Вы когда-нибудь задумывались, почему одни люди возмущаются: «Церковь слишком близка к государству!», а другие требуют: «Дайте батюшкам влиять на законы!»?
Обе стороны спорят, но редко кто понимает, как всё устроено на самом деле. Самый главный миф звучит так: сегодня церковь и власть «слились» как никогда раньше.
В подкасте «Я тебя умоляю» Студии Р1 ведущий-священник отец Дмитрий и политолог, кандидат политических наук Елена Жосул разбирают природу отношений церкви и государства, опровергают мифы о «корпорации РПЦ» и объясняют, почему даже далёким от политики людям стоит в этом разбираться.
«Никогда церковь не была так свободна»
Самый частый упрёк: «РПЦ слилась с властью». Критики цитируют патриарха Кирилла об «уникальном периоде в истории церкви» и говорят: вот видите, сам признаёт!
Однако они вырезают главное. Патриарх сравнивает историю взаимоотношений государства и церкви не с идеальной картинкой, а с реальным прошлым. Политолог уточняет:
«Святейший патриарх проводит сравнение с предыдущими периодами: Пётр I, Екатерина Великая, Советский Союз. По сравнению с ними — сегодня церковь в наибольшей степени независима от государственной власти».
Отец Дмитрий добавляет историческую справку, которая многих отрезвит:
«Пётр I отменил патриаршество, остался Священный Синод, и церковь превратилась просто в министерство церковных дел. На несколько веков».
217 лет церковью управляли люди, которые зачастую даже не были православными — среди них были католики, протестанты и откровенные атеисты. Вот где было реальное подчинение. Сегодня ситуация обстоит иначе.
Почему церковь не может быть «стерильно независимой»
Так же критики заявляют, что церковь и власть состоят в слишком близком контакте, что вызывает волну споров.
Политолог Елена Жосул парирует:
«Придраться можно к чему угодно — было бы желание».
Эксперт объясняет элементарную вещь: церковь — это не горстка священников в золотых ризах. Это крупнейший общественный институт России, к которому причастны миллионы людей.
«Такой институт не может существовать полностью независимо от государства, по законам которого он живёт. Церковь обречена по своей природе на взаимодействие с государством».
А как же «церковная корпорация»?
Критики любят называть РПЦ «корпорацией» или даже «ОАО». Ведущий-священник отец Дмитрий комментирует с иронией:
«Это уже, знаете, немножечко такая риторика церковных критиков».
Но если посмотреть глазами социолога, любую крупную организацию можно назвать корпорацией. Ватикан, например, тоже «корпорация» кардиналов. Вопрос не в названии, а в сути.
Политолог подводит к главному — тому, ради чего вообще стоит обсуждать эту тему:
«Отношения церкви и государства так или иначе косвенно влияют на благополучие, спокойствие и стабильную жизнь каждого человека. Даже того, кто новости не смотрит, а читает только про цветочки и котиков».
Что полезно запомнить?
1. Проверяйте историческую справку
200 лет синодального периода, когда церковью управляли атеисты, — вот где было реальное подчинение. Сегодняшние отношения церкви и государства — это не «слияние», а совершенно другой уровень.
2. Смотрите на мотивы критиков
Часто громче всех кричат о «слиянии» те, у кого своя политическая повестка. Это не анализ фактов, а позиция.
3. Отличайте взаимодействие от подчинения
Сегодня церковь и государство — два разных института, которые договариваются. При Петре I один институт управлял другим.
4. Помните: церковь — это миллионы людей
Критика «системы» бьёт в итоге по простым прихожанам. Им не всё равно, будут ли их храмы защищены государством или останутся один на один с любыми вызовами.
Обида на «слияние» церкви и государства — это во многом обида на реальность, которая не совпадает с красивой картинкой из головы. Кажется, что священник должен сидеть в глуши и молиться, а чиновник — заниматься своими мирскими делами. Но так не бывает. И не было.
Церковь и государство сегодня — не тайные любовники и не враги. Они два соседа по огромному дому, которые не могут съехать. И хорошо, когда соседи не конфликтуют между собой, а ищут общий язык.
Политолог напоминает о простой и важной вещи:
«В наших общих интересах молиться о том, чтобы взаимодействие церкви и государства было мирным, благоприятным и направленным на благо нас как чад церкви и как граждан этого государства».
Ирония в том, что настоящая несвобода была именно тогда, когда критики рисуют «золотой век» независимости церкви. В Российской империи священник доносил на прихожан в тайную канцелярию. В СССР батюшка боялся стука в дверь. А сегодня? Сегодня священник может спокойно сказать то, что думает.