В топонимах с концовками «-ище», как правило, заложен смысл чего-либо бывшего или давнего во времени:
Городище, Кладбище, Слободище, Пшеничище, Гумнище и т.д.
В одной из прошлых заметок мы коснулись одного из самых интересных образцов сельской топонимии в этой категории – Мытищи. Мытище – бывшее издавна место сбора «мыта», дорожных податей – так обычно определяется смысл названия в исторической литературе. Отсюда произошло название современного города-спутника Москвы, который вырос на месте волока, соединявшего в глубокой древности реку Яузу с Клязьмой.
В Ярославской области тоже есть свои Мытищи. Одна из них – юхотская деревня, расположенная между сёлами Большое и Новое. Эти поселения в древние времена состояли в вотчине удельных Юхотских князей. При этом деревня Мытищи расположена в стороне от реки и большой дороги, соединяющей торговые центры.
Что же за подати здесь собирали в стороне от наезженного пути, в лесной глуши? Кто кому платил и куда тут ехали купцы?
Изучая тексты древних документов, можно прояснить ответы на эти вопросы. Понятие «мытище» в древности, кроме фискального могло иметь и другое значение. В хозяйственных грамотах по Юхотской волости многократно упоминаются «сокольи помытчики» – особая группа жителей, которые занимались соколиным промыслом. Профессиональные ловцы-охотники служили знатным господам, князьям и боярам, промышляли отловом, содержанием и дрессировкой охотничьих птиц.
Соколиный «помытчичий» промысел был в этих местах хорошо развит. Юхотский край славится своими необъятными моховыми болотами: Варегово, Дуниловское, Богоявленское болота. Именно там, на этих открытых просторах отлавливали и дрессировали хищных птиц. В древности популяции этих пернатых в ярославском крае были гораздо богаче. Кроме знакомых нам ястребов у нас водились быстрокрылые соколы и редкие кречеты. Оттого многие болота Русского Севера звались «Сокольими».
Пойманные птицы делились по категориям. Молодые птенцы – «гнездные», взрослые особи назывались «дикомыты», то есть «дикопойманные».
«... с каждого двора по соколу дикомыти, да по ястребу гнездному»
В 1667 году юхоцким помытчикам поступило распоряжение:
«... велено имать по ястребу старому дикомыту, а будет, в котором году старого не будет и на них имать по три ястреба молодых добрых».
Слово помытчик является искажением понятия помычник, образованный от глагола помыкать (неволить, толкать, ловить, увлекать силой). Отсюда термин «мытище» мог обозначать место проживания помытчиков, либо земельные угодья издавна принадлежавшие соколятникам. Мытищами могли называть охотничьи угодья, места дрессировки, натаскивания на добычу ястребов и соколов. Причём места давние, традиционные для местного промысла. Топоним мог сформироваться ещё в эпоху удельных княжеств.
Расцвет соколиной охоты историки связывают с более поздним временем правления царя Алексея Михайловича. В ту пору ярославские помытчики занимались уже только ловлей и поставкой птиц. Содержание, тренировка и дрессировка происходила в царских загородных резиденциях Коломенское и Семёновское, этим занимались уже местные, столичные «сокольники».
В удельных княжествах соколиная охота также была распространена, сохранились сведения о ростовских, переславских, любимских и юхотских соколятниках, которые сохраняли свои традиции и привилегии вплоть до 19 века. Дуниловское озеро в старых грамотах фигурирует как «Соколье Иваново озеро» с упоминанием юхотских помытчиков, которые «соколы на государеву кречатню ловят». Вполне возможно, что юхотская деревня Мытищи тоже хранит память об охотничьих княжеских забавах.
Игрищи
В таком ракурсе по другому видится смысл топонима Игрищи. В Ярославской области есть три таких села и, что примечательно, все они находятся в Юхотском Крае. Топонимические справочники и этнографические исследования приводят очевидное значение для топонима Игрище, как «место народных гуляний, отголосок языческих традиций празднований Ивана Купала, Солнцеворота и Красной Горки». Действительно, в старину игрища можно было обнаружить в каждом селе и крупной деревне. На игрищах жгли масленичные костры, летом ставили качели, устраивали пляски, водили хороводы. Как правило, это были высокие и красивые места на горках или на берегу реки вблизи существующих селений.
У слова «игра» в русском языке есть и другое значение, связанное с состязаниями, спортивными забавами, что перекликается с охотой, выслеживанием и преследованием дичи. В английском языке, к примеру, сохранилась прямая языковая ассоциация. Слово the game – это «игра», и в то же время «дичь, добыча».
Игрищем в древности могло быть в том числе и место для охотничьих забав, дрессировки птиц и нагона диких животных. Суффикс [-ищ] говорит о давности, о традиции. Игрищи могли быть связаны с охотничими развлечениями как с помощью птиц, так и псовой охотой.
Село Богоявленское в Игрищах (Борисоглебский м/о) расположено на краю чистого, мохового болота. В качестве основы для этимологии топонима здесь гораздо лучше подходит история про соколиный спорт, нежели про качели и хороводы. Особенно если учесть, что топоним возник задолго до того, как место стало обитаемым.
Зверинец
Эпоха удельных князей и феодальной раздробленности в русской истории охватывает 13 – 15 века, что примерно соответствует периоду ордынского владычества. Несомненно к этому времени можно отнести появление такого ростовского топонима, как Зверинец. Он тоже хранит память о средневековых охотхозяйствах.
Зверинец – село вблизи Ростова Великого, возникло как слобода княжеских охотников и псарей, где среди прочего содержались дикие животные для нагона и тренировки охотничьих собак. Интересный отголосок быта ростовских удельных князей.
Зверинцы
К той же теме относится и название ярославской деревни Зверинцы, которая расположена в примечательном месте, на стрелке Которосли и Пахмы. По всей видимости, здесь за Которослью располагалась резервация с клетками, в которых содержались медведи и волки, загоны с косулями и оленями. Зверинец на Которосли наверняка использовался в охотничьем хозяйстве ярославских великих князей.
В старых грамотах упоминается как форма единственного, так и множественного числа: Зверинец и Зверинцы. Форма [-цы] скорее всего сформировалась уже в ойкониме и отразила многодворность поселения.
Псарёво
В основе названия деревни Псарёво Семловского сельского поселения находится профессиональное прозвище «псарь». Первые местные землевладельцы известны по документам 15–16 веков: удельные князья Шаховские, Львовы, Солнцевы, Засекины. В штате дворни этих господ наверняка числились псари, заведующие псовой охоты, работники на псарне. После службы один из них удалился в деревню, где занялся хлебопашеством. Его профессиональное прозвище легло в основу названия будущей деревни.
Ещё одно Псарёво находится в Борисоглебском районе и, между прочим, не так далеко от бывших угодий ростовских князей и села Зверинец. Особенно много таких ойконимов насчитывается в Московской области, с десяток наберётся.
Охотино
В ярославской топонимии есть обратные примеры, когда явно «охотничьи» названия таковыми отнюдь не являются. Две ярославские деревни носят название Охотино. На первый взгляд своим происхождением они напрямую связаны с охотничьим промыслом. Быть может, первыми поселенцами деревни были охотники?
Это вряд ли. Анализ старинной лексики показывает, что в основе топонима Охотино лежит личное имя «Охота».
– Чьё? – Охоты, Охотино селище
С охотничьим промыслом оно не было связано. Охота – имя того же корня и той же этимологии, что и древние Хотен, Хотимир или Хотьслав. Это детское, младенческое наречение, связанное с глаголом «хотеть». Имя отражало черты и особенности личности человека, которые были отмечены таким эпитетом родителями в самом раннем его детстве.
"Василий Охота", (1543 г., Правая грамота суда ярославских писцов Семена Александровича Плещеева и Василия Иванова сына Беречинского)
Слово охота изначально было эвфемизмом, с исходным значением «непреодолимая тяга, увлечение». Термин охотник в глубокую старину, к примеру в эпоху Ивана Грозного, имел другое значение — «доброволец, волонтёр». В грамотах 16 века по Ярославлю и окрестностям многократно упоминаются «ямские охотники», то есть лица, которые нанимались (занимались по своей воле) ямским извозом (ямщики).
«...А на то послуси Игнатей Михайлов сын – охотник Теляцкого яму» (1595 г.); «Ярославская ямская слобода – да в слободе ж дворы охотничьи: во дворе охотник Данилка Юрьев...» (17 в.)
В контексте лесного промысла охота стала использоваться достаточно поздно по историческим меркам, не ранее 17 века. К тому времени деревни с названием Охотино давно уже существовали.
Спасибо, что прочитали. Продолжение следует. Ставьте нравлики, подписывайтесь на журнал!
Источники:
А.П. Барсуков «Сведения об Юхотской волости и её прежних владельцах князьях Юхотских и Мстиславских: С приложением статьи об юхотских сокольих помытчиках» (1894 год).