до высоких военных чинов, дожил до 85 лет и был по всем меркам человеком незаурядным.
Пушкин за этот сюжет взялся в 1827 году и написал несколько глав - а потом бросил. Так и не закончил. Может, не нашёл нужного финала. Может, почувствовал, что правда жизни и правда искусства тут плохо сходятся: реальный Ганнибал женился уже после смерти Петра и совсем на другой женщине, совсем иначе. Но поэту была нужна другая история - про одиночество человека, который и в Париже чужой, и в Петербурге чужой, и при этом не ломается.
Именно этот незаконченный текст взял режиссёр Александр Митта. Взял и решил дописать его - только уже не словами, а кинокадрами. Он хотел снимать трагикомедию. Сам Высоцкий говорил, что именно это его и привлекло: сыграть «интеллигентного человека в неинтеллигентном мире». Ни тот ни другой не знали тогда, во что это выльется.
Как Высоцкий чуть не уступил место Гарри Белафонте
Это звучит невероятно, но на роль Ибрагима Ганнибала рассматривали американского певца и актёра Гарри Белафонте. Его продюсер специально прилетел в Москву, потратился на перевод сценария, провёл переговоры. Митта выслушал всё это и отказал. Объяснение было простым и точным: Ибрагим у него должен быть русским интеллигентом, просто с другим цветом кожи. Американская звезда тут не подходит, по сути, а не по цвету.
Был ещё Александр Кайдановский, который официально прошёл пробы. Но Митта хотел Высоцкого. Госкино эту идею встретило без восторга - Высоцкий был неудобным человеком, его песни расходились в магнитофонных записях по всей стране помимо официального одобрения, и это нервировало начальство. Режиссёр настоял.
Съёмки шли в Юрмале, на Латвийском взморье, в 1975 году. Высоцкий жил в гостинице «Юрмала» прямо на центральной улице Йомас, где каждый вечер гуляли курортники и из открытых ресторанных дверей тянуло музыкой. Работал он не просто добросовестно, а с той особой страстью, которая бывает, когда человек чувствует роль своей. Через несколько дней принёс Митте две готовые песни - «Купола» и «Разбойничью». Написал сам, специально для фильма. Режиссёр принял их, нашли место в картине. Казалось, всё складывается.
При монтаже Митта от песен отказался. Объяснил: они задавали такую высоту, до которой сама картина уже не дотягивалась. Логика в этом была. Но Высоцкий воспринял это иначе. Позже он говорил об этом ровным голосом - без скандала, без истерики, с той сухой тональностью, которая иногда говорит о боли гораздо больше, чем крик.
А потом случилось ещё кое-что. Роль Петра I по первоначальному сценарию была почти эпизодической. Но когда Митта увидел, как в кадре работает Алексей Петренко, он попросил сценаристов дописать царю новые сцены. Дописали - и за счёт чего? За счёт эпизодов с Ганнибалом. Высоцкий оказался буквально оттеснён своим же партнёром. А когда фильм переименовали из «Арапа Петра Великого» в «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил», Высоцкий прокомментировал это с горькой усмешкой: брали, мол, на заглавную роль, а в итоге стал «после царя и запятой».
Что происходит в самом фильме
Действие - петровская эпоха, начало XVIII века. Россия тогда была как стройка в разгаре: Петербург ещё пахнет свежесрубленным деревом, на ассамблеях боярские дочери неловко пытаются освоить европейские поклоны, а царь носится по стране как ураган, вколачивая перемены в народ кулаком и указом.
Ибрагим Ганнибал возвращается из Парижа. Образованный, по-французски вежливый, умеющий вести разговор на нескольких языках. И при этом совершенно один в стране, где его воспринимают не как человека, а как экзотику. Люди пялятся, шепчутся. На одном из балов он видит Наташу Ртищеву, дочь боярина Гаврилы Ртищева, и влюбляется. Наташа при первой встрече пугается - пугается его непохожести, его черноты, всего того, что не вписывается в привычный мир.
Царь Пётр, привязанный к крестнику не нежно, а крепко, по-петровски, решает их поженить. Не из сердечных соображений, а из государственных: хочет привязать Ибрагима к русской земле, сделать своим навсегда. Но арап отказывается. Он понимает: любовь не приказ, насильно мил не будешь, а брак без взаимного желания - это не жизнь, это тюрьма. Пётр в ярости. Между ними встаёт стена.
Дальше происходит то, что в хорошем кино случается именно тогда, когда герои перестают притворяться. Наташа начинает видеть в Ибрагиме не пугающую диковину, а человека. Финал у фильма счастливый - и этим он отличается от пушкинского незаконченного текста, который обрывается в самом напряжённом месте.
Примирение происходит не потому, что царь приказал, а потому что Наташа сама сделала выбор. Пётр благословляет обоих со своей фирменной интонацией: «Молчи, молчи, а то опять поссоримся!»
Актёры: состав, который чуть не был совсем другим
Владимир Высоцкий играет Ибрагима почти без внешних эффектов. Его герой не кричит, не жестикулирует лишний раз. Он слушает. И именно это - умение слушать так, что это видно на лице - держит весь фильм на внутреннем напряжении. Высоцкий сыграл не экзотику и не жертву. Он сыграл достоинство. Негромкое, несгибаемое, то самое, которое во все времена выглядит неудобно для окружающих.
Алексей Петренко в роли Петра I перетянул на себя картину - и трудно сказать, плохо это или хорошо. Его Пётр не парадный. Не монумент с гравюры. Это живой, непредсказуемый, страшноватый человек с огромной энергией и полным отсутствием сантиментов. Петренко к тому времени несколько лет снимался у Климова в «Агонии» - фильме, который неоднократно запрещали. Вся та сдерживаемая мощь нашла выход здесь. Под него переписали сценарий - и правильно сделали.
Ирина Мазуркевич сыграла Наташу Ртищеву без единой фальшивой ноты. Её героиня проходит путь от настоящего испуга до настоящей привязанности, и этому пути веришь - потому что он показан без торопливости, без сентиментальности.
Валерий Золотухин, Михаил Кокшенов, Олег Табаков, Михаил Глузский, Владимир Меньшов, Людмила Чурсина - в этом фильме нет случайных лиц. Каждый работает в одном ритме, и это ощущается.
Отдельная история - Ирина Печерникова в роли французской возлюбленной Ибрагима, графини де Кавеньяк. Во время съёмок она сломала ногу. Высоцкий носил её на руках - не только по сцене, но и между дублями.
Цензура, Шолохов и письмо Брежневу
Митта изначально смонтировал двухсерийный фильм. Госкино потребовало сократить до одной серии. Это не правка, это операция без наркоза: из картины вырезали кульминацию. По словам самого режиссёра, именно после этого трагикомедия превратилась в незатейливую комедию. Живую, яркую - но потерявшую то, ради чего всё затевалось.
А потом случился Шолохов. 14 марта 1976 года Михаил Александрович - нобелевский лауреат, автор «Тихого Дона», человек с колоссальным официальным весом - направил письмо Брежневу. В нём фильм был назван произведением, которое «открыто унижает достоинство русской нации» и «осмеивает русскую историю». По имеющимся сведениям, к написанию этого письма Шолохова подтолкнул критик Семанов. Но письмо существовало, и это был уже не бытовой скандал - это было политическое давление.
Фильм всё же вышел. Премьера состоялась 6 декабря 1976 года в московском Доме кино. Но в США картину не купили по причине, которую сложно было предугадать: белый актёр в гриме в роли чернокожего персонажа грозил вызвать претензии с обеих сторон американского расового спора. Советская трагикомедия о XVIII веке оказалась неожиданно актуальной темой для американской повестки 1976 года.
Поэт и драматург Александр Галич в своё время сказал про этот фильм нечто точное: по его мнению, картина получилась «стилизацией стилизации». Пушкин романтизировал историю прадеда. Митта романтизировал Пушкина. В итоге за несколькими слоями красоты исчезло что-то живое и настоящее.
Музыка, которую мы так и не услышали в фильме
Альфред Шнитке написал для картины музыку. В 1976 году это было смело: Шнитке работал на стыке академической традиции и авангарда, его не особо жаловало официальное музыкальное начальство. Его партитура придала фильму особое дыхание - одновременно тревожное и праздничное, словно бал, за окнами которого что-то назревает.
Но помимо Шнитке были «Купола» и «Разбойничья» - песни Высоцкого, написанные специально для этой картины. Обе впоследствии вошли в число лучших его вещей. «Купола» особенно - это одна из самых пронзительных его песен о России, о вере, о том, что остаётся, когда всё остальное уходит. Есть ощущение, что именно разрыв с конкретным фильмом дал этим песням особую свободу. Они выжили сами по себе и, может быть, даже стали сильнее без контекста, который их породил.
Почему стоит пересмотреть этот фильм сегодня
В 2026 году «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил» смотрится иначе, чем когда-либо. История человека, который не вписывается в среду - по происхождению, по воспитанию, по привычке думать своей головой - не устаревает. Ибрагим у Высоцкого не ищет жалости и не требует принятия. Он просто живёт по собственным понятиям о чести и достоинстве. И именно это делает его неудобным для всех вокруг - и для бояр, и для царя, и для самой системы.
Картина несовершенна, это правда. Цензура срезала с неё живое мясо, оставив только красивую оболочку праздничной комедии. Но в этой оболочке всё равно что-то бьётся. Актёры работали с полной отдачей. Шнитке написал музыку, которая не забывается. Высоцкий держал экран одним взглядом. И где-то за всем этим - незаконченный роман Пушкина, написанный о собственном прадеде с нежностью и горечью одновременно.
Когда Высоцкий в кадре молча смотрит куда-то в сторону, зал замолкает. Это не мастерство в смысле техники - это что-то другое. То, что не объясняется, а просто чувствуется.
А вы смотрели этот фильм - и если да, то кто из актёров зацепил вас сильнее всего? Напишите в комментариях: интересно, одинаково ли мы с вами смотрели на этот экран или у каждого свои герои.
Уважаемые читатели! Если читаете статью в Однокласниках, переходите в 👉профиль, там выходят статьи раньше и найдете больше 📚интересных статей.
Основано на биографических материалах.
ВСЕ ФОТО - из открытого доступа Яндекс.Картинки