Плюшия. Страна, где слишком много спят
Паровозик мчался дальше. Мишель и Лулу сидели друг напротив друга, не в силах вымолвить и слово. В их головах всё еще вспыхивали неоновые огни Орбелии….
Вскоре шум колёс затих, Пых замедлил ход. Вагон мягко покачивался, словно лодка на тихой воде. Яркие фары начали тускнеть, а пар из трубы стал выходить ленивыми, сонными колечками.
— Ой, как же хочется... прилечь... — зевнул Мишель, чувствуя, как его лапы становятся тяжёлыми, а веки слипаются.
Паровозик, тихонько всхрапнув железным мотором, съехал с рельсов и плавно покатился под горку, прямиком в долину, затянутую нежно-розовым туманом. Это была страна Плюшия.
— Мишель, проснись! — Лулу изо всех сил трясла друга за плечо.
За окном было пугающе тихо. Всё вокруг было завалено огромными пушистыми сугробами, которые на самом деле оказались горами из взбитых подушек. Даже горы здесь были сложены из подушек — больших, маленьких, круглых и продолговатых, будто кто-то долго и старательно укладывал их друг на друга. Реки из лент голубого шелка медленно текли между берегами из зеленого хлопка, а вместо деревьев вдоль них росли высокие стебли, увенчанные пушистыми помпонами, которые едва заметно покачивались.
Ни ветра. Ни голосов. Ни шагов.
Мишель протер глаза. — Мы где? — сонно пробормотал он и посмотрел в окно. — Похоже, — тихо сказал он, — мы приехали туда, где слишком хорошо спят.
Медвежата вышли из вагона, прошли через пустое здание вокзала и оказались на широкой улице.
Но что это? Все королевство выглядело как брошенная детская комната: на верандах застыли в глубоком сне лисички с подносами, полными ватных пирожных, а по мостовым, словно перекати-поле, лениво перекатывались мягкие клубки разноцветных шерстяных ниток. А медведи-стражники, прислонясь к ватным колоннам, сладко сопели.
Они подошли к огромному зданию, которое напоминало гигантский стеганый чемодан с золотыми застежками. Это и были королевские покои Короля Хлопка. Двери, обитые толстым слоем нежного персикового велюра, открылись совершенно бесшумно.
Внутри роскошные люстры отражались от стен, которые были сотканы из нитей шелкопряда. Под лапками медвежат пружинил ворс такой высоты, что Лулу приходилось высоко поднимать лапы.
— Тут так тихо, что я слышу, как бьется и мое, и твое сердце, — прошептала Лулу.
— И подозрительно пахнет сон-травой, — добавил Мишель, стараясь не зевать.
Они прошли через анфиладу комнат, где вместо колонн стояли гигантские катушки с золотой тесьмой. А вдоль стен тянулись полки, на которых лежали не книги, а мягкие свитки из бархата. На каждом свитке была вышита история, но нити на них поблекли и запутались.
Наконец они толкнули тяжелую занавеску и замерли.
В центре комнаты возвышалось сооружение из сотен пуховых перин, сложенных одна на другую. На самой вершине, утопая в подушках, сладко спал медведь. Это был Король Хлопок.
Он был накрыт тяжелым Одеялом Забвения, которое медленно пульсировало, поглощая все звуки вокруг.
Король не просто спал — он провалился в сон.
Его круглая мордочка была почти не видна из-под подушек. Только кончик носа иногда появлялся и исчезал, будто он дышал вместе со всей этой горой перин. Одеяло Забвения накрывало его полностью, и с каждым его вздохом по комнате расходилась волна тишины — мягкая, тягучая, убаюкивающая.
Мишель вдруг почувствовал, как у него снова начинают слипаться глаза.
— Нет… — прошептал он и ущипнул себя за лапу. — Нельзя. Тут нельзя засыпать.
И тут он услышал звук. Даже и не звук, а шуршащий шорох. Мишель замер.
— Ты тоже это слышишь? — едва слышно спросил он.
Лулу прислушиваясь, кивнула.
Они едва успели нырнуть за огромную, расшитую бисером подушку, как двери покоев бесшумно раздвинулись. Раздался странный звук — мягкий, шелестящий, будто кто-то перелистывал страницы старой книги.
В комнату вплыла она. Это была гранд-дама необычного вида: за её спиной подёргивались широкие пепельно-серые крылья, покрытые густым, как у ночной бабочки, пухом. На ней было платье из пыльной кисеи, а голову украшала высокая прическа, прикрытая густой вуалью. Это была Мадам Моль, самопровозглашенная хранительница тишины.
Она важно облетела королевские покои, проверяя часы, напольные, настенные и даже наручные часы Короля. Все они замерли, стрелки застыли на разном времени, будто забыли, зачем вообще нужны.
— Прекрасно, — удовлетворённо кивнула моль. — Ни тик, ни так. Спят, мои хорошие. Спят.
Она подошла ближе к кровати Короля, склонилась и поправила край Одеяла Забвения.
— Спите-спите, Ваше Пухлое Величество… — прошептала она с мягкой усмешкой.
— И… ммм… — моль прищурилась и посмотрела на полку. — Ах да. Серебряные колокольчики.
Она поднялась, прошла к дальнему шкафу и достала оттуда маленький золотой мешочек. Внутри что-то тихо звякнуло — дзинь — и она тут же раздражённо цыкнула.
— Тише вы! Подальше запрячу эти звенящие безделушки. Вдруг кто заденет — часы опять затикают, будильники затрезвонят, и вся эта Плюшия вскочит на ноги. А мне нужна тишина и... завтрак.
Она положила мешочек за самую тяжелую подушку и грациозно уселась за маленький золоченый столик, где раньше королю подавали утренний чай.
— Так, что у нас сегодня в меню? — она брезгливо отпихнула в сторону фарфоровую чашку с засохшим нектаром. — О, свежайшее пёрышко из королевской подушки! Какая прелесть. И... м-м-м, красная ниточка с персидского ковра. Настоящий деликатес!
Мадам Моль достала крошечную серебряную вилочку и принялась за свою «трапезу», аккуратно накручивая шерстяную нить на зубцы, как спагетти.
Мишель, наблюдая за этим из своего укрытия, почувствовал, как в нём закипает смелое возмущение. Он понял: Мадам Моль специально усыпила город, чтобы спокойно «съедать» его по кусочкам — ниточку за ниточкой, перышко за перышком.
— Лулу, — едва слышно прошептал Мишель. — Все дело в этих колокольчиках. Они будят все часы. Если они зазвонят одновременно, магия сна лопнет!
Лулу кивнула, её балетные тапочки были готовы к самому бесшумному прыжку. Но как отвлечь Гранд даму, которая слышит даже шорох падающей пылинки?
Моль вдруг подняла голову.
— Интересно… — протянула она. — Мне показалось… или в покоях стало слишком… бодро?
Её усики дрогнули.
Медвежата затаили дыхание…
Вот и третья, совсем необычная остановка паровозика Пыха. Мало того, что все спят, так их и съесть могут по ниточке. Что же придумает наш находчивый медвежонок в этой сонной ситуации?
Если вам хочется узнать, что будет дальше, можно подписаться — все приключения храброго медвежонка Мишеля появляются здесь.
Если эта глава вам откликнулась, буду благодарна за ❤️ — так я понимаю, что история вам нужна.
👉 Читать дальше. Глава седьмая. "Плюшия. Шерстяное Соглашение" https://dzen.ru/a/adyjUsxMzXg4eYvc