История Хана ван Мегерена — это сюжет, который само кино не могло бы придумать. Голландский художник, непризнанный при жизни, стал самым знаменитым фальсификатором XX века, подделав Вермеера так гениально, что обманул весь арт-мир и нацистов. Два фильма — «Подлинный Вермеер» (2016) и «Последний Вермеер» (2019) — предлагают два взгляда на одну биографию. Но акценты в них расставлены по-разному.
«Последний Вермеер» (2019): суд, ложь и цена свободы
Действие фильма «Последний Вермеер» режиссёра Дэна Фридкина разворачивается сразу после Второй мировой войны. В центре сюжета — бывший лейтенант голландского сопротивления Джозеф Пиллер (Клас Банг), который расследует дело художника Хана ван Мегерена (Гай Пирс). Подозрение серьёзное: коллаборационизм с нацистским режимом.
О чём фильм
Пиллер пытается выяснить, продал ли ван Мегерен картину Вермеера лично Герману Герингу. Если да — это измена родине, и ему грозит смертная казнь. Постепенно выясняется, что одна из ключевых «картин Вермеера» может быть искусной подделкой. Обвинение меняет вектор: из предателя ван Мегерен превращается в афериста.
Фильм строится как гибрид судебной драмы, исторического триллера и размышления о том, как искусство становится инструментом политики. Ван Мегерену нужно убедить всех, что он не гений, а жулик. Звучит как чёрная комедия, но это чистая драма.
Основа сюжета
Лента основана на реальных событиях и книге Джонатана Лопеса «Человек, который сделал Вермееров». Исторический Хан ван Мегерен действительно оказался в центре послевоенного скандала. Его дело показало, насколько легко арт-рынок, политика и экспертные оценки сплетаются в нераспутываемый узел.
Поворот дела
После ареста в мае 1945 года ван Мегерена обвинили в сотрудничестве с врагом. Его «Вермеер», оказавшийся у Геринга, был признан продажей национального достояния нацистам. Ему грозила смертная казнь.
Тогда он заявил: все «Вермееры», проданные им, — подделки. Власти не поверили и организовали контролируемые условия, в которых он должен был написать новую картину в стиле старых мастеров. Так появилась работа «Иисус среди книжников» (также известная как «Молодой Христос, проповедующий в храме»). Она стала главным доказательством его мастерства фальсификатора.
Итог дела
После признания «Вермеера» подделкой дело изменило характер. Вместо коллаборациониста он превратился в разоблачённого фальсификатора, который сумел обмануть и коллекционеров, и нацистов. В 1947 году суд признал его виновным в мошенничестве. Он получил тюремный срок, но умер в том же году от сердечного приступа в возрасте 58 лет.
Значение для искусства
Дело ван Мегерена стало переломным для практики атрибуции. Оно показало, что даже ведущие эксперты могут ошибаться, если опираются только на стиль, ожидания рынка и авторитет имён. После этого случая в искусствоведении стали осторожнее относиться к «сенсационным находкам» и сильнее опираться на техническую экспертизу: химический анализ красок, исследование грунта, возраст материалов и документальную цепочку владения.
Если раньше картину могли признать вермеером потому, что она выглядела достаточно убедительно, то после дела ван Мегерена от исследователя стали ожидать не только вопроса «похоже ли это?», но и «откуда эта вещь, из чего она сделана и можно ли доказать её происхождение?».
«Подлинный Вермеер» (2016): рождение фальсификатора
Первый фильм — «Подлинный Вермеер» (в оригинале A Real Vermeer) — снят режиссёром Рудольфом ван ден Бергом в копродукции Нидерландов, Бельгии и Люксембурга. В России его иногда называют «Настоящий Вермеер».
О чём фильм
Здесь история ван Мегерена показана с самого начала. Зритель видит его молодым, талантливым, но непризнанным. Он пишет картины, но критики говорят: «В тебе нет духа». Тогда он решает отомстить системе и начинает подделывать Вермеера — не копируя, а создавая новые работы, которые выдаёт за утерянные шедевры.
Фильм показывает, как личная обида, амбиции и успех подделки затягивают его всё глубже. Появляется даже Герман Геринг, который ищет картины Вермеера для своей коллекции. Но главный акцент здесь — не на политике, а на психологии.
Чем интересен фильм
Это не фильм о Вермеере как художнике. Это фильм о том, как создаётся и разоблачается художественная мистификация. Он показывает ван Мегерена не просто мошенником, а сложной фигурой на стыке искусства, гордости и самоуничтожения.
Однако есть важный нюанс: фильм довольно вольно обращается с биографией. В реальности ван Мегерен был куда более прагматичен. Он не был романтическим героем, страдающим за правду. Он действовал расчётливо, жил на широкую ногу, продавал подделки за огромные деньги и делал это методически, годами. В фильме же его образ смягчён и приближен к трагической фигуре.
Сравнение двух фильмов
Оба фильма связаны одной исторической фигурой, но смотрят на неё по-разному. «Подлинный Вермеер» больше говорит о личной обиде, амбиции и рождении фальсификатора. «Последний Вермеер» — о послевоенном суде, подозрении в коллаборационизме и неожиданном повороте, когда подлог становится способом защититься от обвинения.
«Подлинный Вермеер» чаще хвалят за попытку показать внутреннюю мотивацию героя и интерес к самой механике подделки. Это камерное, почти интимное кино. Однако его ругают за вольное обращение с фактами. Реальный ван Мегерен не был таким романтическим страдальцем, каким его показывает экран. Фильм сглаживает его прагматизм, коммерческую хватку и многолетнюю продуманную схему обмана.
«Последний Вермеер» обычно хвалят за актёрскую игру (особенно выделяют Гая Пирса), визуальный стиль, послевоенную атмосферу и напряжённую судебную интригу. Но претензии к нему тоже есть: неровный тон (фильм не всегда понимает, он детектив, драма или мелодрама), перегруженный сценарий, местами тяжеловесность.
В сухом остатке: «Подлинный Вермеер» слабее как точная биография, но ровнее как история о том, как становятся фальсификатором. «Последний Вермеер» сильнее по постановке и актёрской работе, но чаще вызывает претензии к сценарию и жанровой нестабильности.
Влияние на искусствоведение
Для искусствоведения история ван Мегерена стала ударом по идее «непогрешимого знатока»: выяснилось, что стилистическое сходство можно искусно имитировать, а художественная экспертиза не может держаться только на «глазомерной» оценке. Одновременно дело ван Мегерена усилило интерес к самой теме подделок — уже не просто как к криминальной истории, но как к полноценному культурному феномену, способному пересмотреть границы подлинности и мастерства в искусстве.
Источники
Материал собран на основе следующих источников:
- О «Последнем Вермеере»: Википедия, Wink, Кинобизнес, Кинопоиск, JustWatch, Mail.ru, критика на YouTube, ArtInvestment.