Нулевой день РВФ в Иннополисе прошел под лозунгом «лучше становится только сильнейшим»
«Официальные цифры можно смело умножать на два», — так гендиректор ОЭЗ «Иннополис» Ренат Халимов прокомментировал информацию о том, что в 2025 году резиденты зоны привлекли инвестиций на 650 млн рублей. Чем объясняется такое расхождение с реальностью?.. В нулевой день 20-го Российского венчурного форума выяснили, что рынок вернулся к уровню 2009–2011 годов, зато русскоязычные фаундеры за рубежом привлекли более $3 миллиардов. О том, что происходит с венчуром, в чем специфика российских бизнес-ангелов и что стартапам делать дальше, узнавал корреспондент «БИЗНЕС Online».
«2025-й очистил рынок от иллюзий»
Вчера в Иннополисе стартовал юбилейный, двадцатый Российский венчурный форум (РВФ). В технопарк им. Попова съехались стартаперы, венчурные фонды, корпорации и институты развития. Атмосфера нулевого дня была по-деловому насыщенной: мест в зале на всех не хватило, поэтому часть участников отправили на третий этаж, где шла трансляция из основного зала. Главным аналитическим выступлением нулевого дня стал доклад Сергея Канцерова — основателя Dsight, семь лет делающей венчурную аналитику по Евразии. Он сразу предупредил: смотреть на 2025-й нужно не как на слабый год, а как на момент перезагрузки логики рынка.
Глобально: деньги есть — но идут в единицы. Мировой венчурный рынок в 2025-м вырос по объему инвестиций, но число сделок так и не восстановилось. Рынок окончательно ушел от модели spray & pray — «заливать деньги в тысячу гипотез». Капитал концентрируется в меньшем числе компаний и в более крупных раундах. Лучше стало только сильнейшим.
Искусственный интеллект (ИИ) — это новая базовая ось. Канцеров отметил, что ИИ стал главным драйвером мирового инвестиционного рынка: убери его из картины — и глобальная статистика выглядит куда скромнее. «Это уже не просто модный вертикальный сегмент, это новая базовая ось рынка», — подчеркнул он. В его понимании, на ИИ в итоге будут выстраиваться практически все продукты. При этом деньги пойдут не в пользовательские приложения, а в инфраструктуру: вычислительные мощности, модели, облака, инструменты разработки. Для России в этом есть конкретный шанс: мир возвращается к инфраструктурным и deeptech-решениям, а инженерная школа здесь исторически сильная. Плюс вокруг ИИ усиливаются смежные вертикали — медицина, финтех, автоматизация, промышленность.
IPO-курьез: «В 2024 году мы насчитали в России больше технологических IPO, чем в США», — удивил публику спикер — восемь против шести. Канцеров называет это «забавным фактом» — и, по сути, сразу же охлаждает возможный оптимизм. За этой цифрой не стоит возвращение IPO как универсального выхода. Скорее, речь о точечных окнах возможностей для отдельных сильных компаний. Для большинства же рынок по-прежнему предлагает другие сценарии: выкуп менеджментом, вторичные размещения или сделки M& A.
Венчур России вернулся в 2009–2011 год. Канцеров устроил интерактив: спросил зал, с каким периодом можно сравнить прошлый год. Называли 2020-й, 2021-й. Правильный ответ оказался жестче: по итогам 2025-го зафиксировано 102 сделки на $159 млн — около 13,5 млрд рублей. Минус 40% по количеству и минус 10% по объему относительно 2024 года. «Это не значит, что исчезли команды или технологии. Это значит, что сломалась экономика входа в риск», — сказал Канцеров, добавив, что смотрит в зал и видит «мощную предпринимательскую энергию».
Посев упал втрое — и это проблема не 2025-го, а уже 2027–2028 годов. Самый тревожный слайд презентации: и объем, и число сделок на ранних стадиях сократились в три раза. Как объяснил Канцеров, инвестиции ранних стадий создают задел на будущее: именно за счет них через два-три года появляются компании, готовые к масштабированию. Даже несмотря на эффект от ИИ, который снижает порог входа, он пока не компенсирует дефицит капитала на ранних стадиях.
M& A (процесс объединения активов двух компаний) сжалось, корпорации берут контроль. Число сделок M& A упало с рекордных 86 в 2024-м до 51. Но структура изменилась: половина — полная покупка компании, треть — контрольный пакет, четверть — блокирующий (это доля акций, не дающая полного контроля, но позволяющая заблокировать самые важные решения компании.). Корпорации больше не «присматриваются» — они хотят либо забрать целиком, либо получить управление. «Вопрос, кто мой потенциальный стратегический покупатель, нужно задавать себе за несколько лет вперед», — советовал Канцеров.
«2025-й год не уничтожил наш рынок. Он очистил его от иллюзий», — подвел итог Канцеров. Остались B2B-модели с выручкой, прикладной ценностью и интегрируемостью, новые форматы коллективных инвестиций и логика стратегической ликвидности вместо ожидания когда-нибудь IPO. Прогноз на 2026-й — не восстановление старого венчура, а «оформление нового, более прагматичного, избирательного и институционального», — закончил Канцеров.
В завершение спикер подсказывает ряд лайфхаков по выживанию стартаперам. Первый — мост в глобальный капитал в виде русскоязычных фаундеров за рубежом. 59 компаний с российскими основателями, объясняет он, привлекли за рубежом более $3 млрд — притом что весь российский рынок оценивается в $159 млн. Канцеров привел в пример ментора для молодых стартаперов — Арсена Томского и его InDriver: «59 компаний — это уже пройденный путь и опыт — такая диаспора, которая может стать мостом между нашей инженерной школой и мировым капиталом».
Финальный рецепт — по аудиториям. Стартапам стоит раньше выходить на выручку, раньше работать с корпоративным спросом, раньше думать о том, кто тебя купит. Ангелам и фондам — меньше смотреть на бумажные оценки, больше думать о возврате капитала, идти в синдикаты. Для корпораций сейчас один из лучших моментов — сильные команды сегодня открыты к стратегическому диалогу больше, а альтернатив у них все меньше.
Цель ОЭЗ «Иннополис» — привлечь инвестиции в проекты на 3 миллиарда
В самом Иннополисе самым заметным кейсом по-прежнему называют продажа маркетплейса KazanExpress Линара Хуснуллина «Магнит.Маркету», случившаяся в 2023 году. Сделка на 13 млрд рублей остается крупнейшей в истории города. Справедливости ради: и сам проект, сооснователем которого стал выпускник местного университета Кевин Ханда, был наиболее близким к статусу единорога продуктом, родившимся в Иннополисе.
Но жизнь движется вперед, и за прошлый год стартапами Иннополиса было привлечено 650 млн рублей инвестиций — только в публичной плоскости. «Официальные цифры можно уверенно умножать на два — тогда картина будет гораздо ближе к реальности. В опросах участвует примерно половина компаний, остальные не раскрывают инвестиции из‑за отсутствия желания к публичности, боязни внимания или просьбы самого инвестора не афишировать сделку. Самая крупная непубличная сделка в прошлом году была на 300 млн рублей. Наш резидент с продуктом для корпоративного сектора смог привлечь инвестиции от двух ведущих венчурных фондов», — рассказал «БИЗНЕС Online» Ренат Халимов, генеральный директор ОЭЗ «Иннополис».
По его словам, миссия особой зоны — существенно увеличить объем привлеченных инвестиций в стартапы: должно быть не менее 30 успешных компаний и более трех миллиардов привлеченных инвестиций в проекты по году. «Для этого мы запускаем стартап акселератор, еженедельно проводим митапы с компаниями, участвуем и организовываем венчурные мероприятия. В этом плане РВФ является одних из лучших мероприятий для выхода на венчурные фонды», — подчеркнул он.
Высоко Халимов оценивает и программу поддержки студенческого предпринимательства, которая позволяет за счет государства попробовать свои силы, реализовать идею, набраться опыта и «набить шишки». «По статистике, успешные проекты получаются с третьей-четвертой попытки. Поэтому такие меры поддержки нужно продвигать уже со студенческой скамьи, они будут закалять ребят на новые победы. Макс Левчин, например, провалился в четырез стартапах, прежде чем создал PayPal, компанию, которая сейчас стоит порядка 40 млрд долларов», — размышляет он.
Из препятствий — недостаточно развитая культура венчурных инвестиций среди частных лиц — хотя потенциал есть. «Сейчас на депозитах граждан хранится более 60 трлн рублей, при направлении в венчурные сделки хотя бы 10% от этой суммы, мы получим 600 млрд рублей потенциальных инвестиций в инновационные проекты», — объясняет Халимов. Но главным сдерживающим фактором является денежно‑кредитная политика. «Без снижения ключевой ставки средства так и будут находится на наиболее безопасном варианте получения дохода — депозитах. Как только ставка снизится на 4-5 процентных пункта, активность на всех рынках, включая венчурный, значительно повысится», — убежден он.
«Российские „ангелы“ хотят вложиться — и через год получить прибыль»
Среди тех, кто приехал на форум, например, Роман Забродин, сооснователь АО «Агредатор». Его компания обеспечивает «последнюю милю» от бизнеса до госсервисов, помогая сократить издержки на соответствие регуляторным требованиям. На прошлогоднем форуме «Агредатор» подписал инвестиционное соглашение с венчурным фондом — и, судя по словам Романа, оказался едва ли не единственным стартапом, кто сделал это в рамках самого мероприятия. «Я был удивлен, что из всего форума реальное инвестиционное соглашение подписала только наша компания», — признается он.
О рынке в целом Роман говорит осторожно: в России венчур консервативен, инвесторы хотят суперпоказатели прямо сейчас, а за рубежом получить деньги и более высокую оценку гораздо проще. Отдельная проблема — непрофессиональные бизнес-ангелы: вкладываются, не понимая ни как проводить due diligence, ни как оценивать компании, ни как структурировать сделку. «Хотят вложить и через год уже получить прибыль», — говорит он. Рынок между тем — про горизонт в пять лет и дольше.
Глеб Иванов приехал в Иннополис из Перми. Его компания ООО «Ресэкотех» занимается глубокой переработкой мясных отходов в фармацевтического сырья, и предлагает мясокомбинатам и пищевым производствам готовое оборудование для самостоятельной переработки отходов прямо на месте. Глеб пришел на прошлогодний форум на самой ранней стадии компании с запросом на 10 млн рублей. «Полгода я получал очень много контактов-звонков с разных инвестиционных комитетов, частных инвесторов. Дошел до того, что летом общались с бизнес-ангелами уже про долю компании. Я такого не ожидал», — делится Глеб. Благодаря чему за год проект серьезно вырос, а запрос на инвестиции увеличился до 50 млн рублей.
Не менее интересен проект Данилы Михеева, основателя ООО «ЗаботаКлик Технологии». Его IT-платформа решает ежедневную головную боль семей, ухаживающих за пожилыми и лежачими родственниками на дому: поиск сиделок и медсестер. «Вместо сотен анкет и звонков человек составляет расписание, а система автоматически подбирает подходящих исполнителей. Клиент сразу видит: в понедельник-среду придет Светлана Викторовна, в четверг-пятницу — Татьяна Игоревна», — объясняет Данила.
Сейчас компания находится на первом инвестиционном раунде и привлекает 7 млн рублей. «Эти деньги нужны, чтобы проработать ядро продукта и масштабировать доступ к нашим партнерам — медклиникам и центрам социального обслуживания», — говорит он.
Но есть и другие сложности — российская специфика создания IT-компании. Стартаперы признаются, что в этом плане в России работать сложнее, чем в тех же Штатах. Если за рубежом полно бесплатных аналогов — например, Google, в котором код для программы можно писать бесплатно, то «тот же Яндекс очень хорошо по деньгам загибает». В итоге остается только два варианта: либо писать все самому от и до — это сильно дольше по времени, либо платить очень серьезные деньги местным компаниям».
Что дальше?
В кулуарах — еще интереснее. В беседе с «БИЗНЕС Online» Халимов рассказал, что по итогам 2025 года иннополисянские стартапы закрыли девять публичных сделок на сумму около 650 млн рублей — средний чек порядка 70 млн. Но реальная картина, по оценке самого Халимова, вдвое богаче: половина венчурных сделок непубличны. Есть несколько крупных сделок, которые ОЭЗ не называет публично — в том числе одна в сфере делового программного обеспечения примерно на 300 млн рублей.
«Официальные цифры можно смело умножать на два — тогда картина будет гораздо ближе к реальности. В опросах участвует только треть инвесторов, остальные не раскрывают сделки из‑за нежелания к публичности или по просьбе самих участников», — пояснил он.
По словам Халимова, один из акцентов работы сегодня, который привлечет больше денег в стартапы — обучение бизнес-ангелов. Профессионал должен уметь оценивать технологическую составляющую, бизнес‑модель, юридические и финансовые нюансы, прогнозировать риски. «Если инвесторы владеют этими компетенциями, статистика успеха будет выше, ошибок меньше, а инвестиционной активности — больше», — подчеркнул он. «Эта культура развивается последние пять лет, но предстоит еще много работы», — заключил он.