Дэйв Мастейн дал интервью для Metal Hammer. Выдержки из беседы приведены ниже.
Когда у тебя возникла мысль, что это должен быть последний альбом Megadeth, и почему?
«Я всегда говорил, что когда не смогу выполнять свою работу на все сто процентов, я повешу гитару на гвоздь. Мой мозг может играть, но руки травмированы, поэтому мне пришлось принять решение: "Продолжать и никому не говорить, или сказать об этом?"
Мы тогда почти на две трети закончили запись альбома, и я поговорил со своим сыном Джастисом — он входит в нашу управленческую команду — и сказал: "У меня болят руки, и я не знаю, сколько ещё смогу этим заниматься". У меня уже артрит в руках, а некоторые пальцы онемели, так что вопрос в том, сколько ещё мои руки выдержат?»
Кстати, о прощаниях: Megadeth были единственной крупной металл-группой, которой не хватало на прощальном концерте Оззи Осборна и Black Sabbath «Back To The Beginning». Это потому, что вы всё ещё работали над альбомом?
«Нет, это потому, что мы были в Европе на гастролях с Disturbed. Никто не знал, что Оззи не станет так скоро, и я, конечно, тоже не знал. А я любил Оззи. Я считал, что он и Шэрон были двумя самыми милыми людьми по отношению ко мне в музыкальном бизнесе. Я был потрясён, когда это произошло».
Новый альбом обладает энергией молодой гаражной группы, особенно в такой песне, как «Let There Be Shred», которая, как я могу себе представить, понравилась бы восемнадцатилетнему Дэйву Мастейну. Тот факт, что у тебя по-прежнему остались страсть и энтузиазм после всех этих лет, является настоящим свидетельством твоего духа.
«Спасибо, это очень любезно с твоей стороны. Мы очень близки как группа, и когда тебе нравятся люди, с которыми ты играешь, получаются более глубокие песни. Если рядом с тобой три человека, которые не вносят никакого вклада, то, вероятно, возникнет некая обида».
На альбоме есть песня под названием «I Don’t Care», но мне показалось, что на протяжении всей твоей карьеры тебе, пожалуй, было до всего дело, ты всегда прямо говорил правду и никогда не боялся называть вещи своими именами. Как ты думаешь, это шло тебе на пользу или во вред?
«На пользу, безусловно, для меня самого. В индустрии было несколько человек, которые возмущались тем, что я говорил, но моя роль в жизни заключалась в том, чтобы быть гордым, смелым львом, говорить правду и отстаивать то, что правильно».
В фильме Metallica «Some Kind Of Monster» есть знаменитая сцена, где ты трогательно разговариваешь с Ларсом Ульрихом о боли и обиде, которые ты испытывал из-за того, что он и Джеймс Хетфилд годами тебя унижали, и о том, что тебе казалось, будто ты вынужден жить в тени их успеха. Ты наконец-то примирился со своими достижениями?
«Я всегда был в мире с тем, чего добился. Но дело в том, что мне пришлось почти всю свою карьеру находиться в обороне. Между мной и Metallica больше нет никакой негативной энергии, но все эти годы было тяжело иметь дело с комментариями. Особенно с тем, что они говорили, будто я не умею играть. Вы с ума сошли? Кто бы такое сказал?»
Если оглянуться назад, и хотя они никогда бы в этом не признались, возможно, некоторые участники Metallica чувствовали угрозу со стороны успеха Megadeth и признания, которое получала группа, особенно в конце восьмидесятых.
«Сейчас никакой обиды нет. Я всегда уважал и любил игру Джеймса на гитаре, и именно поэтому мы записали последний трек на альбоме [кавер на песню Metallica "Ride The Lightning"]. У меня своя группа, которую я люблю, и мне просто показалось правильным сделать кавер на песню, которую я написал ранее с Metallica, и придать ей свой собственный стиль».
Ты слышал какие-нибудь отзывы от ребят из Metallica о твоей версии?
«Нет, и я не жду их. Я знаю, что они в курсе того, что происходит в мире, и уверен, что в какой-то момент кто-то им об этом скажет, а вот захотят ли они выслушать это без предубеждений — это уже их дело. Честно говоря, в той группе главное было весело проводить время, и это одна из тех вещей, по которым я скучаю — братство и веселье».
Если бы ты мог вернуться назад и дать подростку Дэйву Мастейну небольшой совет, что бы это было? И как, по-твоему, подросток Дэйв Мастейн отнёсся бы к сегодняшнему Дэйву Мастейну?
«Я бы, наверное, сказал: "Не бей людей по лицу, когда пьян". А молодой Дэйв Мастейн, наверное, ответил бы: "Ты победил", а потом дал бы мне по морде [смеётся]. Но нет, если бы я собирался дать себе какой-то совет, то это было бы следующее: "Когда наступают дни — а их будет много — когда тебе кажется, что ты совсем один, знай, что это не так, и знай, что тебя ждут великие дела"».
За эти годы ты написал много текстов, затрагивающих социальные проблемы. Ты оптимистично смотришь на состояние мира в 2026 году? На личном уровне твой стакан скорее наполовину полный, чем наполовину пустой?
«Мой стакан полный. Что я думаю о состоянии мира? Я думаю, что мир — это пороховая бочка, готовая взopваться. Давным-давно я говорил, что, по-моему, в Америке начнётся гражданская вoйна, и похоже, она приближается. Но я очень доволен своей жизнью прямо сейчас. Я думаю, это здорово — выпустить отличный новый альбом, а возможность гастролировать по США с моими друзьями из Exodus и Anthrax — это просто чудесно. Мы отлично проведём время».
У тебя в голове уже есть конечная точка для тура?
«У нас забронированы даты до 2028 года, но это всего лишь через два года. Мы — американская группа, которая преодолела границы своей страны, и теперь мы — международная группа, и за эти годы мы завели много друзей по всему миру, с которыми нам нужно увидеться. Реально это займёт два или три года. Что будет после этого… Я понятия не имею. Я просто знаю, что когда тур закончится, я вернусь домой и оглянусь на всё, что я сделал. И я очень доволен тем, что я сделал».
Кажется уместным, что новый альбом носит одноимённое с группой название, потому что он является настоящим воплощением всей карьеры Megadeth и окончательным заявлением. Артисты часто терпеть не могут этот вопрос, но как ты оцениваешь наследие группы?
«Я думаю, это немного глупо, когда группы жалуются на это. Зачем давать интервью, если не хочешь, чтобы тебе задавали вопросы? Я с большой теплотой вспоминаю обо всём, что мы создали. Группа прошла через несколько разных метаморфоз, и мы эволюционировали.
В начале мы были спид-металл-группой, на которую влияли панк, джаз и классика, и мы прошли через много разных эпох с разными музыкантами, которые привносили в нашу музыку свои собственные оттенки. А сейчас мне всё равно. Нет, я шучу. Я счастлив как никогда. У меня нет никаких претензий, и я ни на кого не злюсь. Ну, может быть, на моего садовника, потому что он только что срезал то, что не следовало».
Ты многое пережил. Ты иногда удивляешься, что всё ещё в строю?
«Да. Я помню, когда группа была совсем молодой, я разговаривал с одним из ребят и сказал: "Я не знаю, сколько я проживу, и если мы не добьёмся успеха, я прикую себя наручниками к телефонному столбу с ручной гранатой и уйду с громким взрывом". Хотя я, вероятно, никогда бы не сделал ничего подобного, это казалось очень эффектным заявлением.
Так что я удивлён, что прожил так долго. И я ещё больше удивлён тому, что всё ещё чувствую себя молодым, всё ещё выгляжу достаточно молодо и что у нас всё ещё хватает энергии на сцене, чтобы не отставать от некоторых молодых музыкантов, с которыми мы будем пересекаться в течение следующих трёх лет».
Как ты представляешь себе свою пенсию? Есть ли что-то, чем ты всегда хотел заниматься и чему сможешь посвятить время после окончания тура?
«Я не прочь заняться актёрским мастерством. Я уже многое сделал на телевидении — вёл игровые шоу, снимался в небольших ситкомах и фильмах — так что я очень привык находиться перед камерой, и думаю, что это может быть интересно. Если бы меня попросили постричься, я бы согласился, но только если бы это была гарантированная роль — и крупная роль, чтобы я мог взять на себя такое обязательство.
Я также очень хочу поделиться своим даром с молодыми музыкантами. На самом деле это не обязательно должен быть молодой музыкант. Если это кто-то немного старше и хочет узнать, что движет Дэйвом, мне неважна их дата рождения, я просто хочу иметь возможность поделиться. Мне дарован дар. Я не могу быть таким хорошим сам по себе, это дар от Бога».