Космонавтика никогда не была безопасной отраслью. До сих пор каждый пилотируемый полёт — это работа на пределе техники, материалов и человеческих решений. С одной стороны, участники космических программ больше всего на свете боятся аварий. С другой, именно в космонавтике аварии критически важны. Если автомобильное ДТП, даже самое серьёзное, рискует остаться просто трагедией, то авария в космосе меняет стандарты проектирования и подталкивает к новым решениям.
На самом деле, статистически летальных катастроф по отношению к общему числу запусков в истории космоса было не очень много, но почти каждая из них стала поворотной точкой для всей отрасли. В этом тексте мы лишь самыми широкими мазками расскажем про ключевые аварии в истории космоса, которые изменили историю развития всей индустрии.
Материал выходит в рамках недели космонавтики в Дзене. Чтобы узнать больше о космосе, миссиях и технологиях, переходите по ссылке.
Союз-1: спешка с парашютом
В 1967 году советский космонаст Владимир Комаров погиб при возвращении на Землю в корабле «Союз-1». Полёт с самого начала сопровождался техническими сбоями, но в целом прошёл успешно. К сожалению, уже при посадке отказала парашютная система: основной парашют не раскрылся, а запасной не смог нормально сработать после выхода тормозного.
Катастрофа стала первым смертельным случаем в ходе космического полёта и одним из самых жёстких напоминаний о том, что недоведённый корабль нельзя «доталкивать» в эксплуатацию ради сроков или политического престижа.
Главный вывод, которые сделали советские и впоследствие американские инженеры, из «Союза-1» прост, но жесток: критические системы нельзя считать надёжными по расчёту или по уверениям конструкторов. Их нужно прогонять через многоэтапные наземные испытания, включая сценарии редких отказов. Советская программа фактически заплатила жизнью за недоиспытанную технику и за управленческую спешку; к её чести, катастрофа привела к системным изменениям в подготовке кораблей к полёту.
Союз-11: клапан смерти
В 1971 году случилась одна из самых жутких аварий в истории советского космоса. Георгий Добровольский, Виктор Волков и Владислав Пацаев успешно завершили миссию на станции «Салют-1», но погибли при возвращении. Во время разделения модулей на спуске вентиляционный клапан открылся раньше времени, и спускаемый аппарат быстро потерял давление. Экипаж летел без скафандров, поэтому шансов пережить декомпрессию у них не было: космонавты потеряли сознание за считаные секунды. Это единственный случай в истории, когда люди погибли непосредственно в космическом пространстве от разгерметизации.
Вывод из этой аварии оказался предельно конкретным: на этапах выведения и спуска экипаж должен быть защищён скафандрами, а конструкция корабля должна учитывать отказ даже малых клапанов и пиромеханизмов. После «Союза-11» корабль переработали под двух космонавтов, чтобы обеспечить полёты в скафандрах «Сокол».
Apollo 1: пожар в кислороде
В том же 1967 году, когда СССР потеряли Владимира Комарова, США пережили собственную катастрофу. Во время наземного испытания Apollo 1 на стартовой площадке в кабине вспыхнул пожар, и астронавты Гас Гриссом, Эд Уайт и Роджер Чаффи погибли внутри корабля. Оказалось, что кабина была заполнена чистым кислородом под повышенным давлением, а люк открывался слишком сложно и долго. Одной искры оказалось достаточно, чтобы огонь мгновенно охватил внутреннее пространство.
Урок Apollo 1 был фундаментальным: опасной может быть не только ракета в полёте, но и сама среда внутри корабля. После катастрофы NASA изменило состав атмосферы на наземных этапах, заменило горючие материалы на более огнестойкие и переработало люк так, чтобы экипаж мог быстро выбраться. Это был пример того, как одна авария меняет на корню абсолютно всю философию безопасности целой программы.
Challenger: уплотнитель в мороз
В 1986 году гордость американской космической программы, шаттл Challenger, разрушился на 73-й секунде полёта. Это был первый в истории случай космической катастрофы на глазах десятков миллионов телезрителей по всему миру в прямом эфире.
Причиной аварии стала потеря герметичности стыка твердотопливного ускорителя. Как утверждается по итогам официального расследования, резиновый O-ring на холоде потерял эластичность, горячие газы прорвались наружу и привели к разрушению конструкции. Официальная «Комиссия Роджерса» позже показала, что проблема была не только в детали, но и в процессе принятия решения: инженеры предупреждали о риске низкой температуры, однако их доводы не остановили запуск.
Из Challenger вырос, возможно, самый важный урок всей пилотируемой космонавтики: опасно не только техническое несовершенство, но и организационная самоуверенность. После катастрофы окончательно оформилась идея независимого инженерного вето — права остановить запуск по соображениям безопасности и недопустимости полётов в погодных условиях, выходящих за подтверждённые пределы. Именно благодаря этой жуткой аварии вы можете включить трансляцию космического запуска в прямом эфире и за считанные секунды до запуска унать об очередном отложенном старте на часы и дни.
Итоги
Если вы обратили внимание, в перечисленными нами авариях причины трагедий были разными: брак и недоиспытанность, конструктивная уязвимость, опасная среда внутри корабля, игнорирование инженерных предупреждений, и так далее. Но результат общий: трагедия.
Увы, космонавтика стала надёжнее именно «благодаря» авариям. А ещё благодаря тому, что по обе стороны океана каждую такую аварию разбирали до последнего болта и до последнего управленческого решения.
Современные российские и американские аварийные системы спасения, полёты в скафандрах, более жёсткие процедуры сертификации и та культура безопасности, на которой строятся и государственные корабли, и частные Crew Dragon, — это прямое наследие тех трагедий. И, судя по успешной статистике пилотируемых полётов — весьма достойное.