Ночью была метель, стояли страшные морозы.
За окном вьюга лютовала в своей снежной пляске, залепляя снегом лицо замешкавшегося деревенского жителя, торопящегося быстрей забраться в сени дома. Только здесь он уже мог с большим облегчением вздохнуть, стряхнуть с себя налепившийся снег и затем войти в дом. В такие вьюжные вечера даже все деревенские собаки замолкали, не слышно было их перекличного лая, все спрятались в своих утепленных конурах, а кого-то сердобольные хозяев даже в избу запускал.
В этот вечер Еремей был дома, он сидел с сыновьями и читал им сказки. Сказки добрые. В доме было тепло и тикали часы. Катя, которая сидела у напольной лампы и вязала слушала сказки и уже казалось просто засыпала на каждой петле которую накидывала на спицу.
А за окном метель переметала и так немногочисленные пути-дороги, а местами наметала такие сугробы, что делала их непроходимыми для машин. Горе было водителям, машину которых вьюга застала в пути. Хорошо, если машина застревала недалеко от деревни, люди оставляли машины и пешком, преодолевая сугробы, добирались до жилья. Вот так вышло и в этот вечер. Один из водителей попал в метель, он решил, что пока остановится в первом доме, в который его запустят. А утром уж попросит тракториста вызволить машину из снежного плена. В такую метель, думал он, если бы он застрял за десяток-другой километров от деревни? Что бы было? - наверняка трагедия.
Он постучал в первый дом. Попал в дом Еремея.
- Простите, я застрял в метели на дороге, бросил в машину, стучу в первую дверь, можно у вас на ночь остаться.
- Да, конечно, проходите. - сказал Еремей и впустил гостя. - проходите тут печь есть у нас. Вот обогрейтесь.
- Печь?
- Да у нас и печь и газовое. Мы просто еду из печи с женой и детьми любим. Как вас зовут?
- Иван.
- А я Еремей, это моя жена Катя, это Максим старший, Павел младший.
- Вы проходите Иван. - сказала Катя - Устали наверное с дороги то?
- Есть такое , устал. Но больше испугался. Такая метель сегодня. А морозы какие. Богу молился чтоб хотя бы до деревни какой добраться.
- А куда ж вы на ночь глядя ехали?
- Да к знахарю, где то живет в этих местах, у меня жена болеет сильно, хотел спросить, может ли он приехать.
Еремей улыбнулся.
- Могу.
- Что?
- Я знахарь. Бог вас ко мне привел.
- Вы? Да ладно!
- Оставайтесь на ночлег, а утром поедем до вашей жены. Если выберемся, только очень рано, у меня прием. Попрошу тестя, поможет трактором.
- Вот спасибо. Вот благослови вас Господь. - причитал Иван.
Катя постелила ему в комнате.
Наутро, после ночной вьюги, деревню было не узнать: всё вокруг погружено в утреннюю тишину, дорог и тропинок было не видать, избы по самую крышу занесены снегом.
- Вот это красота - сказал Иван выйдя утром.
- Чтобы понять волшебную красоту зимней деревни, ее надо увидеть, побывать в ней в вечерних сумерках или на раннем рассвете. - сказал Еремей - Мороз у нас под 30-40 градусов. Полной грудью вдыхаешь морозный воздух, а деревенская тишина успокаивает. Воздух прозрачен, все небо усеяно мерцающими звездами ночью. Светлая с голубым отливом луна с четкими очертаниями своего ландшафта сквозь ветви берез смотрит сверху на притихшую деревню. Она медленно плывет по небосводу, освещая поверх крыш десятки труб, из которых столбом поднимается дым. Вот такая наша деревня.
- Да. Я сюда обязательно вернусь, только с женой. А как же ваш свекр? Поможет?
- Сейчас спросим. - сказал Еремей и пошел стучать в дом родителей Кати.
Открыла Вера
- Ерем? Вто с Катюшей что то?
- Нет, Вера простите. Николай мог бы нам помочь машину из сугроба вызволить? Мне к больной надо. Мне право очень неловко.
- Да чего там неловко. Сейчас. Коль, Коль, подъём нужно помочь Еремею. - побежала в дом Вера.
Иван стоял рядом с Еремеем и думал: «Как же вкусны запахи из изб, усиленные снежной чистотой: запахи хлеба, квашеной капусты, запахи сгоревших дров, душицы чайной, зверобоя. Каждая изба пахнет по-своему.» Ему захотелось взять жену и уехать жить в деревню.