– Мам, ты серьёзно? – Лена с недоумением смотрела на коробку, которую протягивала ей мать. – Это что, кастрюля?
– Ленуська, да не просто кастрюля! Это набор! Видишь, там ещё сковородка и сотейник. Очень качественные, с антипригарным покрытием. Я долго выбирала, – с гордостью объясняла Валентина Петровна.
– Мам, мне сегодня тридцать лет исполнилось. Юбилей, понимаешь? А ты мне кастрюли даришь, – голос дочери дрожал от обиды.
– А что такого? Ты же готовишь постоянно. Вот и пригодится. Практичный подарок, между прочим.
– Практичный... – протянула Лена. – Мам, а Максиму на свадьбу два года назад вы с папой что подарили?
– Ну... мы помогли молодым, – замялась мать. – Дали денег на первоначальный взнос за квартиру.
– Сколько именно? – не отставала дочь.
– Ленка, это же другое совсем! Максим женился, семью создавал. Ему жильё нужно было.
– Сколько, мама?
– Миллион, – тихо ответила Валентина Петровна. – Но это совершенно иная ситуация!
– Да-да, конечно. Брату – миллион на квартиру, мне – кастрюля за две тысячи. Очень справедливо, ничего не скажешь, – Лена со стуком поставила коробку на стол.
– Лен, не горячись. Ты не понимаешь. У Максима с Олей тогда денег совсем не было. А ты работаешь, зарабатываешь. Тебе не так критично.
– Не критично? Мам, я пять лет снимаю квартиру! Половину зарплаты на аренду трачу. Думаешь, мне жильё своё не нужно?
– Ну ты же не замужем. Зачем тебе одной целая квартира? – резонно заметила мать.
Лена почувствовала, как внутри всё закипает от возмущения.
– То есть пока я не выйду замуж, я не заслуживаю нормальной помощи от родителей? Так, что ли?
– Лена! Просто у нас сейчас возможностей таких нет, как два года назад. Папе зарплату задерживают, я на пенсии. Мы и так тебе на день рождения ещё двадцать тысяч положили на карту.
– Двадцать тысяч, – повторила дочь. – При том, что Максиму – миллион. Знаешь, даже не в деньгах дело. А в том, что вы просто не считаете мои достижения важными. Брат женился – вот это да, событие! А я квартиру арендую несколько лет, работаю без выходных, карьеру строю – так, ерунда какая-то.
– Лена, при чём тут это?
– При том! – не выдержала дочь. – Вы всегда так. Максим в институт поступил – праздник устроили, полгорода позвали. Я с красным дипломом закончила – ну молодец, сказали, и всё. Он машину купил – вы гордились месяц. Я квартальную премию получила – даже не спросили за что.
– Ты преувеличиваешь, Лен.
– Нет, мам. Я просто наконец-то увидела, как всё есть на самом деле. Знаешь, что самое обидное? Не то, что денег не дали. А то, что даже не подумали, что мне они тоже нужны. Что у меня тоже мечты есть, планы. Что я тоже хочу своё жильё.
На следующий день Лена позвонила брату.
– Макс, у меня к тебе вопрос. Ты знал, что родители мне на тридцатилетие кастрюлю подарили?
– Ну... мама что-то говорила про набор посуды, – неуверенно ответил брат. – А что?
– А то, что тебе на свадьбу миллион дали, а мне – кастрюлю за две тысячи.
– Лен, ну это же разные вещи. Свадьба – это...
– Максим, не продолжай, – перебила его сестра. – Мне не нужны объяснения. Просто хотела услышать, как ты это прокомментируешь.
– Слушай, я не виноват, что родители так решили. И потом, мне действительно тогда деньги были очень нужны. Мы с Олей вообще не знали, где жить будем.
– А я снимаю квартиру и плачу дикие деньги. Но это, видимо, не считается, да?
– Лена, ну ты же можешь себе позволить снимать. У тебя зарплата хорошая.
– Понятно, – сухо ответила сестра. – Значит, если я сама зарабатываю, то помощь мне не положена. А тебе можно.
– Не надо так, Лен. Я не об этом.
– Нет, Макс, как раз об этом. Всегда было так – тебе можно, тебе надо, тебе помогут. А я справлюсь сама, я же сильная, самостоятельная. Ну так вот что я тебе скажу – хватит. Больше я в эти игры играть не буду.
– Какие игры? О чём ты вообще?
– О том, что я всю жизнь была удобной дочерью. Не просила, не требовала, всё сама. А в итоге что? В итоге я ничего не получила, кроме кастрюли. И знаешь, мне плевать уже на деньги. Мне обидно, что вы меня просто не видите. Не цените.
После этого разговора Лена три дня не отвечала на звонки матери.
Когда наконец подняла трубку, Валентина Петровна начала:
– Ты чего Максиму голову морочишь? Он мне вчера весь вечер жаловался, что ты его отчитала из-за денег.
– Из-за денег? – усмехнулась Лена. – Мам, если бы ты хоть раз попыталась меня понять, а не защищать брата автоматически, ты бы поняла, что дело совсем не в деньгах.
– А в чём же?
– В уважении. В том, что вы считаете важным только то, что делает Максим. А мои достижения, мои проблемы, мои мечты – это всё как будто не существует.
– Лена, это неправда. Мы тебя любим так же, как и брата.
– Любите, – согласилась дочь. – Но по-разному. Его балуете и помогаете, а от меня только самостоятельности требуете. Знаешь, я долго думала, почему так. И поняла – потому что я никогда не требовала к себе внимания. Просто делала своё дело и не ныла. Вот вы и решили, что мне ничего не нужно.
– Ленуська, ну что ты себе придумала? Мы просто действительно тогда могли помочь Максиму, а сейчас у нас денег таких нет.
– Мам, папа месяц назад новый телевизор купил за восемьдесят тысяч. Ты в прошлом году шубу меняла. А Максиму на день рождения в январе вы машину в кредит помогали купить – сто пятьдесят тысяч первый взнос внесли. Так что не надо мне про отсутствие денег рассказывать.
На том конце провода воцарилась тишина.
– Откуда ты это знаешь? – наконец спросила мать.
– Какая разница откуда? Важно, что это правда. И теперь я точно знаю – дело не в деньгах, а в том, что я для вас второсортная. Запасной вариант. Та, на которую можно не тратиться.
– Лена, ты не права!
– Нет, мама. Права. И знаешь что? Мне это даже освобождение какое-то принесло. Я всю жизнь старалась быть хорошей дочерью. Не создавать проблем, не просить лишнего, помогать вам. А теперь я поняла, что можно просто жить для себя. И плевать мне на ваше одобрение.
– Ты что несёшь?
– То, что должна была сказать лет десять назад. С сегодняшнего дня я занимаюсь только собой. Куплю квартиру получше, чем у брата, может, машину куплю. Буду тратить деньги на себя, а не откладывать в надежде, что когда-нибудь вы оцените мои старания.
– Лена, ты обиделась из-за глупости какой-то!
– Из-за глупости? – голос дочери стал холодным. – Мам, я семь лет жила в плохой квартире, экономила на всём, откладывала деньги. Знаешь зачем? Думала, родители увидят, что я стараюсь, и помогут. Как Максиму. Но нет. Максиму – миллион на квартиру, сто пятьдесят тысяч на машину, постоянные подарки и помощь. А мне – кастрюля. И это ты называешь глупостью?
– Доченька, ну хватит уже. Приезжай, поговорим нормально.
– Не приеду. Мне говорить не о чем. Я просто хочу, чтобы вы знали – больше я за вашим одобрением гоняться не буду. И помогать вам тоже не буду, как раньше.
– То есть как? – встрепенулась Валентина Петровна.
– А вот так. Помнишь, я каждый месяц тебе на карту переводила по десять тысяч? Больше не будет. Помнишь, как я папе помогала, когда он болел? Тоже всё, хватит. Максим пусть помогает, раз он у вас такой любимый.
– Лена, ты это серьёзно?
– Абсолютно. Вы вложили в Максима больше миллиона за последние годы. Пусть теперь он и отдаёт обратно. А я устала быть удобной.
– Лен, ну ты же понимаешь, что у Максима семья, дети скоро будут. Ему самому тяжело.
– Вот именно, – усмехнулась дочь. – Ему тяжело, поэтому ему помогать надо. А я что, не работаю? Не живу? Но мне положено справляться самой, да?
– Ленуська, не надо так. Мы же семья.
– Были семьёй, мам. А теперь я просто посторонний человек, который иногда заходит в гости. И дарит вам на праздники дорогие подарки, между прочим. В отличие от кастрюли, которую мне подарили вы.
Лена положила трубку и почувствовала облегчение.
На следующей неделе она купила в ипотеку новую квартиру – светлую, просторную, в хорошем районе. Дорогую. Пришлось отдать все свои сбережения.
Начала жить.
А кастрюлю оставила стоять на самом видном месте на кухне. Как напоминание о том, что больше никогда не будет удобной дочерью.
Пусть Максим теперь будет удобным сыном. Раз он у них такой любимый.