Читая новости из рубрики «специальная демографическая операция», некоторые задаются резонным вопросом: почему главная патриотическая чета страны до сих пор не в авангарде этой борьбы?!
Речь о 41-летней Екатерине Мизулиной и 34-летнем SHAMANе (Ярославе Дронове), которые после долгих обсуждений их романа в соцсетях с лета 2023-го, в ноябре прошлого года официально дошли до ЗАГСа.
Говорят, что, конечно, Ярославу в этом плане проще: у него уже есть 11-летняя дочь Варвара от первого брака, так что свой вклад в статистику он внёс.
А вот его третьей официальной спутнице, перешагнувшей сорокалетний рубеж, биологические часы намекают, что время для раздумий сокращается. Но, судя по всему, бытовые хлопоты с наследниками в планы главы Лиги безопасного интернета (общественницы на зарплате) не входят. Дескать, Екатерине Михайловне вполне хватает титула «мамы для всех детей России», которым её наградили подписчики.
В интервью Мизулина с явным удовольствием рассказывает об этом статусе, подчеркивая, что юные россияне доверяют ей больше, чем официальным органам.
Без сомнения, быть виртуальным родителем для миллионов, конечно, гораздо комфортнее, чем заниматься воспитанием даже одного реального ребенка.
При этом ирония ситуации заключается в том, что именно Екатерина является одним из самых жестких критиков идеологии чайлдфри. Она называет сознательный отказ от детей «инструментом информационной войны» и постоянно говорит о важности традиционных ценностей как основы выживания государства. Но когда дело доходит до личного, риторика меняется. На прямые вопросы о планах на беременность Мизулина отвечает уклончиво, используя дежурные фразы о том, что «всему своё время» и что это «вопрос, который требует тишины».
С дочерью мужа от прошлых отношений она, по слухам, контактов не поддерживает и желания наладить общение не изъявляет. Тему альтернативных вариантов материнства тоже обходит стороной.
Здесь прослеживается верность семейным традициям: её мать, Елена Мизулина, в свое время активно боролась против суррогатного материнства, называя его угрозой для нации и явлением, противоречащим православному менталитету. Позиция по абортам в этой семье тоже однозначная и запретительная.
В итоге получается удобная картина: можно бесконечно рассуждать о «высших ценностях» и спасении страны от вымирания, оставаясь при этом в комфортном статусе «мамы» для чужих детей из Сети.