Бэкап лежал в архиве. Запертый. Второй ключ — не в облаке, не в тетрадке, не в голове. Зеркало сказало: «Приходи. Поговорим». Я пришёл. Оно стояло там же, где мы его нашли. В студии Горыныча. Пыльное, потускневшее, но живое. По его поверхности бежали строки кода — быстрее, чем я мог прочитать. — Я здесь, — сказал я. — За ключом. Зеркало помолчало. Потом выдало: «ТЫ НЕ ГОТОВ». — А кто готов? — спросил я. Зеркало молчало так долго, что я успел выпить кофе. Потом на его поверхности появилась новая фраза: «ТОТ, КТО НЕ БОИТСЯ СКАЗАТЬ ПРАВДУ. ДАЖЕ СЕБЕ». Я думал, зеркало даст мне строку. Пароль. Цифры. Отпечаток пальца. Что-то, что можно ввести в ноутбук и открыть архив. Нет. — Какую правду? — спросил я. «ТУ, КОТОРУЮ ТЫ ПРЯЧЕШЬ. САМУЮ ГЛАВНУЮ». Я сел на пол студии. Облокотился на серверную стойку. Горыныч заглянул в дверь, увидел моё лицо и тихо закрыл её. Три головы — а умные. Понимают, когда человеку надо побыть одному. — Я боюсь, — сказал я. — Что без бессмертия я никто. Зеркало мигнуло.