Осень на северных реках — время коварное. Температура воды падает стремительно, и если день выдался относительно теплым, то к вечеру над руслом неизбежно поднимается радиационный туман. Это не легкая дымка. Это густая, тяжелая, как разбавленное молоко, взвесь, в которой тонут звуки, а видимость сокращается до длины вытянутой руки.
Я работал инженером-гидрологом. В тот вечер мне нужно было снять показания с датчиков на старой, еще советской бетонной плотине заброшенной микро-ГЭС. Объект представлял собой узкий — не больше полутора метров в ширину — бетонный мост, перекинутый через бурлящий, каменистый каньон. С одной стороны моста — глубокая тихая заводь, с другой — двадцатиметровый вертикальный сброс, где вода с ревом разбивалась об острые скалы. Ограждения давно сгнили и обвалились.
Я дошел до середины моста, снял данные с приборов и закрыл металлический щиток. В этот момент туман, ползший с реки, окончательно накрыл плотину. Мир сузился до куска потрескавшегося бетона под ногами. Рев воды внизу создавал ровный, давящий акустический фон.
Пора было возвращаться на берег, к оставленной на лесной дороге служебной машине. Я развернулся и зашагал по узкому мосту обратно.
Мои тяжелые рабочие ботинки издавали гулкий, ритмичный звук: шлеп... шлеп... шлеп.
И вдруг, сквозь гул падающей воды, я услышал кое-что еще.
Сзади, метрах в десяти от меня, кто-то шел.
Я остановился. Звук шагов позади меня тоже оборвался. Но не мгновенно. Мой ботинок замер, а сзади раздался еще один, лишний «шлеп». Ровно с секундной задержкой.
Я нахмурился. Мозг попытался найти логичное объяснение: эхо от тумана? Отражение звука от скал?
Я сделал один быстрый, резкий шаг вперед.
Шлеп.
Секунда идеальной тишины.
Шлеп — отозвалось из белой пелены сзади.
Холодный пот мгновенно выступил на спине под теплой курткой. Я медленно, не издавая ни звука, поднял правую руку с зажатым в ней тяжелым металлическим фонарем на уровень лица. Подождал одну секунду.
В плотном тумане сзади послышался едва уловимый шорох мокрой ткани. Невидимый преследователь тоже поднял руку.
Ужас, который я испытал в тот момент, был абсолютно парализующим. Это не был зверь. Это был идеальный лесной мимик. Существо, не имеющее собственной формы, которое использовало меня как биологическую матрицу. Оно шло за мной, синхронизируя свою моторику, копируя мой рост, длину шага и амплитуду движений. Ему нужно было время, чтобы окончательно «надеть» мой образ перед тем, как нанести удар.
Но из-за сложности этого биологического копирования у его нервной системы был лаг. «Пинг». Задержка реакции ровно в одну секунду. Оно воспринимало мои действия, обрабатывало их и повторяло ровно через секунду.
Я оказался в идеальной, смертельной ловушке. Я стоял на узком бетонном карнизе без перил. Справа — ледяная вода, слева — смертельный обрыв. Тварь отрезала путь назад, и она постепенно сокращала дистанцию, подстраиваясь под мой ритм.
У меня не было оружия, чтобы отбиться от существа, чьи физические возможности мне неизвестны. Но у меня было кое-что поважнее. Я знал законы физики. И я знал каждый сантиметр этого моста.
Примерно в двадцати метрах впереди бетонный настил плотины имел дефект: старая, обвалившаяся секция образует провал шириной около метра. Днем его легко перешагнуть. В тумане — это невидимая смертельная яма, ведущая прямо в кипящий водосброс.
Я должен был использовать секундный лаг нервной системы мимика против него самого.
Я сжал кулаки, глубоко вдохнул влажный воздух и резко сорвался с места. Я побежал вперед по узкому бетону так быстро, как только мог.
Тварь, выждав свою биологическую секунду, рванула следом. Я слышал её тяжелые, частые шаги. Она двигалась идеальными, огромными скачками, с пугающей точностью копируя мой разгон и мою скорость.
Я считал метры в уме. Десять. Пятнадцать. Восемнадцать.
Я знал, что провал уже прямо передо мной, скрытый белой пеленой. Разогнавшись до максимальной скорости, я в самый последний момент, на самом краю обрыва, резко бросил свое тело вправо, падая на мокрый бетон и вцепляясь побелевшими пальцами в остатки торчащей ржавой арматуры.
Биологическая задержка реакции сработала как часы. Законы ньютоновской физики оказались непреклонны.
Существо бежало в десяти метрах позади меня на огромной скорости. Когда я упал, его мозг еще не получил эту картинку. Тварь продолжала свой смертельный спринт еще ровно одну секунду. За эту секунду тело, несущееся со скоростью бегущего человека, преодолело почти шесть метров.
Когда сигнал «цель упала» наконец дошел до нейронов мимика, было уже слишком поздно. Чудовищная инерция сделала свое дело. Существо просто не успело затормозить на скользком бетоне.
Я лежал на краю провала, вцепившись в металл, и почувствовал, как мимо меня, в тумане, пронеслась тяжелая, серая масса. Тварь попыталась скопировать мое падение, но точка невозврата была пройдена. Она рухнула прямо в метровую зияющую дыру плотины.
Из тумана не раздалось ни крика, ни визга. Только тяжелый, глухой всплеск где-то далеко внизу, мгновенно поглощенный ревом водосброса. Десятки тонн ледяной воды перемололи идеальную копию о донные скалы.
Я лежал на мокром бетоне еще минут десять, пока дрожь в руках не утихла. Затем медленно поднялся, перешагнул провал и дошел до своей машины.
Я сменил работу и больше не выезжаю на гидрологические замеры. Я живу в шумном городе. Но с тех пор у меня осталась тяжелая, неизлечимая паранойя. Иногда, возвращаясь домой поздним вечером в густом осеннем тумане, я резко останавливаюсь. И если я вдруг слышу, что шаги позади меня замолкают ровно на одну секунду позже моих, я не оборачиваюсь. Я не пытаюсь рассмотреть, кто там идет. Я просто начинаю бежать.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#страшныеистории #мистика #саспенс #выживание