Старик-иронист, которому уже за восемьдесят, говорит всё тем же ленивым, немного ворчливым голосом: вдохновение он ищет не в трендах и не в хайпе, а в старых книгах, джазе и прогулках по городу. Искусственный интеллект воспринимает так же, как рояль без пианиста: да, инструмент звучный, но без рук и чувств — всего лишь мебель. Сам же свою миссию Аллен формулирует скромно: «Я никогда не был мыслителем. Я просто делал фильмы, чтобы развлечь людей. Чтобы у них был приятный опыт после кино». Кажется, именно эта честность делает его фильмы вечными. «Полночь в Париже». Сладкий сон для тех, кто всё время уверен, что раньше было лучше. Герой случайно проваливается в прошлое и встречает Хемингуэя, Фицджеральдов и даже Пикассо. Но магия фильма не в экскурсии по «золотому веку», а в осознании: ностальгия всегда про то, что мы недовольны настоящим. «Манхэттен». Чёрно-белый гимн городу, который Аллен любил больше, чем всех своих женщин вместе взятых (и это уже о многом говорит). Невротичный писат