- Вера Николаевна, вы свободны. С вещами на выход. И не надо на меня так смотреть, здесь не благотворительный фонд для престарелых родственниц!
Голос Анжелы, новой «директрисы по развитию», резал воздух, как кухонный тесак. Вера Николаевна, проработавшая в «СтройТехМаше» пятнадцать лет, с того самого дня, когда они с Игорем и Леной снимали крошечный подвал под склад, только молча глотала воздух. Она помнила, как они втроем пили дешевый чай из пластиковых стаканчиков, отмечая первый контракт. А теперь эта девица в туфлях стоимостью в три ее зарплаты указывала ей на дверь.
Игорь, генеральный директор и по совместительству муж той самой Елены, за которой Вера Николаевна была готова в огонь и в воду, сидел в кабинете, плотно прикрыв дверь. Он не выходил. Он «был занят».
- Но у меня отчеты... и Лена просила подготовить документы по тендеру, - тихо произнесла Вера Николаевна.
- Елены Сергеевны здесь больше нет, - отрезала Анжела, поправляя безупречный маникюр. - Теперь графиком Игоря Владимировича, бюджетом и кадрами занимаюсь я. А вы, милочка, слишком застряли в прошлом. Нам нужна свежая кровь, а не... нафталин.
***
Все началось три месяца назад. Анжела появилась в офисе внезапно, словно сорняк на ухоженной клумбе. Игорь представил ее как «антикризисного менеджера с уникальным видением». Коллектив, привыкший к мягкому, почти семейному руководству Елены, напрягся сразу.
Елена на несколько месяцев уехала в другой город, ухаживать за больной матерью , полностью доверяя мужу дела фирмы. Они прожили вместе двадцать пять лет. Серебряная свадьба была всего полгода назад. Игорь тогда толкал тосты о «верности, которая крепче бетона», и «женщине, создавшей его империю».
Но, видимо, бетон дал трещину.
Анжела обосновалась в офисе быстро и по-хозяйски. Первым делом она переделала график Игоря. Теперь к нему нельзя было попасть без ее личного «одобрямса». Даже старые партнеры, с которыми фирма работала десятилетиями, порой часами сидели в приемной, пока Анжела и Игорь «обсуждали стратегию» за закрытыми дверями, откуда доносился приглушенный смех.
- Вы посмотрите, что творится! - шептались в курилке логисты. - Она вчера уволила Иваныча из транспортного. Просто за то, что он не так на нее посмотрел! А Иваныч - лучший спец, он все маршруты наизусть знает.
- Она бюджеты режет на премии, зато в приемной теперь стоят вазы по сто тысяч, - вторила им бухгалтер Оля. - И счета... Счета на «представительские расходы» растут как на дрожжах. То бутики, то рестораны. Игорь как под гипнозом.
Анжела действительно вела себя как «первая леди». Она могла войти в любой отдел, прервать совещание и начать раздавать указания, в которых смыслила чуть меньше, чем в квантовой физике. Но спорить с ней боялись. Все знали: один звонок Игорю - и человек летит с работы с «волчьим билетом».
Особенно она лютовала в отношении тех, кто поддерживал связь с Леной.
- Что вы там строчите в мессенджерах? - она могла подойти к сотруднице. - Жалуетесь бывшей хозяйке? Так знайте: ее время вышло. Теперь здесь я решаю, кто достоин работать, а кто пойдет мести улицы.
***
Елена Сергеевна вернулась в город в четверг. Она не стала звонить Игорю и сообщать о приезде. Хотела сделать сюрприз. Она знала, что дела в фирме идут «как-то не так» - звонки от верных сотрудников, которые плакали в трубку, не давали ей спать по ночам.
Елена была женщиной старой закалки. Из тех, кто не устраивает истерики с битьем посуды, а сначала изучает факты. Она не была просто «женой босса». Она была соучредителем с долей 50%. Бизнес они строили на ее наследство от бабушки и на ее нечеловеческом упорстве, пока Игорь бегал по объектам.
Когда она вошла в офис, ее встретила тишина. Гнетущая, тяжелая тишина.
- Елена Сергеевна? - Оля из бухгалтерии едва не выронила папку. В глазах женщины стояли слезы. - Вы вернулись...
- Здравствуй, Оля. А где Вера Николаевна? Где Иваныч?
- Уволены, Елена Сергеевна. Две недели назад. Всех уволили...
Елена медленно кивнула. Она прошла по коридору, мимо новых пафосных картин в золоченых рамах, которые совершенно не вписывались в строгий стиль «СтройТехМаша». У двери в кабинет генерального ее преградила Анжела.
Та сидела за столом секретаря, закинув ногу на ногу и листая каталог ювелирных изделий.
- Вы к кому, женщина? У Игоря Владимировича сейчас совещание. Прием по личным вопросам по вторникам.
Елена остановилась. Она внимательно оглядела девушку: слишком короткая юбка для офиса, слишком много золота, слишком много спеси.
- Я не по личным вопросам, - спокойно ответила Елена. - Я домой пришла.
- В каком смысле «домой»? - Анжела лениво поднялась, выпрямляясь во весь свой модельный рост. - Если вы из клининга, то зайдите позже.
- Я Елена Сергеевна Кольцова. Владелица этого помещения и половины того воздуха, которым вы сейчас дышите. Отойдите от двери.
В этот момент дверь кабинета открылась, и на пороге появился Игорь. Вид у него был помятый, галстук ослаблен. Увидев жену, он побледнел.
- Лена? Ты... ты почему не предупредила?
- Решила посмотреть, как поживает наше детище, Игорь. Вижу, тут завелась «няня», которая выгнала всех старых друзей.
- Леночка, ну зачем ты так... Анжела - ценный кадр, она внесла свежую струю...
- Струя, судя по запаху, из парфюмерного магазина, - отрезала Елена. - Игорь, выйди. Нам с этой дамой нужно поговорить.
- Игорек, ты же не позволишь ей так со мной разговаривать? - Анжела капризно надула губы и коснулась плеча директора. - Я здесь столько всего наладила!
Елена посмотрела на ее руку на плече мужа, затем на мужа. В ее взгляде не было злости. Только бесконечная, холодная усталость.
- Игорь. Выйди. Я не шучу.
Мужчина, который еще минуту назад казался грозным львом для подчиненных, понуро бочком вышел из приемной.
***
- Итак, - Елена села в кресло напротив Анжелы. - Рассказывай, «ценный кадр». На каком основании уволена Вера Николаевна? Где приказ?
- Она не соответствовала новым стандартам корпоративной этики, - вызывающе ответила Анжела, приходя в себя. - И вообще, Игорь мне доверяет. Он сказал, что я теперь здесь хозяйка.
- Хозяйкой ты можешь быть в его съемной квартире, если он решит тебя там поселить. А здесь - юридическое лицо. У меня в сумке отчет за последний квартал, который мне прислали «добрые люди» в обход твоего контроля.
Елена выложила на стол стопку бумаг.
- Давай пройдемся по цифрам, Анжела. Расходы на «маркетинговые исследования» - три миллиона рублей. Проведены через ИП «Василек», зарегистрированное на твою двоюродную сестру. Интересно?
Анжела заметно дернулась. Цвет лица сменился с фарфорового на сероватый.
- Это... это были сложные консультации...
- Дальше, - продолжала Елена, листая страницы. - Закупка стройматериалов по ценам на 30% выше рыночных через нового поставщика. Ой, надо же, а поставщик - твой бывший одноклассник. Откаты, Анжела? Это уже не просто наглость. Это уголовный кодекс.
- Вы ничего не докажете! Игорь подписывал все счета!
- Игорь подписывал то, что ты ему подсовывала между поцелуями. Он дурак, ослепленный твоими ногами. Но я - нет. И знаешь, что самое забавное? Аудит, который я инициировала вчера вечером, уже подтвердил вывод средств.
Анжела вскочила, ее лицо исказилось. Исчезла светская львица, осталась хищная, напуганная девчонка.
- Да пошли вы! Игорь меня любит! Он уйдет со мной и заберет свою долю!
- Пусть забирает, - спокойно ответила Елена. - Только доля его сейчас сильно уменьшится. Суды по факту хищения средств и возмещение ущерба компании - штука долгая. Я думаю, через полгода от его доли останутся только эти самые вазы в приемной. Ну что, Игорек, готов строить новую жизнь с нуля в съемной однушке?
Игорь, подслушивавший у двери, зашел в комнату. Он смотрел на Анжелу так, будто впервые ее увидел. Без макияжа «успешной леди», без флера загадочности - просто вороватая девица, которая едва не пустила его по миру.
- Это правда? - хрипло спросил он. - Про «Василек»? Про откаты?
- Игорь, котик, она все врет! Она просто ревнует! - Анжела бросилась к нему, но он отшатнулся.
- Врет бухгалтерия и выписки со счетов? - Елена встала. - Значит так. У тебя, «хозяйка», есть десять минут, чтобы собрать свои шпильки и исчезнуть. Без выходного пособия. Иначе завтра утром заявление о мошенничестве будет лежать в прокуратуре. Я человек не злой, но справедливый. Мой бизнес ты не тронешь.
***
Развязка была стремительной. Анжела, выкрикивая проклятия и ломая каблуки, вылетела из офиса. Сотрудники, собравшиеся в коридоре, провожали ее молчаливым, тяжелым взглядом. Когда за ней захлопнулась дверь, кто-то один начал аплодировать, и через секунду овации заполнили все пространство.
Игорь стоял посреди приемной, глядя в пол.
- Лена... я... я не знаю, что на меня нашло.
- Я знаю, Игорь. Кризис среднего возраста, помноженный на глупость. Но у меня нет времени лечить твою душу. У нас контракты горят, и людей надо возвращать.
На следующее утро Вера Николаевна сидела на своем привычном месте. Иваныч, ворча под нос, уже проверял путевые листы. В офисе снова пахло не селективным парфюмом, а крепким кофе и делом.
Елена развелась не сразу. Она дала Игорю шанс, но от дел его отстранила полностью, переведя на должность «консультанта» без права финансовой подписи. Ей нужно было время, чтобы понять, осталось ли в их «бетоне» хоть что-то живое, или пора сносить здание до основания.
Она сидела в своем кабинете, глядя на город через панорамное окно. Справедливость - штука дорогая. Иногда она стоит целого брака. Но Елена знала одно: в своем доме, будь то семья или работа, хозяйкой может быть только та, кто вложил в эти стены душу, а не та, кто просто пришла на все готовое в поисках легкой наживы.
***
Жизнь в «СтройТехМаше» вернулась в свою колею. Офис избавился от золоченой мишуры, а коллектив стал еще сплоченнее. Игорь стал тише, внимательнее, словно заново учился ценить то, что имел. Елена же поняла главную истину: чужая женщина может войти в твой кабинет, но она никогда не сможет занять твое место, если ты сама его не отдашь. Справедливость восторжествовала, но ее вкус был горьковатым, как настоящий крепкий кофе, который так любили в этой компании.