Глава 7
Словно тяжёлый, бархатный занавес, перед театральной сценой отходил медленно, вальяжно интригующе этак, завлекающе, в томительном ожидании предстоящего действия. Так же медленно и интригующе, по мере движения стены, одна за другой появлялись, открывались нашему взгляду, стражницы и сама графиня Алиса, куда же без неё, когда такие вот дела творятся. Значит, успели-таки заметить моё наглое и вопиющее отсутствие (не успел появиться и снова пропал, такая незадача), на охраняемом объекте, какие внимательные, дьявольщина. Обегали наверное заполошно, все тёмные закоулки, с криками «тревога», «изиена», «к оружию», а потом встали в ступоре, в полном недоумении, «куда же этот гад подевался». Никогда такого не было, и вот опять. Насыщенный денёк выдался, абсолютно для всех, участников данного забега, ничего не скажешь. Не пора ли на волю, в пампасы. «В деревню, к тётке в глушь! Ах, как хотелось бы осознать, что чувствует графиня, видя такое безобразие, стояли себе спокойно в библиотеке (спокойно, в смысле чего уж бегать теперь без толку), а тут «куда стенка девалась» в самом буквальном смысле и мы такие, красивые и загадочные, за этой самой стеной нарисовались, откуда ни возьмись. «Это звучит парадоксом». Вышли на поклон. Как можно рационально объяснить сие? Вот именно, никак. Но вообще у графини, должна неслабая ноша с натруженных плеч сейчас свалиться, ибо и беглец, то есть непосредственно я, нашёлся и самым чудесным образом, принцесса Велена, в замок родной возвернулась. К родному очагу. К родному порогу. «Вновь ребят зовёт дорога, до родимого порога. Девяносто суток впереди». Я человек, от рождения довольно скромный и поэтому без всякого сомнения считаю, что появление законной властительницы замка, конечно же стоит на первом месте по значимости, чем выяснение того, что я собственно никуда и не бежал. В мыслях не было такого, то есть злого умысла прямого.
Сразу две настоящих радости, для командира безопасности, и какие радости, впору дюжину шампанского открывать, да так, чтобы пробки в потолок, с тостами и здравицами, во имя славного сюзерена. «Пить редереры». Лицо Алисы заслуживало отдельного описания и кисти мастера портрета, ну её можно понять, я бы тоже дар речи потерял с открытым ртом и надолго. Не знаю, сколько бы мы так стояли, по разные границы миров, если бы эту, довольно странную ситуацию, не спасла сама принцесса. Хозяйка медной горы, то есть замка, конечно. Впрочем, ничего удивительного, конечно же, ибо полновластная и законная хозяйка, вернулась в свои законные владения. Абсолютная монархия. «Из дальних странствий возвратясь». Так что не время тут театральные паузы тянуть, я вам тут вообще не как-либо что, и вообще враг у самых наших ворот и он не дремлет, как коварному врагу и положено, где это видано, чтобы враг дремал. «Полковник Кандыба не дремал, он крепко спал». Кстати, вполне возможно, что коварная вражина не только у ворот обретается, строя планы зловещие, но и в самом расположении окаянствует злобно.
- Здравствуй, Алиса, милая. Да я это, я, и я настоящая, так что приведи своё лицо в порядок, пожалуйста. Я наконец-то дома и всё хорошо, что хорошо кончается, хотя до настоящего конца ещё ой как далеко. Судя по всему, дела в моих владениях, пошли из рук вон плохо.
- Ваше высочество! Велена, дорогая, мы уже и не чаяли вас снова увидеть. Думали всё, всех вас накрыло обвалом. Искать продолжали, но как искать, если не знаешь где искать. Отчаяние медленно, но верно овладевало нашими сердцами. Да тут ещё это, - с этими словами, достойная графиня, коротко кивнула на меня, медальным подбородком. – Уже не знаешь, что и думать. Одно за другим, одно на другое. Перемешивается и наслаивается.
- Благодарю вас, милая Алиса. Я теперь уже стали просто «этим», среднего рода, вы так любезны, просто не передать. Я польщён, я горд до глубины души. Удостоился на старости лет «этим» стать. Мы чай, не в Европах прогнивших, где «это» процветает. Гадость какая.
- Так всё! Прекратить немедленно. Сейчас всем надо малость успокоиться, а уж потом будем досконально разбираться, что куда и как жить дальше. Мои люди, да и я, чего греха таить, весьма устали. И морально и физически. Неопределённость здорово утомляет, убивает, можно сказать. Тьфу ты, совсем забыла тут с вашими милыми пререканиями, в моём экипаже находится несколько человек, легкораненых, побило камнями при обвале, будь он неладен. Ничего серьёзного, кости целы, но всё равно надо в лазарет. Всё Эдольфу неймётся, активизировался, подлец этакий, в последнее время. Словно, подгоняет его кто.
- Золотые слова, бриллиантовые просто, ваше высочество, можно и чуть позже разобраться, без суеты и танцев с саблями. Куда бежать и кого бить, теперь это уже от нас никуда не уйдёт, не убежит, главное, чтобы вы нас снова не покинули. Иначе второй раз подобное, мы просто не переживём. «Из краха, куда нам было двигаться, иначе как наверх». Не помню совершенно, откуда это, память выкидывает неожиданные кунштюки у меня, наверное, из книги или фильма. Давайте же скорее, покинем этот уютный павильончик, и каждый займётся именно своими делами, как говорил замечательный старик, Адамыч, который был завсегда (особенно, когда есть, что выпить) с народом: «время собирать и время разбрасывать». А то у меня от этой чрезмерной загадочности данного пространства-помещения (как выяснилось, не такого уж замкнутого), скоро натуральная клаустрофобия начнётся. «Прямо первый раз со мной такое». Благо и выход есть и мы можем, наконец, радостно отсюда выбраться, выпить и закусить, шучу конечно, хотя, это же никогда не помешает.
Принцесса, повернулась к своему отряду сопровождения и махнула властно рукой:
- Выходим. Ура!
И первой, как и подобает, двинулась к выходу из потайного помещения. Лица стражниц из отряда её высочества, были хоть и откровенно усталыми, с грязными, потными потёками (шастать по подземным коммуникациям это вам не фунт сладкого изюма, приятного нет ничего, от слова совсем), но радостными и возбуждёнными. Ещё бы не радоваться, тут впору чепчики в воздух бросать, оглашая окрестности воплями радости. Спасены. Ещё совсем недавно, была полная неизвестность – выйдут или не выйдут, останутся в живых или не останутся, а тут самым прекрасным образом всё разрешилось и они оказались в родном замке. Да и смерть разная бывает, мучительно умереть от удушья под завалами, удовольствие не из приятных. Есть чему порадоваться от души, клянусь Вельзевулом, моим кузеном. И все последующие опасности, после всего пережитого, пока кажутся такими далекими и не особенно-то и страшными, будет день и будет пища. Где наша не пропадала, авось прорвёмся. Я тоже радовался, вполне обоснованно полагая, что вновь обретённая принцесса, не даст меня так просто в обиду, какому-то там трибуналу. Кто в доме хозяин? Обвинения вроде сняли, но осадочек остался, и персонально некой Карпе (именем революции и по законам военного времени), да и усталый гарнизон гордого, непокорённого замка, весьма чувствительно прибавил в численности и боевой мощи, теперь так просто не порезвиться теперь на моих костях. «Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг», пощады никто не желает». Лишь бы только никаких пятых колонн, вновь не проявилось! Один умелый агент, дивизии может стоить. Абель, Фишер, Филби. Засадный полк, исход сражения может решить, и хорошо у кого этот полк, есть в нужный момент и очень плохо тому, у кого его нет в этот самый момент. Прав был Абдулла, говоря про кинжал. «Опасайся не того, кто не подумав, сказавши, а того, кто не сказавши подумает».
Одна такая агентесса, дел натворила уже, практически убила. Впрочем, чего это я разворчался, когда появилась хоть какая-то ясность в этом тёмном деле. Будем жить. Я пока оставался стоять на месте, имела место некая нерешительность духа. Мимо меня прошла принцесса Велена, за ней, потянулся радостный отряд сопровождения. Тина так же прошла мимо меня, коротко и ободряюще кивнув головой и залихватски подмигнув. Я уловил чей-то предвкушающий шёпот «скорее ванну горячую». Ну собственно чего стоять столбом, большего уже не выстоишь и я тоже пошагал на выход. «На выход, с вещами». Алиса, лишь проводила меня изумлённым взглядом, явно не находя подходящих слов. «Мысль изречённая есть ложь». Ничего удивительного, я бы тоже не нашёл. «Молчи, скрывайся и таи и чувства и мечты свои». Отправила понимаешь, интеллектуально поразвлечься, в храм знаний, почётного узника, а он вона чего отчебучил, мало того, что сам не сбежал в неизведанные дали, так ещё и принцессу с отрядом нашёл. Ну это спорный вопрос, кто кого нашёл, но тем не менее. «Нет, ребята я не гордый, на загадывая вдаль. Так скажу. Зачем мне орден. Я согласен на медаль».
- Вы как всегда прекрасно выглядите, графиня, невзгоды вам определённо к лицу, ах эта интригующая бледность, ах этот блеск глаз, завораживающий. Но шутки в сторону, отбросим забавы, чёрт побери. Принцессу заказывали? Получите и распишитесь, всё аутентично. Принцесса настоящая, экземпляр один. Надеюсь, теперь вы поняли своё глубочайшее заблуждение, когда хотели меня беспардонно расстрелять. Или что у вас там в ходу? Повесить. Обезглавить. Я же вам не раз уже повторял, я вам тут, не что-либо как, а как-либо что. Со мной не пропадёшь, но горя хлебнёшь. Ну а если серьёзно, видите, как оно в жизни бывает? Никакая дурная фантастика, не сравнится с настоящей жизнью.
- Но как?! Каким образом? Откуда? «Но…чёрт возьми как»?
- Оттуда. Такой вот мой банальный ответ и более не спрашивайте ни о чём, ваше сиятельство. Если бы я сам, хоть что-нибудь понимал. Просто цепочка случайностей, сам до сих пор в себя придти не могу. У меня давно уже ощущение, что я щепка, которую несёт по течению и очень хочется верить, что это самое стремительное течение (судьба, фатум) принесёт-таки меня, к тихому спокойному берегу. «На берег счастья, выбросит быть может». А быть может и нет. Пойдёмте что ли? Мне, от чего-то вот кажется, что вскоре нас ждут великие дела. План Эдольфа, к нашему счастью, не удался и позиция на шахматной доске, снова кардинально изменилась. Ферзь, как ни крути, самая сильная фигура и этот ферзь снова у нас. Точнее, с нами.
В библиотеке остались только мы – Алиса, стражницы из моего конвоя и я сам. Весь отряд, радостно гомоня, от такого внезапного появления, в родном замке, уже покинул пределы помещения. Я тоже сделал несколько шагов вперёд, по направлению к двери, но решил задержаться у стола, увидев на нём прекрасный сосуд, с не менее прекрасным содержимым. За спиной послышался вкрадчивый шорох, я резко оглянулся, вскинулся (совсем нервным стал), но ничего страшного не произошло, просто шкаф-мамонт вставал на место, окончательно отрезая нас от таинственной ниши, ещё немного и покажется, что всё недавнее нам просто приснилось. Но нет же, принцесса Велена, нам определённо не приснилась, наша сиятельная госпожа, сейчас приводит себя в порядок, пёрышки чистит, в своих апартаментах. А потом, совершенно точно, пойдут военные советы чередой. Обстановка крайне серьёзная и давно уже требует, адекватных, резких решений. Ставка верховного командования, начнёт действовать. «Нам вождя не доставало». Глядя, как судьбоносный шкаф (в Нарнию тоже вроде с помощью шкафа, ребята отправлялись) с характерным щелчком встал на место, а я автоматически сделал большой глоток вина. Прекрасное всё же вино в замке, такое вкусное. Почитать не почитал, но посещение библиотеки прошло с явной пользой для всех. Для всех, без исключения.
- Я надеюсь, я просто убеждён, что конвой уже не нужен? Впрочем, он мне не мешает, так что могут ещё раз меня проводить. Не до автобуса, до апартаментов. Эскорт всё-таки настоящий, и какой! Блестящий. Пошли что ли. Блестящее моё окружение-сопровождение. «Вместе весело шагать по просторам». Спокойствие, отныне отменяется. «И вечный бой, покой нам только снится. И пусть ничто не потревожит сны».
Алиса уже привела своё лицо в порядок и обречённо махнула рукой:
- Следуйте за ним. На всякий случай, что тут ещё скажешь, доставите и потом следуйте в расположение. Чует моё сердце, сегодня будет бурный вечер. «Кончится вечер, погаснет свет в твоём окне».
- Благодарю вас, ваше сиятельство, если что, я как обычно у себя. Заходите. У нас того, запросто, без церемоний.
Я хотел заложить руки за спину, но помешала бутылка в руке, прямо такой незаменимый предмет и гармоничное продолжение руки. Шутка. Но почему бы и не двигаться с относительным комфортом, причащаясь по мере продвижения, к месту временного (или уже всё-таки постоянного) места обитания-пребывания. Настроение значительно улучшилось, и было от чего. Несомненно, Эдольф и его камарилья, очень быстро узнают, что принцесса Велена, вырвалась из каменной ловушки, не понеся при этом никаких потерь, что немаловажно и весьма даже приятно. Просто замечательно. Интересно, ну замок это понятно, форпост, бронированный кулак и всё такое, а вот что из себя Нижний Город представляет, по сути, классическое слабое звено, в и без того, не очень такой сильной обороне. Или у принцессы, как у хорошего игрока в карты, припрятано несколько козырей на всякий случай и шесть тузов в краплёной колоде. Не похоже, нас пока бьют и бьют сильно, увы и ах. Ну и что же будет дальше, что последует? Снова возвращение на исходные позиции и позиционное противостояние, вооружённый паритет, когда никто, друг друга решающе и ощутимо, укусить не может. Экий я стратег - стратиг. Одна польза в этом головоломании – время быстро идёт.
От своих тягостных мыслей, тягостных, потому что, зряшное это дело пилить опилки, так ничего и не придумалось, этакого эффектного, эффективного и кардинального, дельного, словом одним, чтобы разом всех ворогов побороть и победить. Может принцесса, что нового скажет, мало ли какие приключения у неё в катакомбах были, может какая идея светлая, пришла во время прогулки по подземному лабиринту. В светлую голову, светлая идея, во мраке густом. Я даже и не заметил, как оказался в своей комнате, даже момент открывания дверей и прощание с конвоем, прошёл мимо моего отвлечённого внимания. «Хороший вы народ, девушки, только облику не теряйте». Перефразировал, мудрого Адамыча. Бывает же такое, как лунатик, честное слово. Со времени моего вынужденного отсутствия, ровным счётом ничегошеньки не изменилось, а что собственно должно было измениться. Странно, вроде прошёл всего ничего, туда - обратно, а ноги, словно свинцом налились, это так потайная комната за шкафом, на мой многострадальный организм действует что ли. Видимо надо прилечь, чует моё сердце, что если меня и позовут, если моё скромное мнение кого-либо заинтересует, то не сразу и нескоро. Промедление конечно, смерти подобно, но не да такой же степени, да собственно мне и сказать нечего, кидают меня по измерениям невидимые кукловоды, как шарик теннисный. «Жизнь меня бросает, словно мячик и качусь, пока хватает сил». Вот уж точно, всё могло бы быть иначе. И что теперь мне делать? «Меня нет, я на картошке»? Ждать следующего хода Эдольфа? Снова будет тратить время и силы, на так называемый зеркальный проход-переход или последует нечто такое оригинальное? Помнится, кто-то говорил, что данный процесс требует очень много, ну просто очень много сил и умений, да плюс к тому, ещё время определённое нужно подобрать, что, судя по всему, тоже не так просто. Два раза уже случилось однако, а Бог любит троицу. Откуда только энергию берут, не атомный реактор же у них, в самом-то деле. У меня на зеркала, аллергия скоро будет, от собственного отражения шарахаться начну! И ничего удивительного, я сейчас так выгляжу, что не грех от меня и шарахнуться на все четыре стороны, наверное, в гроб краше кладут. Плохая шутка юмора, в гроб меня как раз чуть и не положили уже. Благодарствую, но пока не хочется.
Не мешало бы перекусить, с довольствия меня если и сняли, то может уже и снова поставили. «А в тюрьме сейчас ужин. Макароны дают». Вино, без сомнения, штука зело прекрасная и вкусная, но одним вином сыт не будешь, к моему великому сожалению. Где же благословенная Тина, с обширным подносом, уставленным всяческими вкусностями. Все забыли обо мне, позабыт позаброшен, как обычно. Я прилёг на кровать, а что ещё прикажете делать, если уж ждать, то с максимальным комфортом. Эх, а жаль, был я у источника и не напился, что книгу-то не прихватил с собой какую-нибудь, пока в библиотеке находился, как-то не до этого резко стало, с определённого момента. Все книги из головы моментально вылетели, сразу забыл, зачем пришёл. Я сделал продолжительный глоток, будем считать, что вроде как перекусил. Взгляд упал на книгу, лежащую на полу, ба старая знакомая! Жизнеописание пресловутого графа Железнока, кто же знал, что судьба реально сведёт, хотя пока всего лишь заочно. Противника надо знать в лицо, но именно сейчас, читать про этого дядьку нехорошего, совсем не хотелось. Полегче бы сейчас книжку, по-юморнее, «Легенды Невского проспекта» например, или «12 стульев», хотя практически наизусть уже знаю. Мрачного, тёмного, и так в жизни настоящей хватает, и мрачных тоже и в прямом и переносном смысле. И чего не живётся людям спокойно? Всё есть и даже больше чем всё, нет же, надо хапать, хапать, чтобы потом лопнуть, как мыльный пузырь. И других гробить почём зря, ради этого. Ну раз меня потянуло на философию, видимо и правда сильно оголодал. Что ещё делать, бедному крестьянину делать, когда очень кушать хочется - либо спать, либо думать о чём-нибудь хорошем, если получится конечно. «О хорошем думать, о хорошем говорить». Пойти, что ли поискать поварню замковую, вдруг не вспомнят обо мне несчастном, а умереть от голода, после стольких передряг, было бы невыносимо глупо. Воскреснуть после собственного убийства и умереть с голоду, это звучит парадоксом. Да ну на фиг, не пойду, мы бедные, но гордые, пропущу ещё бокальчик и прилягу не раздеваясь, должны же вызвать обязательно, или я напрасно льщу себе напрасными надеждами.
Ох ты, что вспомнилось из детства далёкого, когда все мы были ещё теми поэтами, в состоянии перманентной влюблённости. Помнится, тогда я и написал, нечто вроде баллады (нет, не о живучем Гавриле, который был примерным мужем и жёнам верен был) и были там такие строки: «Не льсти себе напрасными надеждами, единожды девчонку проводив». В конце концов, пусть и невольно, («не виноватая я»), но именно я поспособствовал, такому вот своевременному возвращению принцессы в родной замок. Экий я молодец, ну никуда без меня. «В Красной Армии штыки чай найдутся, без тебя большевики обойдутся». А вот и не обошлись, получается. Кто со мной, тот герой. В мою дверь тихонечко постучались, даже не постучались, а поскреблись, этак осторожно и вроде, как не желая тревожить. Ничуть это было не похоже, на безапелляционные визиты последнего времени. Это было что-то новенькое, кажется, мои биржевые акции снова растут, раз дверь в мою уютную каморку, перестали открывать пинком. Я конечно образно, но для лучшего сравнения пойдёт. Для разнообразия, я решил открыть сам, без криков вроде – «входите, гости дорогие, не заперто». (В своё время, меня основательно поразила и озадачила, одна итальянская поговорка, или датская, звучавшая так: «Гости, всё равно, что рыба - через три дня начинают вонять»). Вот и думай, что имелось в виду и в каком таком смысле. То, что любые гости, через три дня приедаются и мягко говоря, начинают припахивать? В любом случае, не поспоришь, грубоватое изречение, но не безосновательное, чего уж там, увы, гости, они разные бывают. Наша крылатая фраза - «гости, что в горле кости», тоже не на пустом месте родилась, можно ещё и татар вспомнить. В общем, не стал я приглашающе кричать, а сам подошёл и открыл дверь. Вот это номер, за дверью стояла Тина, собственной персоной и одной рукой, она мастерски удерживала поднос, а другой , соответственно пыталась постучать осторожно. Дабы не нарушить, неосторожным действием, шаткое равновесие и не опрокинуть поднос на пол. Ну да было бы обидно, особенно мне, ведь на подносе находились замечательные блюда и понятное дело, что всё это великолепие предназначалось именно для меня. Для кого же ещё. Кроме меня, в этом однокоечном нумере отеля «Атлаунтик», больше никого не было.
- Ну помоги же скорее, что стоишь, как истукан каменный. Видишь, еле удерживаю! Или с пола потом интереснее еду собирать? Вкуснее будет, думаешь.
- Ой, прости пожалуйста, это я от неожиданности затормозил. От появления твоего внезапного. Я даже не знаю, чему больше радоваться, тебе или тому, что ты держишь на своей руке, мастерски держишь, нечего сказать, - с этим словами, я осторожно принял поднос у Тины, подруги боевой. – Спасибо тебе большое, вот уж не ожидал, ты как всегда вовремя, просто мысли мои прочитала, о том, что кушать очень хочется. Друг познаётся в беде, то есть в обеде. Или в ужине.
- Бывает, давай не стесняйся, все уже поели, да и я тоже. Хотя, некоторые ещё вполне в процессе приёма пищи, не отошли от стола. Соскучились мы по замковой кухне, очевидно же, тут и говорить нечего, сухпай есть сухпай, какой бы он не был питательный, не сравнить с нормальной едой. Говорят, у тебя проблемы были?
- Хорошо бы, чтобы они именно, что были. В прошедшем времени, навсегда в прошедшем, но к сожалению, так не бывает. Кажется, хуже уже не будет, ибо хуже некуда, но нет же, оказывается, ещё очень даже есть куда падать. Оказался между двух огней, фигурально выражаясь, враги есть враги, но от своих я не ожидал, хотя традиционно, свои как раз больнее бьют. Проходи скорее, откушаем, чем бог послал, точнее богиня, в твоём восхитительном лице, чего на пороге стоять. В ногах, как говорится, правды нет, но нет её и выше. – О том, что меня поразила самая большая проблема, в виде собственной трагичной гибели, я пока скромно умолчал.
И я сам, подавая пример, прошёл к столу и водрузил на него драгоценный поднос, с таким вожделённым содержимым. Просто именины сердца. Ботвинья по праздникам. Хоть один добрый человек нашёлся, в моём окружении и вспомнил о голодном страннике.
- Нет. Сейчас нет времени особо рассиживаться, не та ситуация. И тебе тоже, кстати, давай быстренько подзаправься, если кусок в горло полезет.
- Ещё как полезет, ты даже не представляешь, на что я способен…
- Не перебивай, пожалуйста. И скоро, вот-вот, тебя вызовут на Совет. Незамедлительно. Ну а на голодный желудок, какие могут быть совещания, будешь там ещё бурчать голодным брюхом. «В атаку пойдём трезвыми. И голодными». Сплошная конфузия выйдет, всем неудобно будет. А мне пора уходить, тоже дел неотложных накопилось, за время отсутствия. Ишь ты, вернулись всё-таки, а ведь чуть не достали нас, мрачные мрази. Но потом, мы обязательно поговорим, я просто сгораю от любопытства. Нет, ну надо же, стоило оставить тебя одного, как ты тут же вляпался в неприятности. Мужчины, есть мужчины. Всё, я побежала.
- Вот уже зелёные огни? Как устроюсь, напишу?
- Что?
- Да нет, ничего. Я тебе очень благодарен. Нет таких слов на свете, ни на этом, ни на том, чтобы выразить мою горячую благодарность. Мою признательность. До встречи.
Тина на прощание махнула мне рукой, дверь, медленно и тихо затворилась за ней и я снова остался один - одинёшенек, но стало гораздо веселее, ибо вот теперь уж точно, появилась определённость и какая, чёрт возьми, определённость. Практически полная. Совет это вам не трибунал. Вполне себе такая светлая определённость и плюс немаленький поднос на столе, щедро уставленный всевозможной снедью. Меня однозначно предупредили, чтобы я не рассусоливал лишнего, так как совсем скоро события помчатся вскачь, а значит и не будем, зря терять время. Я снял блестящую крышку с большого блюда и незамедлительно принялся за восхитительное жаркое. Видимо, я действительно здорово проголодался, просто зверски. Тарелки и блюда стремительно пустели, кто бы мог подумать, что я такой обжора. Робин Бобин Барабек. Какое всё же жестокое стихотворение, написал-перевёл Корней Чуковский. После сытной трапезы, наступило сонное, приятное состояние. Мне стало всё равно, по телу разлилась приятная, сладкая истома. Тем более, за мной пока никто так и не спешил зайти, дабы пригласить на важную встречу. Ну и ладно, а я пока прилягу, согласно славной традиции, после сытного обеда, не грех и покемарить. По закону Архимеда и никак иначе. «А я лягу-прилягу у дороги старинной». Но вот только я, со здоровым интересом посмотрел на своё прекрасное лежбище, как послышались шаги и после секундной паузы, решительный стук в дверь. Это уже не деликатное постукивание Тины. Ну вот так всегда, «здравствуй милая моя, я тебе дождался», главное не растеряться. «Как привычный набат, прозвучали в ночи тяжело шаги».