История с прямыми рейсами из Москвы в Пхеньян сначала выглядела как заметная новость: редкое направление, громкий политический фон, экзотика, ощущение открытия нового маршрута. Но на практике всё вышло куда прозаичнее. По данным “Коммерсанта”, на рейсах Nordwind туристов «фактически не было», а сама авиакомпания не смогла выполнить условия субсидии из-за слабого спроса. Росавиация выдала перевозчику допуск на полёты в июле 2025 года, рассчитывая на формирование устойчивой загрузки, но этого не произошло.
На первый взгляд это может показаться странным. Северная Корея — одно из самых закрытых государств мира, а значит интерес к поездке туда вроде бы должен быть высоким хотя бы из любопытства. Но туризм и любопытство — не одно и то же. Для массового пассажира важны не заголовки, а понятность маршрута, удобство, безопасность, цена и возможность действительно провести отпуск. Именно здесь северокорейское направление и оказалось слишком узким.
Маршрут есть, а массового турпродукта нет
Главная проблема в том, что прямой рейс сам по себе ещё не создаёт спрос. Чтобы направление стало популярным, нужен готовый и понятный туристический продукт: программы поездок, отели, экскурсии, прозрачные правила въезда, удобные даты, репутация и ощущение предсказуемости. В случае с КНДР всего этого для массового российского туриста почти нет. Даже те немногие поездки, которые существуют, обычно строго организованы и мало похожи на привычный отдых. Поэтому прямой рейс из Москвы оказался не дверью в новый туристический рынок, а скорее транспортной возможностью без широкой аудитории.
Владивосток оказался логичнее Москвы
Ещё один важный момент — большинство туристов, которые всё же летали в Северную Корею, по данным туроператоров, пользовались не московским направлением, а рейсами северокорейской Air Koryo из Владивостока. Это логично: Владивосток ближе географически, перелёт короче, а сам маршрут выглядит более естественным для такого редкого направления. Москва же в этой схеме оказалась слишком далёкой стартовой точкой для очень нишевого спроса.
Экзотика не равна удобству
Есть маршруты, которые хорошо продаются именно как экзотика. Но для этого экзотика должна быть «упакована» в понятный и комфортный опыт. Северная Корея для большинства людей остаётся не просто необычным, а слишком специфическим направлением: строгие правила, ограниченная свобода передвижения, особый формат организованных поездок. Для узкой группы энтузиастов это может быть интересно, но массовому туристу такой формат обычно не нужен. Отсюда и главный парадокс: новость о рейсе звучит громко, а реальный рынок под него почти отсутствует.
Рейсы оказались нужны не столько туристам
Судя по публикациям, сами полёты в итоге стали выполнять не столько туристическую, сколько дипломатическую и логистическую функцию. В новостях отмечалось, что такие рейсы могли использоваться для перевозки делегаций, специалистов и грузов. Это важный нюанс: маршрут может существовать не потому, что на нём много отпускников, а потому, что он нужен государственным и деловым структурам. В таком случае его экономическая логика уже совсем другая.
Почему это предсказуемый итог
По сути, рынок просто показал реальный масштаб интереса. Полёт в Пхеньян из Москвы оказался слишком нишевым для регулярной туристической загрузки. Спрос не поддержали ни редкость направления, ни сама громкость темы. Для массового пассажира маршрут получился слишком далёким от привычного понимания отдыха, а для узкого круга заинтересованных людей, видимо, хватало и существующих схем через Владивосток. Поэтому история закончилась вполне закономерно: рейсы формально есть, а широкого туристического потока под них нет.