В начале XX века Густав Климт переживал свой «золотой период» — время, когда краска на его полотнах смешивалась с сусальным золотом, а женские фигуры превращались в сияющие иконы.
Самой известной из них стала «Золотая Адель» — портрет венской светской дамы Адель Блох-Бауэр, написанный в 1907 году.
Картина, которую сегодня знают даже те, кто никогда не интересовался искусством, появилась как частный заказ: богатый промышленник-сахарозаводчик Фердинанд Блох-Бауэр хотел увековечить жену. В то время вся Вена бурно обсуждала роман Климта и Адель, поэтому есть версия, что заказ прозорливый бизнесмен сделал с одной единственной целью: чтобы жена быстрее наскучила художнику (портрет получился великолепный, а роман, действительно, иссяк за 4 года работы).
У Фердинанда и Адель не было детей.
Она завещала свои портреты галереям, но юридически владельцем оставался муж, который составил свое завещание в пользу племянников. Когда Австрия в 1938 году оказалась под властью нацистов, коллекция Блох-Бауэров была разграблена. «Золотая Адель» перекочевала в Бельведер, и многие десятилетия её воспринимали как часть национального достояния Австрии. В официальных каталогах это значилось как «передача», на деле же это было изъятие.
История могла бы на этом и закончиться, если бы не Мария Альтман, та самая племянница Фердинанда. Эмигрировав в США, она спустя десятилетия начала борьбу за возвращение наследия семьи. Судебный процесс против Австрии длился годы, доходил до Верховного суда США и воспринимался как скандал: Австрия отказывалась признать, что картина удерживается незаконно.
В 2006-м трибунал в Вене вынес решение: «Золотая Адель» действительно принадлежит наследникам.
Картина вернулась к семье. Спустя несколько месяцев портрет был продан бизнесмену и коллекционеру Рональду Лаудеру для его галереи Neue Galerie в Нью-Йорке за рекордные на тот момент $135 миллионов.
Эта история получила и своё кино: фильм Woman in Gold с Хелен Миррен и Райаном Рейнольдсом, документальные проекты Stealing Klimt и Adele’s Wish. Но, пожалуй, сильнее любого фильма действует сам портрет.
Женщина в золоте смотрит с холста не только как символ стиля ар-нуво, но и как напоминание о том, что за любым искусством всегда стоит чья-то судьба.
----------------------------------------------
Спасибо вам большое за то, что читаете мой блог, не забывайте на него подписываться!