Катя быстро привыкла к тому, что у неё теперь два папы. Иван Степанович оставался для неё "папой Иваном" — тем, кто учил её рыбачить, строгать по дереву и не бояться темноты. А Юхо стал "папой Юхо" — тем, кто читал ей вслух, рассказывал о Финляндии и учил финским словам. — Как по-фински "здравствуйте"? — спрашивала она. — Hyvää päivää, — отвечал он. — Хювя... пайвя? — повторяла она, путая звуки. — Почти правильно, — смеялся он. Вера смотрела на них и удивлялась, как легко девочка приняла чужого, по сути, человека. Ведь Юхо для неё был никем — незнакомцем, который вдруг объявился через восемь лет. Но Катя, кажется, не задавалась вопросом "почему". Она просто радовалась, что у неё есть ещё один близкий человек. — Дети мудрее нас, — сказала однажды Елизавета. — Они не зациклены на прошлом. Они живут настоящим. — И будущим, — добавила Вера. — Катя всегда верила, что ты вернёшься. И дождалась. — А Юхо она не ждала, — покачала головой Елизавета. — Но приняла. — Потому что она добрая. Как вы.
Катя и два папы. История одной семьи • Библиотека у Полярного моря
8 апреля8 апр
75
3 мин