В 1984 году в советских магазинах появился видеомагнитофон «Электроника ВМ-12». Ценник 1200 рублей. Средняя зарплата по стране на тот момент около 190 рублей. Шесть с лишним месяцев работы без еды и квартплаты. За эти деньги можно было купить мотоцикл. Но мотоцикл такого ажиотажа не вызывал.
Копия Panasonic за шесть зарплат
«Электроника ВМ-12» была копией японского Panasonic NV-2000. Оборудование для производства закупили в Японии, микросхемы серии КР1005 скопировали с оригинальных японских. По сути, тот же Panasonic, только собранный в Воронеже, Ленинграде и Новгороде. И с одним принципиальным отличием, качество сборки плавало от партии к партии.
По данным советских промышленных каталогов, себестоимость «Электроники ВМ-12» поначалу превышала розничную цену. Государство продавало «видик» себе в убыток и только к 1988 году вышло в прибыль. Каждый год конструкцию упрощали и удешевляли. Перестали красить корпус, заменив его прессованным пластиком.
Правда, купить ВМ-12 за 1200 рублей было отдельным приключением. В свободной продаже аппарат практически не появлялся. В витринах универмагов стоял «демонстрационный образец, не продаётся». Люди записывались в очереди на месяцы. В газетах мелькали объявления об обмене автомобиля на видеомагнитофон. С рук ВМ-12 уходила за 1800 рублей, а импортные «видики» стоили в два-три раза дороже.
Рубль за Брюса Ли в подвале
7 апреля 1986 года Совет Министров РСФСР подписал распоряжение об открытии видеозалов и пунктов проката видеокассет. Государство пыталось взять под контроль стихийный видеорынок. К концу 1986 года в стране работала 61 видеотека.
А потом в 1987-1988 годах разрешили кооперативы, и видеосалоны полезли из каждой щели. Подвалы, школьные спортзалы, дома культуры, списанные автобусы «Икарус» и даже фюзеляж самолёта в парке. Телевизор, видеомагнитофон, три десятка стульев и занавешенные окна. Билет стоил 1 рубль, тогда как поход в обычный кинотеатр обходился в 10-50 копеек. Вдвое-впятеро дороже, зато показывали совсем другое кино.
Качество было чудовищным. Кассеты переписывались десятки раз, изображение рябило, цвета уплывали. Перевод делался синхронно, одним голосом, иногда с характерной гнусавостью. Самый знаменитый переводчик Леонид Володарский, по одной версии, намеренно менял голос для конспирации, по другой, у него просто был двойной перелом носа. Но зрителям было всё равно. «Терминатор», «Рэмбо», Брюс Ли и Джеки Чан с любым качеством перевода казались чудом.
Двести кассет на полке и паспорт в залог
В 90-х видеомагнитофоны подешевели и появились почти в каждой семье. Следом расплодились видеопрокаты. Маленькие ларьки и закутки в универсамах, где на полках стояли 200-300 кассет с нарисованными от руки обложками. Бизнес-модель была простой до неприличия, оставляешь паспорт в залог, платишь за прокат, забираешь кассету. По данным газеты «Коммерсантъ», до 90% кассет даже в легальных прокатах были пиратскими.
Ритуал выбора фильма заслуживает отдельного описания. Никаких рейтингов и трейлеров. Обложка, нарисованная фломастером, короткое описание в три строчки и совет продавца. «Берите, нормальный боевик». Ошибался продавец через раз, но других вариантов не было. И табличка «Перемотайте перед сдачей!», которую никто не слушал.
Вся индустрия продержалась чуть больше пятнадцати лет. К началу 2000-х DVD стали дешевле, качество картинки несравнимо лучше, а пиратить диски оказалось ещё проще. В 2016 году последний в мире завод по производству видеомагнитофонов, японская компания Funai Electric, остановил конвейер.
Пятнадцать лет и целая эпоха
Если посчитать, от первых подпольных видеосалонов до последнего ларька с кассетами прошло примерно столько же, сколько от запуска Netflix до его абсолютного доминирования. Только Netflix меняет мир с миллиардным бюджетом и армией маркетологов. А видеопрокат в 90-х менял страну силами одного мужика с паспортной тетрадкой и стопкой пиратских кассет.
Понятно, что видеопрокат 90-х был пиратским, неудобным и с отвратительным качеством картинки. Но именно он дал целому поколению доступ к мировому кино. Без цензуры, «культурной программы» и без одобрения сверху. Хочешь «Терминатора», бери. Хочешь «Крёстного отца», пожалуйста.
Сегодня подписка на стриминг стоит 199 рублей в месяц. В каталоге 200 000 фильмов. И мы не можем выбрать, что посмотреть, по 40 минут. А в видеопрокате на полке стояло 200 кассет, решение принималось за минуту, по обложке. Да, половину этих фильмов невозможно было досмотреть. Но зато не было «парадокса выбора».
Что лучше, 200 кассет на полке, где решение за минуту, или 200 000 фильмов в приложении, из которых так ничего и не выберешь?
Цифры по ценам из советских промышленных каталогов и архивов Госкино. По пиратству в видеопрокатах опирался на публикации «Коммерсантъ» 90-х годов. Если у вас дома до сих пор лежат кассеты VHS, расскажите, какой фильм впервые посмотрели. И помните ли голос переводчика.
Читайте другие материалы: