Тяжелый внедорожник дернулся, обдав брюки Степана густой смесью грязи. Пожилой мужчина инстинктивно дернул ручку задней двери, но внутри салона сухо щелкнул центральный замок. Заблокировано.
Тонированное стекло со стороны водителя поползло вниз ровно наполовину. Оттуда потянуло теплым воздухом автомобильной печки и дорогим парфюмом. Игорь, не снимая рук в кожаных перчатках с руля, посмотрел на отца. В его взгляде не было ни злости, ни стыда — только глухое раздражение человека, который выкидывает старый, надоевший диван.
— Игорь, багажник-то открой, — Степан поежился от порыва ледяного осеннего ветра. — У нас там сумка с теплыми одеждой. И где это место для отдыха, про которое ты говорил? Тут же лес один.
Анна, кутаясь в тонкий плащ, непонимающе топталась рядом. Капли ледяного дождя тут же осели на ее седых волосах.
— Игореша, сынок… Ты заблудился, наверное? Навигатор сбой дал?
На переднем пассажирском сиденье недовольно цокнула языком Жанна. Она даже не повернула головы, продолжая быстро печатать что-то в телефоне.
— А нет никакого отеля, мам. И сумку я еще в городе выкинул. Зачем вам старое барахло? — голос Игоря звучал по-деловому ровно. — Вы же мне свою долю в трешке отписали? Отписали. Я квартиру уже под залог выставил. Мне для дела деньги нужны срочно, сроки поджимают. А вы со своими вечными жалобами на самочувствие, кастрюльками и шарканьем по ночам мне только мешаете. Воздух тут свежий, дышите. Места красивые.
Стекло с тихим жужжанием поехало вверх.
— Игореша, ты что несешь?! Мы же ремонт собирались… — Анна кинулась к машине, уперлась ладонями в мокрое стекло.
Внедорожник взревел мотором, задние колеса буксанули в слякоти, и машина резко рванула вперед, подпрыгивая на ухабах. Через минуту только красные точки мелькали между соснами, пока не растворились в сгущающихся сумерках окончательно.
Степан стоял посреди разъезженной лесовозной колеи. Вода медленно пропитывала его летние ботинки.
— Стёп… — Анна повернулась к мужу. Ее губы мелко тряслись. — Он же пошутил? Он сейчас за поворотом развернется. Он же вспыльчивый просто, у него на работе стресс…
Степан подошел и крепко приобнял жену за плечи.
— Не развернется, Аня. Пошли. Стой на месте — замерзнем совсем. Темнеет.
Они двинулись по колее вперед, инстинктивно выбирая направление, куда уехала машина. Степан рассчитывал выйти на трассу. Лес вокруг дышал сыростью, мокрым мхом и промозглым холодом, который легко забирался под тонкую городскую одежду.
С каждым шагом в голове Степана крутилась одна и та же сцена. Неделю назад. Их маленькая кухня. Игорь сидит за столом, ест мамины сырники и проникновенно смотрит в глаза. «Родители, это шанс всей моей жизни. Мое дело выходит на новый уровень. Нужен залог для банка. Перепишите квартиру на меня, я через год все верну, еще и дачу вам купим». И они пошли к нотариусу. Отдали всё. Потому что как не поверить единственному сыну?
Через полтора часа ходьбы по лужам Анна начала тяжело оседать на каждый шаг. Снег с дождем усилился, превращаясь в плотную мокрую крупу. Женщина хрипло дышала, хватаясь за рукав мужа.
Внезапно из зарослей орешника с треском вывалилась крупная тень. Анна вскрикнула и попятилась прямо в мутную лужу.
На дорогу вышел пес. Крупный, лохматый, с пепельно-серой шерстью, свалявшейся на боках. Он остановился в пяти шагах, повел черным носом, принюхиваясь к чужакам.
— Не дергайся, — прошептал Степан, задвигая жену за спину. — Стоим тихо.
Пес не проявлял агрессии. Он посмотрел на дрожащих людей желтыми глазами, затем коротко гавкнул, развернулся и неспешно потрусил по едва приметной тропинке, уходящей вглубь леса. Пробежав немного, остановился и оглянулся.
— Тропа там натоптанная, — прищурился Степан. — Пошли за ним. На дороге мы до утра околеем.
Тропинка петляла между корнями минут двадцать. Вскоре вместо сырости потянуло дымком. За пригорком показался приземистый дом. На крыше торчала жестяная труба, из которой шел дым. В единственном оконце горел свет.
Степан громко постучал в массивную дверь.
Щелкнул засов. На пороге стоял мужчина лет пятидесяти. Широкоплечий, с короткой стрижкой с проседью, в толстом свитере и рабочих штанах. Его обветренное лицо не выражало ни удивления, ни беспокойства. Он просто молча оглядел насквозь промокшую пару.
— Мы… заблудились, — Степан сглотнул. — Жене совсем худо. Пусти на час, умоляю. Нам только погреться.
Хозяин перевел взгляд на серого пса, который уже по-хозяйски уселся на крыльце.
— Заходите. Обувь тут скидывайте, на тряпку, — голос у мужчины был хриплый, словно он редко разговаривал.
Внутри было тесно, но жарко. Пахло дровами и чем-то мясным — на плите булькал котелок. Макар — так коротко назвался хозяин — достал из старого сундука два теплых одеяла.
— Раздевайтесь. Мокрое на веревку.
Анна тяжело опустилась на лавку. Ее колотила дрожь, зубы выбивали дробь. Лицо побледнело. Степан суетливо помогал ей стянуть налипший плащ.
Макар молча поставил на грубый стол две кружки, налил в них темного чая из чайника.
— Пейте. С травами. Согреет. Как вас сюда занесло? До трассы тут прилично пешком.
Степан обхватил горячую кружку. Пальцы не слушались. Рассказывать правду было мучительно. Признаться чужому мужику, что вырастил такого человека, который оставил мать в лесу.
— Родственник подвез, — Степан уставился в кружку. — Высадил и уехал.
Макар хмыкнул. Он не стал лезть в душу. Подошел к Анне, присмотрелся к ее неровному дыханию.
— Горячая она вся.
— Ей совсем нехорошо, — голос Степана сорвался. — Помощь какая-то есть у тебя? Хоть что-то?
— Бинты есть да средства для растирания. Медикаментов нет.
Серый пес пролез под стол и лег прямо на босые ноги Анны, тяжело вздохнув.
Макар подошел к окну. Снег повалил густой, залепляя стекло.
— Значит так, — хозяин резко отошел к вешалке. — Я сейчас заведу снегоход. Поеду к Михалычу, это в десяти километрах. У него жена бывший медик, запас необходимых средств держит.
— Ты что, в темень? — Степан поднялся. — Замерзнешь или застрянешь где!
— Я тут каждое дерево знаю. Печку подтапливай. Дрова в углу.
Макар натянул тяжелую куртку, вышел. Через минуту во дворе затрещал мотор, и звук стал быстро удаляться.
Время тянулось медленно. Анна начала говорить во сне, метаться.
— Игорек… не бегай по лужам, ноги промочишь… — шептала она, комкая край одеяла. — Мы же тебе велосипед купим…
Степан сидел рядом, смачивая ткань в холодной воде и прикладывая к ее лбу. Он смотрел на жену и чувствовал, как внутри закипает тяжелая обида на собственного сына.
Макар вернулся только под утро. От него веяло холодом. Он скинул куртку, бросил на стол сверток с медикаментами.
Степан сам помог жене, как умел — опыт был. Через час состояние Анны улучшилось. Она глубоко уснула.
Хозяин избы сел за стол, налил себе чая.
— Я там по связи позвонил кое-кому в город, — Макар смотрел на Степана в упор. — Узнал я, что за родственник вас привез. Номера машины мне ребята пробили, благо на выезде с трассы камера стоит. Квартиру отобрал, значит?
Степан опустил голову, тяжело вздохнул. Скрывать уже не было смысла. Он рассказал всё. Коротко, без лишних слов.
— Знаешь, Степан, — Макар крутил в руках пустую кружку. — Я ведь не всегда в лесу сидел. Я в органах в городе отработал прилично. Насмотрелся, как за жилье близкие люди подлость делают. Как матерей выгоняют ради лишних метров. Сюда ушел, чтобы на это не смотреть. А оно само приехало.
— И что теперь? — глухо спросил Степан. — Карточки у нас в куртках остались, телефоны там же. Ничего у нас нет.
— Завтра увидим. Мой знакомый, Антон, сейчас делом занимается. Он уже бумаги проверяет.
К обеду следующего дня погода прояснилась. Анна сидела у печки, пила горячий бульон. Степан во дворе занимался делами, разминая затекшие мышцы. Серый пес крутился рядом.
Макар вышел на крыльцо, прислушался. Вдалеке послышался гул мотора.
— Едет, — усмехнулся Макар. — Я ему там на повороте знаки оставил, чтобы не промахнулся.
Из-за деревьев медленно выехал тот самый черный внедорожник. Он остановился у забора.
Степан замер.
Дверь машины распахнулась. Игорь вылез наружу. Дорогое пальто было расстегнуто, ботинки тут же утонули в слякоти. Он выглядел помятым, дерганым. Жанны с ним не было.
— О! Живые! — Игорь попытался улыбнуться, но глаза бегали. — А я вас ищу! Вы зачем с того места ушли, я же просил ждать!
Макар спустился с крыльца. Он встал между Игорем и Степаном.
— Они не ушли. Ты их выставил.
Игорь брезгливо сморщился, оглядывая избу и небритого хозяина.
— Ты вообще кто такой? Занимайся своими делами. Пап, иди за матерью. Быстро собирайтесь, нам в город надо срочно.
— Зачем? — голос Степана был тихим, но тяжелым.
— Дела, отец, дела! — сорвался Игорь. — Оказывается, вы там подпись не поставили. Без нее документы не принимают, банк деньги не дает. Садитесь в машину, доедем до места, подпишете бумажку, и я вам сразу жилье сниму. Хорошее. Всё, поехали, у меня сроки горят!
— Никуда мы с тобой не поедем, — Степан сжал руки.
Игорь покраснел от злости. Он сделал резкий шаг вперед.
— Ты не понял, отец. Вы сейчас сядете в машину. Иначе я заявлю, что этот человек вас тут силой держит. Давай, шевелитесь!
— Звони. Только связи тут нет, — спокойно ответил Макар. — Да и вряд ли тебе поверят.
В этот момент дверь сарая скрипнула. Оттуда вышел высокий мужчина в синей куртке. Он направился к машине. Знакомый Макара приехал еще ночью.
— Майор Савельев, — мужчина показал удостоверение перед лицом Игоря. — Ну что, бизнесмен? Как там ваши дела поживают?
Игорь попятился к машине. Лицо его вмиг осунулось.
— Это... это ошибка. Семейный спор. Я просто приехал за родителями, у нас недопонимание.
— Ага. Подпись забыли, — Антон достал блокнот. — Мы с вашим нотариусом сегодня пообщались. Нервный он оказался. Как узнал, что дело пахнет махинациями, сразу вспомнил, как вы на него давили.
На крыльцо медленно вышла Анна. Она держалась рукой за косяк. Увидев мать, Игорь попытался изобразить улыбку.
— Мам… ну скажи ему. Скажи, что мы просто поругались. Я же вас забрать приехал…
Анна смотрела на сына. В ее взгляде не было слез. Не было обиды. Только понимание, что перед ней стоит абсолютно чужой человек.
— У нас нет сына, — произнесла она ровным голосом и развернулась, чтобы уйти обратно в тепло дома.
Антон кивнул в сторону дороги.
— Моя машина на трассе стоит. Поехали в отдел, Игорь Степанович. Будем разбираться и про мошенничество, и про то, как вы людей в лесу бросили. У вас теперь много времени будет, чтобы свежим воздухом подышать.
Когда внедорожник скрылся за соснами, во дворе стало необычайно тихо. Только ветер шумел в кронах деревьев.
Степан отложил инструменты.
— Квартиру мы вам вернем, — сказал Макар, глядя на огонь в печи. — Антон человек серьезный, всё аннулируют быстро. Сможете домой вернуться.
Степан посмотрел на свои измазанные ботинки, на серую шерсть пса, на дым из трубы.
— Знаешь, Макар… — Степан провел ладонью по лицу. — Не хотим мы в город. Там стены давят. Если не гонишь, мы бы тут зиму провели. Аня пироги готовит отличные. Я по хозяйству помогу, крышу подлатаю. Пенсию будем получать в поселке, продукты закупать.
Макар глубоко вздохнул. Его суровое лицо едва заметно расслабилось.
— Инструменты в сенях, материалы за домом, — просто ответил он и шагнул к крыльцу.
Степан улыбнулся. Впервые за эти долгие сутки он почувствовал, что всё будет хорошо.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!