У Даши есть игрушка. Резиновый жёлтый цыплёнок, который пищит, если на него нажать. Даша носит его с собой с щенячьего возраста. Спит с ним, таскает из комнаты в комнату, иногда кладёт рядом с миской во время еды. Цыплёнок уже облезлый, один глаз стёрся, пищалка работает через раз — но Даша его любит. Это её вещь. Её талисман. Все в доме это знают.
И вот в четверг я прихожу из кухни и вижу: Маша лежит на диване. В зубах — жёлтый цыплёнок. Лежит спокойно, уверенно, как будто этот цыплёнок всю жизнь был её. Даша сидит на полу рядом с диваном и смотрит. Молча. Без скулежа, без попытки отобрать. Просто сидит и смотрит снизу вверх. И в этом взгляде — что-то такое тихое, терпеливое, почти человеческое.
Как это произошло — никто не видел
Я, конечно, попыталась восстановить хронологию. Утром цыплёнок лежал на Дашиной лежанке — точно помню, потому что наступила на него, и он пискнул. Потом я уходила в магазин. Когда вернулась — цыплёнок у Маши, Даша в трансе. Что произошло за эти сорок минут — тайна. Муж был дома, но он, как обычно, ничего не заметил. «Они тут бегали, потом улеглись, я не следил», — вот его показания. Бесполезный свидетель.
Соня выстроила версию: «Маша подождала, пока Даша уйдёт пить воду, и забрала. Она всегда так делает — ждёт момент». Похоже на правду. Маша — стратег. Она не вырывает вещи, не устраивает драму. Она просто берёт, когда никто не смотрит. И потом лежит с таким лицом, что ты сам начинаешь сомневаться — а чей вообще этот цыплёнок?
Попытка вернуть справедливость
Я взяла цыплёнка у Маши. Маша не сопротивлялась — отпустила, но посмотрела на меня с укором. Я отдала Даше. Даша обнюхала цыплёнка, взяла в зубы, унесла на лежанку. Легла сверху. Спрятала. Прижала лапами. Вот теперь — моё. Всё, инцидент исчерпан, справедливость восстановлена.
На двадцать минут.
Через двадцать минут я заглянула в гостиную — цыплёнок снова у Маши. Маша на диване. Даша на полу. Та же мизансцена. Один в один. Я даже подумала — может, у меня дежавю? Нет. Просто Маша быстрее, чем Дашина бдительность.
Катя предложила решение: «Мам, надо купить второго цыплёнка. Жёлтого. Такого же». Идея казалась разумной. Я нашла в интернете похожую игрушку, заказала. Пришла через два дня. Точная копия — жёлтый, резиновый, пищит. Я дала его Маше. Маша обнюхала, прикусила, пискнула — и бросила. Не интересно. Новый, чистый, с двумя глазами — но не тот. Ей нужен именно Дашин. Потому что ценность не в цыплёнке. Ценность в том, что он чужой.
Дашина тактика
Даша, надо отдать ей должное, не воюет. Она выработала свой метод. Когда Маша засыпает — а Маша засыпает крепко, с храпом, на спине, лапы в потолок — Даша тихо подходит к дивану, аккуратно берёт цыплёнка и уносит на лежанку. Без звука. Без суеты. Как маленький рыжий ниндзя на коротких лапах. Утром Маша просыпается, смотрит — цыплёнка нет. Идёт к Дашиной лежанке. Даша лежит на цыплёнке и делает вид, что спит. Маша стоит, думает. Потом уходит. Через час возвращается. Цыплёнок снова у Маши.
И так — каждый день. Туда-сюда, туда-сюда. Жёлтый облезлый цыплёнок кочует между диваном и лежанкой, как переходящий приз. Муж говорит: «Они в него играют, просто по-своему». Может, он прав. А может, это не игра, а переговоры. Долгие, молчаливые, корги-переговоры о том, кому принадлежат вещи в этом доме.
Новый цыплёнок, кстати, достался Кате. Она теперь пищит им, когда хочет позвать собак ужинать. Работает лучше любой команды.
А у ваших питомцев есть любимая вещь, из-за которой разгораются домашние баталии? Расскажите — у нас тут целый сериал, и мне нужно знать, что у других не легче.