Эта история для новых подписчиков. Она написана полностью, и была воспринята неоднозначно. Комментарии не закрываю. но читать, чтобы снова не психануть, не буду. На других платформах она платная. Повесть "Репетитор для ведьмы" я сегодня удаляю. Приятного чтения
В Москве начались странности, которым приходилось придумывать все менее и менее правдоподобные объяснения. Иначе, сумку на плечо и обратно на вокзал. Обратно не хотелось.
Организаторы кастинга поселили его в хостеле на окраине города, и несколько дней не давали о себе знать. Все его письма, где он сначала просил, а потом требовал объяснений оставались без ответа. Целыми днями он бесцельно бродил по городу, оттягивая, сколько возможно, возвращение в номер, который делил с пятью мужиками, невозмутимо давившими на себе клопов и вызывавшими брезгливость похабной откровенностью, коей требовали и от него.
Благоразумно решив экономить на тот случай, если обратный билет придется покупать за свой счет, он питался лапшой быстрого приготовления, белым хлебом и дешевой газированной водой, которую покупал по акции в сетевых магазинах.
На третий день безрадостного пребывания в столице ему стала чудиться слежка. Чей-то бесстыжий взгляд буровил затылок, куда бы он не пошел. Подобное чувство он испытывал на сцене, когда направленный на него свет не давал считать лица и реакцию зрителей.
Он пытался убедить себя, что психует из-за неопределенности ситуации, в которую попал, но интуиция подсказывала, что он прав, и кто-то преследует его с неясной, а потому настораживающей целью.
Внутри начала созревать трусливая готовность бросить эту затею, написать пригласившему его кастинг-менеджеру гневное письмо, сдобренное хорошим русским матов, купить билет в плацкартный вагон и вернуться обратно, чтобы уже навсегда смириться с той жалкой второстепенной ролью, которая выпала его в жизни.
— Привет, ты Егор?
— Нет, меня зовут.., — улыбчивый блондин, преградивший ему дорогу, вдруг приложил палец сначала к его губам, а потом к своим.
— Ни слова больше. Меня не интересует, кто ты. Это же твое фото? — не теряя ни на секунду собеседника из вида, веселый блондин достал из кармана распечатанную на обычном принтере фотографию, с которой чуть моложе, чуть полнее смотрел тот, кого он остановил. — Ну ясное дело, ты, — сам себе ответил веселый блондин. — Идем за мной, тебя ждут.
— Кто? — не двигаясь с места, спросил тот, кого назвали Егором.
— Кастинг-менеджер, — хмыкнул блондин и махнул рукой, приглашая следовать за ним.
Они виляли по пустынным улочкам Замоскворечья минут двадцать, пока не остановились возле небольшого кафе, куда блондин подтолкнул Егора, оставшись снаружи.
Внутри, не дав опомниться, Егора подхватил администратор, выскочивший из-за своей стойки, и с непривычной Егору любезностью отвел его в зал, где в углу на маленьким столиком, рассчитанным на двоих, сидела дама, выглядевшая настолько дорого, что Егор сжал руки в кулаки, скрывая свои обкусанные в нервотрепке последних дней ногти.
Присесть рядом несмотря на то, что администратор уже удалился, оставив его наедине с дамой, Егор не решился, все еще сомневаясь, не ошибка ли это. Ведь очевидно, что на самом деле никакой он не Егор.
Дама, которая в этот момент пила чай, неспеша поставила чашечку на блюдце, подняла голову и ничуть не высокомерно, чего Егор, признаться, ожидал, улыбнулась.
— Здравствуйте, Егор, это я вам писала. Рада наконец познакомиться.
Если бы в руках у Егора была шляпа или картуз, он бы непременно их смял. Но в руках у него не было ничего, поэтому он насупился и ответил чуть грубее, чем собирался.
— Я уже несколько дней здесь. Мог вас порадовать еще раньше.
Не переставая улыбаться, словно его слова ничуть ее не обидели и не задели, она указала рукой на свободный стул.
— Ну что же вы стоите, присаживайтесь, Егор.
— Вам прекрасно известно, что меня зовут не Егор, — пробурчал Егор, но все же сел. Что бы здесь ни происходило, меньше всего это напоминало кастинг.
Придвинув к оголодавшему за эти дни мужчине меню, дама, интимно наклонившись, сказала.
— Рекомендую потрошки в сметанном соусе. Заказывайте и, умоляю, не смотрите на цены. Я угощаю.
Егор хотел воспротивиться, но не стал, вспомнив все сухие булки, съеденные за эти дни.
— Меня зовут Вероника Николаевна, — представилась, между тем, дама. — Вы, конечно, имеете полное право злиться, что мы не сразу вышли с вами на связь. Но дело, которое мы думаем вам поручить, настолько деликатное, что нам пришлось наблюдать за вами эти несколько дней. И хочу, вас поздравить — по заключению нашего психиатра вы идеально подходите для той работы, подробности которой я вам теперь открою. Но должна предупредить, — тут она умолкла, потому что подошел официант, чтобы принять у Егора заказ. Когда все тщательно записав в перекидной блокнот, официант скрылся, Вероника снова наклонилась к Егору. — Должна предупредить, что вам придется на целый год полностью отказаться от вашей прежней личности, став абсолютно другим человеком. И сделаете это не ради искусства, и даже не ради человеколюбия, хотя и такой аспект в вашей работе предусмотрен. Вы это сделаете во имя по истине фантастического гонорара, который мой хозяин заплатит вам ровно через год, если вы будете благоразумны и не нарушите те небольшие условия, которые мы в обязательном порядке пропишем в нашем контракте.
— Например? — Егор чуть отстранился. Внешне Вероника выглядела безупречно, но от нее почему-то пахло старостью, болезнью и смертью.
— Например, — улыбнулась Вероника. — В течение этого года вы не должны не только встречаться, не только не заводить романы, но даже смотреть в сторону женщин. Это самое главное, хотя и не единственное условие.
Егор недоверчиво уставился на Веронику, стараясь не пропустить момент, когда она не выдержит и расхохочется в голос, а потом скажет: «Разумеется, я вас разыграла. А теперь, шутки в сторону, давайте обсудим настоящие условия нашей сделки».
Но лицо женщины оставалось серьезным. Наклонив голову, она, в свою очередь, наблюдала за его реакцией. Могло сложится обманчивое впечатление, что ею не волнует его ответ, но по тому, как она нарочито небрежно водила пальцем по кромке своей чашки с остывшим кофе, неплохо знакомый еще со времен учебы в театральном с психологией, Егор понял — Вероника нервничает: Егор нужен ей (или им?) не меньше, чем он нуждается в этом неожиданном шансе на перемены.
— Значит, вы не шутите? Но вы же понимаете, что я попрошу объяснений?
Она выдохнула, и это не ускользнуло от Егора. Убрала руки с чашки, скрестив их на груди, расслаблено откинулась на спинку стула.
— Я бы на вашем месте задала совсем другой вопрос.
— Какой? — немедленно вернул ей подачу Егор.
— Я бы спросила только одно: сколько? Возможно, мой ответ, снимет все озвученные и еще не озвученные вопросы.
Ей было снова стало комфортно, а он так ничего и не узнал. Но эта женщина верно его просчитала: он никуда не уйдет сейчас. Согласиться или нет, еще вопрос, но он совершенно точно выслушает все ее условия до конца, а уже потом задаст тот самый вопрос, с которого она рассчитывала начать разговор.
Официант, стараясь оставаться незамеченным, поставил перед Егором зеленый салат и выдыхающий с легким шумом сок стейк средней прожарки.
— Зря вы не заказали потрошки. Надо хотя бы иногда прислушиваться к мнению тех, кто знает, о чем говорит.
Егору послышался в ее словах двойной смысл, и он, ловко отрезав себе маленький кусочек ответил, прежде чем отправить его в рот.
— Если мое собственное мнение расходится с мнением знающих людей, я делаю выбор в пользу своего, — он разжевал и проглотил мясо, улыбнулся. — Потрясающе. Жаль, вы не заказали стейк. Рекомендую.
Вероника коротко ударила ладонью по столу.
— Довольно. Спрашивайте.
Он кивнул. Отложил приборы в сторону, хотя и наполовину не утолил свой голод.
— Кто такой Егор?
Буквально пару секунд она смотрела на него задумчиво, потом приняла решение, хмыкнула, взяла сумку и извлекала оттуда мобильный телефон.
— Егор — бывший зять моего работодателя.
— Ничего себе! — вырвалось у того, кого теперь все называли Егором. — Даже я сам на какой-то момент подумал, что смотрю на самого себя.
Телеграм "С укропом на зубах"