Ювелир из Будапешта
По поводу вхождения Лео Франкеля в первый состав Коммуны пришлось устраивать отдельное голосование: «Могут ли иностранцы допускаться в Коммуну?»
Да, Франкель не был французом. Он родился 24 февраля 1844 года в семье еврея-врача в пригороде города Буда – тогда еще Буда и Пешт не стали единым городом Будапештом.
После окончания четырехклассного училища Лео отправился обучаться ремеслу ювелира. Подрался с хозяином и ушел от него. И понесло-покатило Франкеля по белу свету. В 1861 году он объявляется в Южной Германии.
Здесь молодой человек впервые прикоснулся к рабочему движению. В начале 1860-х годов Франкель работает в газете основателя германского социал-демократического движения Лассаля. Одновременно Лео пишет репортажи и в другие германские и австро-венгерские газеты. Это уже какой-никакой, а заработок. Хотя порой приходилось подрабатывать своим прежним ремеслом – ювелирным.
В 1867 году Франкель оказался в Париже. К тому времени уже образован I Интернационал. В Париже возникла секция этой организации. Постепенно в своих убеждениях Франкель дрейфует от лассальянцев к интернационалистам. Точнее к левым прудонистам, среди которых находился и Эжен Варлен.
Первые репрессии во Франции обошли Франкеля стороной. Он то уезжал, то возвращался. Но в 1870 году Франкель организует секцию немецких социалистов во Франции.
Так приходит слава мирская
Лето 1870 года. Максимальный уровень напряжения в отношениях Франции и Пруссии. Неудержимо надвигается война. И вот Франкель – с одной стороны, мутит рабочих, с другой стороны, выступает во главе рабочих немецкого происхождения. Неблагонадежен по всем пунктам.
В июне 1870 года Франкель арестован. Не один, а в числе многих других неблагонадежных. Судебный процесс проходил с 22 июня по 5 июля. И тут Франкель дорвался до трибуны. Конечно, обвинение выглядело слабо – подсудимым вменялось участие в тайном обществе. Но Интернационал, как показал Франкель, отнюдь не тайное общество.
Язык у молодого венгерского еврея был подвешен хорошо – сказывался почти десятилетний опыт работы в газетах. Французский он тоже освоил весьма сносно. В общем, его речи в суде стали известны, а за ними стал известен и сам Франкель.
Тем не менее приговор: два месяца заключения. Да, весьма мягкий. Тут, видимо, еще подразумевалось удалить из общественной жизни эту занозу на период обострения франко-германских отношений. А там маленькая победоносная война и пусть дальше гуляет.
Война вышла не маленькая и отнюдь не победоносная для Франции. 3-4 сентября 1870 года в Париже происходит революция. Империя свергнута, провозглашена республика. Франкель опоздал всего на чуть-чуть, он вышел из тюрьмы через несколько дней после свержения Империи.
Но революция революцией, а война продолжается. Пруссаки подошли к Парижу. Франкель вступил в Национальную гвардию. Вряд ли этот журналист и агитатор представлял большую военную ценность. Он как бы втерся в среду парижских рабочих, среди которых стал действовать еще более активно. Да и получил официальный статус, как бы защитника отечества.
Выступления 31 октября 1870 года и 22 января 1871 года прошли мимо Франкеля. Он всё больше погружался в работу секций Интернационала. С начала 1871 года Франкель заботился о создании совей газеты для пропаганды идей.
Но сколько бы ни проявляли активности члены Интернационала, в событиях 18 марта 1871 года главную роль сыграли не они, а Центральный комитет Национальной гвардии, весьма далекий от I Интернационала.
Коммунар Франкель
Но вот начались выборы в Коммуну. И тут имеющие опыт агитации социалисты смогли воздействовать на умы. А имя Франкеля оказалось уже так известно (во многом благодаря судебному процессу), что он – иностранец! – легко прошел в Коммуну.
Решение же по озвученному в самом начале очерка вопросу прозвучало так:
«Комиссия полагает, что иностранцы могут допускаться в Коммуну, и предлагает вам утвердить избрание гражданина Франкеля».
Так 26 марта 1871 года Лео Франкель вошел в Парижскую коммуну. Через три дня он был избран членом Комиссии труда и обмена. А еще через неделю его включили в Комиссию финансов.
Деятельность Франкеля в дни Коммуны связана в основном с трудовым законодательством (если таким громким словом можно назвать декреты Коммуны). Это декреты о брошенных хозяевами мастерских, о запрещении ночного труда булочников, об отмене произвольных штрафов, о безвозмездном возвращении заложенных в ломбарды мелких вещей.
А вот «продавить» 8-часовой рабочий день Франкель не смог. Слишком уж это казалось революционно даже для коммунаров. В итоге приняли декрет о 10-часовом рабочем дне.
В принципе эта деятельность имела больше историческое, чем сиюминутное значение. Трудовые декреты Коммуны не оказывали первостепенного влияния на борьбу Парижа и Версаля. Это спустя десятилетия было хорошо писать статьи о прогрессивном рабочем законодательстве. Но здесь и сейчас надо было сражаться. Между прочим, об этом писали и Маркс с Энгельсом.
Франкель не имел непосредственного отношения к военным делам. Он вступил в бой только когда версальцы вошли в город. Был ранен на баррикаде. Его отвезли в мэрию XI округа. Здесь Франкелю сделали перевязку и смогли спрятать его накануне окончательного падения Коммуны.
Чуть позже Франкель в плаще баварского драгуна покинул город. Пройти через германские посты ему помогло отличное владение южногерманским диалектом.
Франкель прожил еще 25 лет. Всё это время он занимался политической деятельностью. Был близок к Марксу и Энгельсу. Участвовал в создании II Интернационала. Скончался 29 марта 1896 года в Париже и был похоронен на кладбище Пер-Лашез, у стены которого 25 лет назад расстреливали коммунаров.
------
Все материалы о Парижской коммуне: