Во второй части этой моей статьи, сначала, я расскажу вам о том, так, что же все-таки стало истинными причинами написания и опубликования Лейбницем в 1686 г. его «Краткого доказательства примечательной ошибки Декарта и других, относящейся к вводимому ими и применяемому в механике естественному закону согласно которому Бог хранит всегда одно и то же количество движения».
В котором Лейбниц попытался доказать всем то, что декартовы количества движения mv абсолютно непригодны для аналитического выражения истинной сути закона сохранения энергии.
Действительная суть которого должна была выражаться, по мнению Лейбница, только лишь, якобы найденными им «производящими движение энергиями» Ph. В то время, как на самом деле, эти произведения были открыты Декартом в качестве якобы реальных физических величин еще в 1637 г.
При этом, у нас может быть достаточно обоснованное предположение о том, что толчком к написанию и опубликованию Лейбницем этой его работы могла стать, например, вторая теоремы Галилея, из его «Бесед и математических доказательств…», опубликованных тем в 1638 г.
В которой прямо говорилось о том, что, в случае свободного падения тел, расстояния, проходимые ими за определенные промежутки времени, относятся друг к другу равно и, как квадраты времени, и, как квадраты их конечных максимальных скоростей.
Но, если бы Лейбниц сразу же, честно, так и сказал бы всем об этом. Сославшись при этом, как на открытие Декарта, так и на открытие Гюйгенса.
Что, таким образом он нашел якобы новые и ранее никому не известные, совершенно разнородные, сохраняемые величины, которые, после падения тел с какой-то высоты, не только превращаются в численно эквивалентные им «гюйгенсовы объемы геометрических тел», но также еще и сохраняются после упругих столкновений этих тел.
То, лично для Лейбница, значимость этого, якобы сделанного им тогда нового открытия, была бы очень небольшой. Так как всем было бы сразу же очевидно то, что, на самом деле, бОльшая подготовительная часть этой работы уже давно была проделана, как Декартом, так и Гюйгенсом. Так что Лейбницу оставалось только лишь скомпилировать между собой уже давно найденные ими готовые результаты.
Лейбницу же хотелось войти в историю под видом серьезного и большого ученого, который, как бы только совершенно самостоятельно сделал тогда это величайшее в мире открытие.
Это именно поэтому, Лейбниц и начинает это свое «Краткое доказательство примечательной ошибки…» совсем не с анализа достижений современной ему физики. А, совершенно напротив, он начинает его с обвинения Декарта в якобы абсолютно необоснованно сделанном им утверждении того, что, вроде бы, Бог всегда сохраняет в мире одно и то же количество движения.
Однако, при этом, явно глупый Лейбниц не обращает никакого внимания на тот факт, что Декарт тогда не просто сделал это свое утверждение, но, одновременно с этим, он сразу же еще и объяснил то, что подобное сохранение одной и той же суммы данных величин объясняется, прежде всего, только тем, что, в процессах любых взаимодействий тел, их количества движения просто всегда передаются от одного тела к другому только в их равных количествах.
На что Лейбницу следовало бы обратить тогда особое внимание и хоть раз в жизни задуматься о том, а откуда, вообще, берется и куда девается потом та его производящая движение энергия Ph, которая, по его мнению, всегда реально используется при взаимодействиях тел, вместо декартовых количеств движения Pv?
У Декарта, с решением этой проблемы все было предельно просто. У него часть энергии, которой обладало более сильное тело, просто передавалась, при их взаимодействии, в эквивалентном количестве телу, обладающему меньшей энергией. Так, что их общая сумма всегда оставалась при этом постоянной.
Тогда, это могло бы представляться другим ученым довольно убедительным доводом в пользу действительной необходимости использования обеих этих величин для аналитического выражения сути закона сохранения энергии.
Но, опять же, тогда ссылка на XI теорему Гюйгенса очень сильно умаляла бы личные заслуги Лейбница в открытии им нового важнейшего закона природы.
Только, именно поэтому, Лейбниц и не упоминает в этой своей работе даже имени Гюйгенса. Хотя, через много-много лет. Когда картезианцы станут просто открыто смеяться над явно глупыми лейбницевскими выдумками.
Тогда, для придания большей авторитетности всем своим утверждениям, Лейбниц все же будет просто вынужден неохотно признаться в том, что, с самого начала, все свои утверждения он всегда делал с учетом, как VI, так и XI теоремы Гюйгенса.
Лейбниц сделает это в своем «Приложении», которое нам, вероятнее всего, также нужно будет рассмотреть далее достаточно подробно.
В своем же «Кратком доказательстве примечательной ошибки Декарта…» Лейбниц сначала еще раз напоминает нам о том, что при своих колебаниях маятники всегда поднимаются потом на высоту их спуска.
Что, как он полагает, всегда происходит исключительно только под непосредственным участием в этом его производящих движение энергий Ph.
Причем, этот явный идиот так уверенно утверждает это, что можно подумать, что он -- полный дебил, прежде чем заявить об этом, хоть как-то убедился в полной справедливости этого его, на самом деле, глупейшего утверждения.
А для того, чтобы этот его явный бред был более понятен читателям, Лейбниц еще и сопровождает его специальным пояснительным рисунком, приведенным им на Фиг. 1.
Указывая при этом далее то, что, так как эти изображенные им на этом рисунке тела характеризуются их равными произведениями Ph, то якобы это, несомненно, означает то, что эти тела являются равносильными, так как для подъема тела А, весом в 1 фунт на высоту CD, равную 4 локтям, нужна точно такая же сила, как и для подъема тела B, весом в 4 фунта, на высоту EF, равную 1 локтю.
То есть, в своем сознании, этот полный идиот абсолютно отождествляет свободные колебания одного и того же тела, еще и с возможностью подъема им также еще и другого тела.
Причем, он приходит к такому заключению только лишь на основании того, что эти тела просто характеризуются их равными произведениями Ph?!
При этом, Лейбниц явно не понимает того, что нечто подобное могло бы произойти только в том случае, если бы тело A, после его спуска с высоты СD столкнулось бы с телом В и полностью передало бы ему всю ту свою живую силу, которую оно приобрело при своем спуске.
Что внешне должно было бы выглядеть так, что, после столкновения тела А с телом В. Тело А должно было бы полностью прекратить свое движение и остановиться.
А тело В должно было бы вместо него начать свое движение по своему подъему с какой-то вновь приобретенной им скоростью.
Но я вам сразу же могу сказать то, что это просто глупейшая фантазия полнейшего идиота, которая никем, никогда и никак не может быть воспроизведена в реальности.
Потому что, в действительности, оно является всего лишь только следствием хотя и вполне допустимых, но, все же, совершенно искусственных и не вызванных никакой физической необходимостью чисто математических преобразований тех пропорций, которые просто вытекают из второй теоремы Галилея.
При этом, и сами эти математические преобразования, точно также, не имеют абсолютно никакого физического смысла. Мы произвели эти преобразования только ради интереса. Для того, чтобы посмотреть на то, к чему они могут нас привести. В результате чего, мы увидели, что они привели нас к новым, неизвестным нам ранее уравнениям. Однако, это совсем не означает того, что эти уравнения непременно имеют какой-то физический смысл.
На самом деле, все механические явления природы всегда происходят только с непосредственным участием и под прямым управлением только декартовых количеств движения.
Причем, даже и в этом случае, полная передача количества движения от одного тела к другому возможна совсем не по прямому желанию или указанию какого-то там явного идиота – Лейбница, а только лишь при строгом соблюдении совершенно определенных условий.
Первыми из которых являются те, что между этими телами, непременно, должен произойти только прямой и центральный удар.
Вследствие чего, в первой фазе их столкновения, оба тела сначала сравняют скорости своего движения со скоростью движения центра масс системы.
Тогда как во второй фазе их столкновения, когда оба тела вновь отделятся от центра масс системы, вследствие изменения направления их относительных скоростей на прямо противоположные.
Из чего, очевидно, следует вывод о том, что полная передача количества движения от движущегося тела к неподвижному возможна только в том единственном случае, когда массы столкнувшихся тел точно равны друг другу.
Так, как только в этом единственном случае центр масс механической системы всегда будет находиться строго посередине между сталкивающимися телами.
Во всех же остальных случаях, когда массы тел не равны друг другу, ни о какой полной передаче движения от одного тела к другому не может быть даже и речи.
Следовательно, утверждение явно глупым Лейбницем того, что якобы «…для поднятия телом А, весом в 1 фунт, на высоту CD, равную 4 локтям, нужна такая же сила, как и для поднятия тела В, весом в 4 фунта, на высоту EF, равную 1 локтю», -- на самом деле, представляет собой самый настоящий бред, просто потому, что массы этих тел явно не равны друг другу!
Но самое главное, в данном случае, заключается даже не в этом, а в том, что, если бы даже телу А и удалось, каким-то совершенно чудесным образом, передать всю силу своего движения Ph = 4 единицам, телу В, то всей этой его силы, все равно, оказалось бы явно недостаточно для того, чтобы тело В поднялось на высоту в один локоть.
Потому что, то реальное количество движения mv, которым обладает тело А, равно всего лишь только двум единицам. Тогда как для подъема тела В на высоту в 1 локоть необходимо реальное количество движения mv, равное 4 единицам.
А равенство произведений Ph этих тел, вообще не играет при этом абсолютно никакой роли. Потому что эти произведения представляют собой просто пустые числа, которые никогда не играют никакой роли ни в каких реальных взаимодействиях тел.
Причем, абсолютная справедливость всех этих моих утверждений очень легко и безусловно подтверждается любыми реально произведенными нами экспериментами. О возможности, проведения которых такой идиот, как Лейбниц, никогда даже и не помышлял.
И вот это, впервые открытое нами новое обстоятельство, которое прямо говорит нам о том, что Лейбниц-то, ведь, никогда даже и не думал о необходимости подвергать никакие сделанные им выводы или утверждения хоть какому-то сомнению.
И уж, тем более, этот явный идиот никогда даже и не помышлял о необходимости подвергать их еще и хоть каким-то реальным доказательствам, или их хоть какой-то, в том числе, также еще и экспериментальной проверке.
Вместо этого, этот явный недоумок всегда просто тупо и совершенно безапелляционно обнародовал в качестве якобы совершенно абсолютных и неопровержимых истин любой тот бред, который только приходил к нему в голову.
Что прямо свидетельствует о том, что нередко у истоков физики стояли-то, как это оказывается, не только явные недоумки, но также еще и откровенные лжецы, подлецы и подонки. К числу которых, несомненно, относится также еще и Лейбниц.
И сейчас мы имеем полное право утверждать это. Поскольку, все известные нам факты, свидетельствующие о его деятельности, прямо говорят нам о том, что своими трудами он стремился совсем не к отысканию истины, а только лишь к завоеванию им известности и абсолютно незаслуженной славы великого ученого и первооткрывателя.
Что нередко вынуждало его делать, практически, явно абсурдные, а порой, еще и откровенно лживые утверждения. В чем мы с вами еще не раз убедимся далее.
Вот и в этот раз, заявляя о возможности якобы беспроблемной полной передачи движения от одного тела к другому, явно глупый Лейбниц опять показал всем, как свою явную дурь, так и свою очевидную непорядочность.
Которая стала явно видна, когда он вновь абсолютно безосновательно просто тупо заявил о том, что якобы равносильность тел определяется, совершенно независимо от их масс, либо только возможностью равной передачи их производящих движение энергий, либо возможностью также равной передачи ими еще и гюйгенсовых «объемов геометрических тел».
После чего, во второй части этой своей глупейшей работы, Лейбниц вновь пытается доказать полную непригодность декартовых количеств движения для выражения энергии.
Для этого он вновь обращается к своему рисунку (Фиг.1) и вычисляет численные значения тех скоростей, которые тела А и В приобретут, после их свободного падения, соответственно, как с учетверенной, так и с единичной высоты.
Причем, Лейбниц опять делает это на основании все той же самой второй теоремы Галилея из его «Бесед и математических доказательств…». Поскольку, он прямо пишет, при этом, что:
«Галилей доказал, что скорость, приобретаемая при снижении по CD, вдвое больше скорости, приобретаемой по EF».
Так вот, примечательным в данном случае является то, что, если бы Лейбниц действительно был бы естественнонаучно образованным и достаточно грамотным человеком; то, в данном случае, он, несомненно, написал бы так, что так как скорость падения тела А пропорциональна квадратному корню из учетверенной высоты его падения, то, поэтому, она будет равна двум единицам.
Тогда как скорость тела В пропорциональна квадратному корню из единичной высоты его падения, то, поэтому, она будет равной единице.
Тот же факт, что Лейбниц явно не умеет научно грамотно излагать ход своих рассуждений, прямо говорит нам, как о полнейшей физической и математической безграмотности Лейбница, так и о его явном общем невежестве.
Если к этому добавить еще и обнаруженную нами ранее явную нечестность, и непорядочность Лейбница, то я вообще не понимаю того, как его современники могли допустить даже только саму мысль о том, что просто только своей наглой и явно глупой болтовней этот явный негодяй действительно может заложить основы реально верной науки?
Однако, тут мы несколько отвлеклись от главной темы нашего разговора. Теперь же давайте вновь «вернемся к нашим баранам». Или к нашему барану – Лейбницу? Даже и не знаю, как это лучше сказать?
После чего, как наивно полагает Лейбниц, он, несомненно, имеет полное право для того, чтобы твердо заявить о том, что:
«Итак, количество движения тела А составляет половину количества движения тела В; а между тем их «силы» (то есть, произведения Ph, найденные им несколько выше – А. Ч.) оказались в обоих случаях равны (вследствие обратной пропорциональности весов тел и высот их подъема – А. Ч.). Таким образом, есть большое различие между движущей силой и количеством движения, и нельзя оценивать одно по другому, что мы и ставили своей целью доказать».
Ну и далее, явно торжествуя свою якобы несомненную и совершенно очевидную (как ему это кажется) победу. Лейбниц продолжает тупо «гнать» свои явно абсурдные поучения, которые, как и обычно, имеют у него вид самого обыкновенного словесного поноса, который он «размазывает» при этом более чем на еще целую страницу этой его и без того жалкой работы. Кому это интересно, пусть сам почитает этот полнейший лейбницевский бред.
Я же, в ответ на всю эту лейбницевскую галиматью, могу сказать вам только то, что, всеми этими своими действиями, Лейбниц только лишь еще раз расписался, как в собственном невежестве, так и в собственной глупости.
Так как, на самом деле, у него вообще никогда не было и не могло быть абсолютно никаких оснований для того, чтобы после всей этой, просто выдуманной им явной чуши, «напяливать» на себя явно не идущий ему к лицу венок победителя.
Потому что, это же только вследствие своей очевидной естественнонаучной безграмотности, которая явно выражалась в его неумении работать, как со степенями чисел, так и с извлечением из них корней, Лейбниц никак не мог догадаться о том, что на основании тех же самых пропорциональных соотношений, которые прямо вытекали из второй теоремы Галилея, в принципе, можно было бы составить также еще и такие равенства, как:
А когда маятник уже окончательно спустится на его «нулевую высоту», то тогда, это, приобретенное этим маятником реальное количество движения станет вновь поднимать его на точно такую же, как и ранее, высоту.
Так что, как вы сами сейчас это видите, на основании тех пропорций, которые прямо вытекают из второй теоремы Галилея, процессы колебаний маятников можно было бы совершенно обоснованно, как аналитически описать, так и объяснить не только с точки зрения закона сохранения и превращения, как лейбницевских производящих движение энергий, так и его же живых сил. Но также еще и с точки зрения закона сохранения и превращения декартовых количеств движения.
Хотя, явно тупой Лейбниц никак не мог даже подозревать об этом просто потому, что вследствие своей полнейшей естественнонаучной безграмотности и своего невежества. От которых его не избавили даже те уроки, которые ему давал лично сам Гюйгенс. Лейбниц просто не умел производить никаких действий ни со степенями чисел, ни с извлекаемыми из них корнями.
Причем, как мы сейчас это видим, после падения этих тел с указанных высот, потенциальное количество движения второго тела В действительно превратилось во вдвое большее количество движения по сравнению с тем, которым стало обладать тело А.
Таким образом, если бы Лейбниц не был полным идиотом, и не спешил бы делать свои явно глупые и ничем не обоснованные выводы.
То тогда, даже он, возможно, понял бы то, что, на самом деле, на право выражать собой, как силу тел, находящихся на какой-то высоте, так и выражать собой силу движущихся тел, явно претендуют не просто две величины, в виде, как его производящих движение энергий, так и декартовых количеств движения. А, на самом деле, на это право претендуют две пары величин.
Так вот, если бы, вдобавок к этому, Лейбниц не был бы еще и явно придурковатым философом-метафизиком, а был бы настоящим ученым, то, проанализировав сложившуюся тогда ситуацию, он, без сомнения понял бы то, что рассмотренный им пример, изображенный им на (Фиг. 1).
Сам предоставляет ему прекрасную возможность совершенно точно установить то, так какая же из двух пар этих величин и в самом деле аналитически выражает собой реальную силу тел. А какая из них является просто пустыми численными величинами.
Ведь, если одна из пар этих величин прямо утверждает то, что, если, как до падения тел, так и после их падения с указанных высот, силы указанных Лейбницем тел будут численно равны друг другу. И, поэтому, нам следует считать эти тела физически равносильными.
Тогда как другая пара подобных же величин прямо говорит нам о том, что, как до падения тел, так и после их падения с указанных высот, силы этих тел не только не будут равны друг другу, но реальная сила тела большего веса всегда будет еще и вдвое больше силы другого тела. Вследствие чего, нам следует считать эти тела физически неравносильными друг другу.
То разве трудно догадаться о том, что, фактически, сами эти величины, предлагают нам способ определения либо их ошибочности, либо их достоверности.
Но, видимо, у просто выдающегося демагога и дилетанта – Лейбница, который всегда гордился тем, что еще в юности прочитал чуть ли не всего Аристотеля. Труды которого, как мы это видим, не только не прибавили Лейбницу никакого ума, но, по всей видимости, отобрали у него еще и явно слабые зачатки его разума.
Вследствие чего, абсолютно глупый и явно бездарный Лейбниц так и не смог справиться тогда со стоящей пред ним простейшей задачей. Решение которой сводилось просто к необходимости проведения, хотя бы даже только одного-единственного опыта по неупругому столкновению подобных тел.
Который сразу же показал бы то, что, так являются ли эти упавшие тела действительно равносильными друг другу? Или, в данном случае, сила большего по весу тела, все-таки, действительно больше силы меньшего по весу тела?
Ведь, если бы эти тела действительно были бы равносильными, то, после их неупругого столкновения, они просто остановили бы движение друг друга и оба остались бы неподвижными.
Хотя, в данном конкретном случае, после их неупругого столкновения, эти тела не остановились бы, а продолжили бы их, теперь уже совместное движение, как движение одного тела, в ту же самую сторону, в которую первоначально двигалось тело вчетверо большего веса, упавшее с единичной высоты.
Что служит нам абсолютно бесспорным экспериментальным доказательством, как того, что, на самом деле, реальными физическими величинами являются только декартовы количества движения.
Так и того, что все механические взаимодействия тел в природе всегда происходят только под управлением и с непосредственным участием декартовых количеств движения.
Одновременно с этим, этот опыт является также еще и бесспорным доказательством того, что, на самом деле, никаких, ни лейбницевских производящих движение энергий, ни просто выдуманных им же живых сил, в природе просто не существует.
Поскольку, как мы совершенно ясно сейчас это видим, они абсолютно никакого участия ни в каких реальных взаимодействиях тел никогда не принимают и абсолютно никакого реального влияния на них они никогда не оказывают.
И, если бы Лейбниц был не просто философом-пустомелей, а настоящим ученым, то он должен был бы знать то, что подобные уравнения, по-отдельности, как для встречно движущихся тел, так и для тел, движущихся в попутном направлении, были составлены Валлисом еще в 1668 г.
Тогда как в 1669 г., на основании именно этих двух уравнений, Гюйгенс, как раз, и открыл свой «удивительный закон природы», о сохранении скорости движения центра масс механической системы при любых взаимодействиях ее тел.
Конечно, я понимаю, что абсолютно глупый и явно «безрукий» Лейбниц не имел ни малейшего представления о том, как, вообще, можно было бы организовать и реально произвести подобный опыт.
Ну так ему нужно было бы поучиться этому не у Аристотеля, который, как известно, был принципиальным противником проведения, вообще, любых экспериментов. А у кого-нибудь из его современников.
Например, у того же Ньютона. Для чего Лейбницу достаточно было бы просто внимательно почитать ньютоновские «Начала», в которых тот прекрасно описывает произведенные им сложнейшие реальные эксперименты.
Которые, точно также, прямо говорят нам о том, что, никаких лейбницевских «производящих движение энергий» в природе просто не существует. Потому что все явления природы происходят только под управлением декартовых, ну, можно сказать, что также еще и галилеевых, количеств движения.
Кстати говоря, при этом, Лейбницу было бы полезно принять к руководству еще и те Правила философствования, которые Ньютон сформулировал в своем вступлении к III книге его «Начал». И в которых он прямо указал то, что:
«Не должно принимать в природе иных причин сверх тех, которые истинны и достаточны для объяснения явлений.
По этому поводу философы утверждают, что природа ничего не делает напрасно, а было бы напрасным совершать многим то, что может быть сделано меньшим. Природа проста и не роскошествует излишними причинами вещей». [Ньютон И. Математические начала натуральной философии. М.: Наука, 1989, с. 502].
Но у Лейбница, как мы все это прекрасно видим, явно не хватило ни ума, ни его явно мизерных способностей, даже для того, чтобы хотя бы просто ознакомиться с трудами современных ему настоящих ученых.
Вы почитайте его обширную переписку. И задумайтесь над тем, с кем он ее ведет, как он это делает, и какие проблемы, и на каком уровне он обсуждает со своими напарниками и собеседниками?
При этом вы легко поймете то, что этот идиот за всю свою жизнь так и не смог умственно вырасти из явно коротких, для занятий серьезной наукой, «аристотелевских штанишек».
Так стоит ли нам теперь удивляться тому, что какой-то там заурядный, да, к тому же еще и явно глупый философ-метафизик только своими явно никому не нужными, абсолютно глупыми и только лишь чисто демагогическими рассуждениями заложил основы теории, которая, на самом деле, никогда не имела ничего общего с настоящей и экспериментальной наукой?!