Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Дела минувших дней

Боль на невском льду: как бывшая прачка объявила войну русской народной забаве

Зимний Петербург. Нева скована льдом. На замёрзшей реке — толпа. Сотни мужиков, разделившись на две стены, бьют друг друга кулаками. Кровь на снегу, крики, хруст. Зрители гогочут. Кто-то падает и больше не встаёт. А в Зимнем дворце у окна стоит женщина. Императрица Екатерина I. И ей от увиденного становится дурно. Так что же заставило бывшую прачку, ставшую государыней всея Руси, объявить войну одной из древнейших русских забав? Кулачные бои на Руси — традиция с глубокими корнями. Ещё в летописях упоминались «стеношные» схватки, когда деревня шла на деревню, улица — на улицу. И это была не просто драка. Существовали правила. Лежачего не бить. По голове — нельзя. Ногами — позор. Но правила эти соблюдались, мягко говоря, не всегда. Особенно когда сходились сотни разгорячённых мужчин, а на кону стояла честь целой слободы. Петербург начала XVIII века стал настоящей ареной для кулачников. Зимой, когда Нева замерзала, лёд превращался в поле боя. Стенка на стенку — иногда по несколько сотен ч

Зимний Петербург. Нева скована льдом. На замёрзшей реке — толпа. Сотни мужиков, разделившись на две стены, бьют друг друга кулаками. Кровь на снегу, крики, хруст. Зрители гогочут. Кто-то падает и больше не встаёт.

А в Зимнем дворце у окна стоит женщина. Императрица Екатерина I. И ей от увиденного становится дурно.

Екатерина решила прекратить забаву
Екатерина решила прекратить забаву

Так что же заставило бывшую прачку, ставшую государыней всея Руси, объявить войну одной из древнейших русских забав?

Кулачные бои на Руси — традиция с глубокими корнями. Ещё в летописях упоминались «стеношные» схватки, когда деревня шла на деревню, улица — на улицу.

И это была не просто драка.

Существовали правила. Лежачего не бить. По голове — нельзя. Ногами — позор. Но правила эти соблюдались, мягко говоря, не всегда. Особенно когда сходились сотни разгорячённых мужчин, а на кону стояла честь целой слободы.

Петербург начала XVIII века стал настоящей ареной для кулачников. Зимой, когда Нева замерзала, лёд превращался в поле боя. Стенка на стенку — иногда по несколько сотен человек с каждой стороны. Мастеровые против солдат. Купцы против ремесленников.

И вот что важно: зрителями бывали все — от простолюдинов до знати. Сам Пётр I, по свидетельствам современников, относился к кулачным боям без особого отвращения. Государь, который лично рвал зубы придворным и рубил головы стрельцам, вряд ли падал в обморок от вида разбитых носов.

Но Пётр умер 28 января 1725 года. И на трон взошла его жена.

Екатерина I — фигура в русской истории удивительная. Бывшая служанка, бывшая пленница, бывшая прачка — она прошла путь, который не снился ни одной сказочной Золушке. От прислуги пастора Глюка до императрицы самой большой страны в мире.

Но вот незадача: управлять этой страной она толком не умела.

Петр был тем еще выдумщиком
Петр был тем еще выдумщиком

Фактическую власть сосредоточил в своих руках Александр Данилович Меншиков и созданный при Екатерине Верховный тайный совет. Императрица же занималась тем, что подписывала бумаги, устраивала балы и — время от времени — издавала указы, которые касались вещей, понятных ей лично.

Кулачные бои оказались именно такой вещью.

В 1726 году Екатерина I издала указ, запрещающий кулачные бои в Санкт-Петербурге. Формулировка была строгой: за участие грозило наказание.

Но почему? Ведь забава эта существовала веками, и прежние государи смотрели на неё сквозь пальцы.

Одни историки считают, что причина была чисто практической. Кулачные бои в столице регулярно заканчивались увечьями и гибелью участников. Людей калечили, а ведь каждый работник и каждый солдат были на счету. Петербург — город молодой, строящийся, и терять рабочие руки из-за потехи было расточительством.

Другие полагают, что Екатерина стремилась продолжить линию Петра I на «европеизацию» России. Пётр боролся с бородами, длинными рукавами и медвежьей травлей. Кулачный бой в глазах европейских дипломатов выглядел дикостью. А Екатерина, принимавшая послов и устраивавшая ассамблеи, не хотела, чтобы столица империи напоминала ярмарочную площадь.

Есть и третья версия — личная. Екатерина, выросшая не в русской традиции (она была родом из Прибалтики), просто не понимала этого обычая. Для неё сотни мужчин, бьющих друг друга на льду реки прямо под окнами дворца, были зрелищем пугающим, а не увлекательным.

А пойди обьясни заморским, что такое русская забва
А пойди обьясни заморским, что такое русская забва

Вероятнее всего, сработали все три причины разом.

Но вот что любопытно: запрет не сработал.

Совсем.

Кулачные бои продолжались. Их переносили с Невы на окраины. Устраивали за городскими заставами. Полиция порой закрывала глаза — а порой и сама с удовольствием наблюдала.

После смерти Екатерины I в мае 1727 года — всего через два года после восшествия на престол — о запрете и вовсе забыли. Кулачные бои вернулись на Неву и продолжали собирать толпы ещё не одно десятилетие. Последующие правители то запрещали их снова, то негласно дозволяли.

Традиция оказалась сильнее указа.

И в этом, пожалуй, главный урок истории Екатерины и кулачных боёв. Можно быть императрицей, можно издавать грозные указы, можно грозить наказаниями. Но если обычай живёт в народе веками — одной подписью его не отменить.

Екатерина I правила всего два года. За это время она успела создать Верховный тайный совет, учредить орден Святого Александра Невского и — безуспешно — попытаться запретить кулачные бои.

Её часто вспоминают как «случайную» императрицу. Женщину, которая оказалась на троне не по праву рождения, а по воле судьбы и гвардейских штыков.

А вот орден Святого Александра Невского просуществовал до 1917 года
А вот орден Святого Александра Невского просуществовал до 1917 года

Но в истории с кулачными боями проявилась любопытная черта: Екатерина пыталась навести порядок в том, что было ей понятно. Она не могла разобраться в тонкостях внешней политики — этим занимался Меншиков. Не могла реформировать армию — этим занимались генералы. А вот прекратить побоище под окнами собственного дворца — это ей казалось делом вполне посильным.

Не вышло.

Как вы думаете — правильно ли делала Екатерина, пытаясь запретить вековую традицию? Или не стоило лезть в то, что народ считал своим?