Серия была относительно бодренькая, хотя не обошлось без нудных выматывающих диалогов с повторением в стопятисотый раз одних и тех же тезисов, например, про то, что Алью бесит враньё Джихана.
Якобы именно по этой причине, а не из ревности, убедившись в том, что мутноглазый сказал правду, она хлопнула дверью комнаты свиданий в тюрьме и помчалась прочь со скоростью звука, не пожелав разговаривать с Джихо.
Чем очень порадовала Борана, приехавшего полюбоваться на собственноручно срежиссированный "спектакль".
Довольно тягомотными были сцены в кабаке, где Джихан заливал ракией свою печаль, а группа поддержки в виде Каи и Шахина пыталась разобраться в перипетиях его любовных любовей к Мерьем и Алье.
Кстати, Кае в этой серии фартануло. Обезумевшая от горя Зеррин, которой в очередной раз было отказано в свидании с детенышем, помчалась куда глаза глядят на автомобиле, а влюбленный юноша кинулся вслед.
По иронии судьбы, на пути им попался хлев с сеновалом. Зеррин побежала к овечкам, Кая стал догонять и случайно упал на неё. Возможно, под блеяние кудрявых животинок, влюбленные нежданно-негаданно зачали второго ребенка.
Не могу не отметить потрясающее качество турчанских колготок, оставшихся после всего этакого в целости и невредимости.
Потом у облегчившегося Каи целый день на физиономии категорически не хватало кожи - сверкал оголенными зубами. А рыцарь печального образа Джихо не мог избавиться от острого желания дать младшему брату лимон.
А вот с лица Зеррин печать блаженства стерлась буквально сразу по окончании любовных утех. У девушки взрыв мозга. Муженек, шантажируя дитем, требует отказаться от развода, но чувства к Кае не дают покоя.
Чтоб не сойти с ума, бедолага решила до заседания бракоразводного суда уехать к дяде в Урфу, настрого наказав матери не рассказывать её братьям о проделках Демира.
А этот франт в цепочке играет в папочку, тетёшкаясь с дочкой жены, как со своей собственной. И похоже уже сам верит в свои фантазии. Прямо маньячеством каким-то попахивает.
Боран с Эджмелем, как всегда, не дремлют. Чтоб Джихану стало не до Альи, они на полную катушку используют подвернувшуюся удачу в виде зэчки Мерьем. Находят номер телефона её буйного муженька и сообщают агрессору о местонахождении женщины.
Когда стараниями Эрола заключенная выходит на свободу, прямо у здания суда получает привет от бывшего в виде ножевого ранения в плечо одним из его шестерок.
Вообще, конечно, этот недобиток тот еще типок. Эджмелюшка, по сравнению с ним, не злодей, а хулиганишка из младшей группы детсада. Надо было видеть, как они с сынулей наложили в штаны, когда гвардейцы душегуба приволокли их пред очи своего босса с жутким шрамом на щеке.
Этот садист спокойно трапезничал в одно рыло за богатым столом, взирая, вместо телевизора, на пытки пленника. А когда надоели крики истязаемого, просто застрелил его на глазах у невольных гостей, не дрогнув ни одним мускулом.
Алья с Денизом покидают особняк, чтоб поселиться в городской квартирке. Семейство провожает их с таким пафосом, будто они лет на пять уезжают в какую-нибудь Тасманию или Новую Зеландию, на острова, где отсутствует связь.
В первую ночь на новом месте, пока Шахин бухает с двоюродными братьями, Наре остается у невестки. Наутро Алья предлагает сделать УЗИ, а когда детеныш показывает свою гендерную принадлежность, дамы придумывают устроить в особняке Албора праздник для объявления пола ребенка одновременно всей родне.
Садакат сначала не довольна тем, что на торжество приглашена Фидан, но когда узнает о предстоящем разводе с Эджмелем, смягчается. Будущие бабушки общего внука мирятся. Парадом командует Дениз.
Джихан навещает заштопанную Мерьем в больнице. Та показывает бывшему жениху угрожающее письмо от недозарезанного ею преследователя. Наш герой, впечатлившись, патетично объявляет, что женщина теперь под его опекой.
Проходя мимо открытой двери в палату, Алья становится свидетелем разговора Джихана с Мерьем, а та, в свою очередь замечает подслушивающую соперницу. На лице Альи появляется страдание, в глазах Мерьем мелькает удовлетворение, идут финальные титры...