В Петербурге в Малом драматическом театре состоялась премьера «На дне», которая уже претендует на статус одного из самых обсуждаемых театральных событий сезона. Этот спектакль хочется увидеть в числе первых — не только ввиду очевидной сильной режиссуры и актерских работ молодых выпускников театральной академии, но и ради ощущения важного культурного выхода: того самого вечера, когда в театр идут в элегантном классическом костюме, предвкушая не просто постановку, а событие. Новое «На дне» в МДТ — это атмосфера, напряжение и редкое сегодня чувство настоящей театральной премьеры, к которой готовятся заранее и о которой долго говорят после занавеса. Итак, порассуждаем, чем так замечательна самая свежая работа именитого режиссера и почему ее непременно стоит увидеть.
Когда впервые приходишь на спектакль Молодой студии Льва Додина, невольно смотришь на ребят глазами самого Додина — с нежностью. С одобрением и пониманием, не пытаясь искать изъяны, а только радуясь их светлой, сильной и смелой энергии, их сияющим добрым лицам.
«На дне» Горького — уже третья работа, за которую взялся Лев Абрамович, все сильнее погружая вчерашних выпускников театральной академии в пространство большой сцены легендарного, прославленного МДТ. В спектакле участвуют 11 ребят, которые в течение полутора часов отлично держат зрительское внимание, увлекают, убеждают, тревожат и даже временами веселят. Но ни в коем случае не позволяют скучать, как скучает, к примеру, Пепел (в пьесе — Васька Пепел), выгоревший персонаж Алексея Тезикова, который буквально сбивает с ног своей уверенностью и жесткостью. Его очевидный мощный талант — очень серьезная заявка на крупные, главные роли.
Вообще, сложно выделять из всего ансамбля только нескольких, кто здорово справился с поставленной задачей. Хочется отметить каждого.
Михаил Тараторкин, внук знаменитого актера, играющий Сатина, — буквально солнце постановки (примечательно, что у Горького одно из первых названий пьесы было «Без солнца», у Додина же солнце безусловно есть. Сатин, сыгранный Михаилом, — свет в конце нерушимой стены, отделяющей маргинальных жителей «дна» от беспечной жизни. Прекрасная внешность, природное обаяние, вдумчивый взгляд — то, что заставляет задуматься о внезапном: кажется, в МДТ у Данилы Козловского подрастает смена. Михаил точно станет любимцем публики.
Ярослав Васильев играет странника (в пьесе этого персонажа зовут Лука) — да так трогательно, так любовно, будто сам Лев Абрамович присутствует на сцене: бережно наставляет, всех жалеет, всех утешает («Коли веришь, — есть Бог; не веришь, — нет… Во что веришь, то и есть…»), напоминая, что у всех своя правда. Этот загадочный герой, пришедший, чтобы помочь найти ответы, завораживает — столько в нем мягкой и мудрой силы.
Актёра играет Михаил Батуев — совершенно убедительно, с той нотой понятного страдания, которая звучит в каждой речи любого невостребованного артиста. «Хотел прочесть из пьесы.. слова забыл.. это все а’лкоголь..» Как будто все лучшее уже случилось, прошло и не вернется никогда. И вдруг, напоследок, все же «быть или не быть» — успел, доказал, предстал актёром, а после: «Офелия, помолись обо мне..»
Анастасия Рождественская — актриса, поразительно похожая на голливудскую звезду Сару Снук, — блестяще играет Настю — девушку сколь странную и обиженную, столь и ранимую, романтичную, бесконечно подкупающую своей верой в добро и любовь, убегающую от реальности в любовные романы и мечты.
Денис Ищенко в роли Бубна — пожалуй, единственная причина доброго смеха, который иногда раздается в зрительном зале. Он понурый, бубнящий, замкнутый, но оттого и забавный. Чувствуется, как зритель любит этого персонажа и ждёт его выразительных реплик.
Софья Запорожская, играющая Наташку, появляется на сцене чрезвычайно эффектно: в красном наряде, «резкая как нате», махнув хвостом роскошных длиннющих волос. Красавица и умница — чудесна в роли девушки, которую любят все, а заступиться за неё некому.
Роль Васки в исполнении Инессы Серенко — это роль запутавшейся власти, воплощение страха и отчаяния, безнадежности и тоски. Сыграно яростно, вдумчиво, на пределе, в самую точку.
Виктор Яковенко и его Барон — лица совершенно безобидные, по-детски уязвимые, сентиментальные. Надо дождаться финала, чтоб узнать, как важно для Барона быть значимым, как дорого прошлое, как бережет он его в себе.
Костыль в исполнении Степана Абрамова — роль сложная, взрослая, неровная, требующая показать не только яркую, форменную внешность, но и внутреннюю боль. Он тоже человек, он тоже хочет счастья, но и его тоже ставят на место — в самом категоричном, невозвратном смысле этого слова.
Богатырь Данил Кулик (и его Абрам), надо признать, сразу — при первом же появлении на сцене — выделяется на фоне остальных героев. На нем, в отличие от них, одежда современного охранника. Разумеется, такое решение в отношении костюма режиссёр принял неспроста. Возможно, чтобы провести параллели с днём сегодняшним. Возможно, чтобы ещё больше отделить его мир от мира жителей ночлежки для малоимущих. В любом случае с приходом этого персонажа на сцене становится оживленно — и крики, и драки, и эффектное хватание за грудки. Зрелищно!
«На дне» — сочинение для сцены Льва Додина — тихий, сокровенный, сложный, краткий и кроткий разговор на вечные темы: что такое правда, что такое Бог, что такое счастье и что есть человек? Гордо ли звучит это слово? Эти размышления подобны тем, что случаются на краю обрыва, здесь — на краю стесненных условий, где люди ютятся в своем новом мирке, припоминая жизнь случившуюся, прожитую, не сохраненную. И всем хочется тепла — хорошим и плохим, отчаявшимся и верящим в чудеса, все еще ищущим и наконец смирившимся, ведь «человека приласкать — никогда не вредно».