Когда человек с достаточно выраженным шизоидным радикалом личности приходит в терапию, иногда звучит следующее: "Я очень много времени провожу наедине с собой", "Люди говорят, что я странный", "Мне трудно показывать другим свою уязвимость", "Я не чувствую боли, когда надо, зато потом как накроет".
"Меня видят не тем, кем я являюсь. И я не знаю, как показать себя правильно".
Психодинамический подход на это говорит на языке ранних защит и объектных отношениях. Экзистенциально-гуманистический - о свободе, выборе и аутентичности. Но если убрать противопоставление школ, они не противоречат друг другу. Они описывают одно и то же явление с разных сторон.
Ребёнок, который учится не просить, не показывать чувства, не ожидать отклика - не рождается таким. Он становится таким в среде, где спонтанность была опасна, эмоции игнорировались или использовались против него. Близость перестала быть ресурсом и стала угрозой.
В ответ психика строит крепость. Внутри неё - богатый мир, идеи, фантазии, системы. Снаружи - минимум внешних проявлений. В психодинамическом подходе это называется шизоидной защитой. Но это не "защита от реальности" в бытовом смысле. Это устойчивая склонность, в которой автономность важнее привязанности. Человек просто научился выживать без внешнего подтверждения своего существования.
Плата за это - хроническая трудность с тем, чтобы быть понятым. Другие видят внешнюю оболочку: холодность, отстранённость, странность, и дорисовывают остальное.
"Ей/ему все равно""Высокомерный(ая)""Бесчувственный(ая)"
Внутри при этом может быть высочайшая чувствительность и боль, которая не находит выхода, потому что выход когда-то был заблокирован как небезопасный.
Экзистенциально-гуманистический подход больше направлен вперёд: ты живёшь с таким устройством психики. Какие у тебя есть варианты?
Шизоидная позиция здесь - не дефект и не защита. Это способ отвечать на фундаментальные данности существования. Одиночество неизбежно. Полного понимания между людьми не бывает. Смысл не лежит на поверхности, его нужно собирать самому.
И шизоидный человек поступает честно: он не притворяется, что "мы все одна семья", он уходит в свой внутренний мир, потому что там смысл действительно есть. И это не бегство. Это выбор в пользу аутентичности за счёт лёгкости контакта.
Плата здесь другая: риск умереть, так никому и не показав, что у тебя внутри. Риск, что тебя запомнят как "странного человека, который мало говорил", хотя на самом деле ты прожил насыщеннейшую внутреннюю жизнь.
Ни один из психотерапевтических подходов не говорит: "Ты должен измениться, потому что так правильно". И ни один не говорит: "Ты такой от природы, и мир пусть подстраивается". Они вместе предлагают человеку исследовать несколько вещей.
Что именно запускает усиление отстранённости?
Это не всегда "страх близости" в лоб. Часто это конкретные триггеры: давление, ожидания, вторжение в распорядок, попытка заставить чувствовать то, что не чувствуешь. Когда человек понимает свои уязвимости, он перестаёт бояться собственной отстранённости - он видит ее причины.
Как ты сам относишься к своему способу контакта?
Стыдишься? Ненавидишь? Считаешь его единственно возможным? Или иногда даже гордишься? Это важно не для оценки, а для понимания, сколько энергии уходит на внутреннюю борьбу. Одно дело быть отстранённым и спокойно это принимать. Другое - быть отстранённым и каждое утро корить себя за то, что опять не позвонил друзьям.
Возможна ли для тебя избирательная близость без потери себя?
Для многих ответ - да, но с условиями. Им нужны партнёры, друзья, терапевты, которые не требуют немедленной эмоциональной отдачи. Которые понимают, что пауза в разговоре - это не отвержение, а переваривание. Которые не пугаются, когда человек на три дня исчезает в своём мире.
Что ты хочешь успеть показать из своего внутреннего мира, пока жив?
Не всем и не все. Но может быть, одному человеку одну важную вещь. Или оставить след не в контактах, а в текстах, рисунках, работе. Это тоже способ быть видимым - не через лицо и голос, а через то, что ты сделал.
Шизоидный радикал - это способ видеть мир, у которого есть свои искажения и своя точность. Она не снимается, и не нужно её снимать. Но можно научиться различать: вот сейчас я отстраняюсь, потому что это действительно безопаснее и лучше для меня. А вот сейчас - потому что я испугался и ушёл в себя автоматически, хотя мог бы сделать маленький шаг наружу.
И главное: быть видимым для других через эту призму - не значит стать прозрачным или сломать себя. Это значит найти тех, кто способен смотреть на свет, который ты преломляешь, не требуя, чтобы он стал прямым.
Автор: Ананьева Анастасия Сергеевна
Психолог, Клинический психолог Психодиагност
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru