**История первая: У реки**
Летним утром Арина вышла из дома, накинув льняной сарафан. За околицей начинался луг, пахнущий мятой и клевером. Она спустилась к реке, где вода была холодной, как родниковая слеза. Арина разулась, ступив босыми ногами на влажный песок, и почувствовала, как напряжение городской суеты (она приезжала на выходные) уходит сквозь пятки. Расстелив старое покрывало, она достала книгу, но читать не стала. Ей хотелось смотреть на стрекоз, скользящих над водой. Вдруг из-за поворота показалась лодка. В ней сидел парень, загорелый до черноты, и удил рыбу. Арина невольно поправила волосы. Парень заметил её, снял кепку и кивнул, словно старой знакомой. «Клюёт?» — крикнула она, чтобы нарушить тишину. «На твоё счастье — окунь», — ответил он, подгребая ближе. Так начался разговор ни о чём: о погоде, о том, что вода поднялась, а мост смыло в прошлом году. Арина узнала, что его зовут Егор, он пасёт коров на дальнем выгоне. Егор предложил угостить её вяленой плотвой, которую достал из рюкзака. Они смеялись над тем, как цапля стоит на одной ноге, а потом над их головами пролетел аист. Арина рассказала, что в деревне она всего третье лето, а сама из города. Егор удивился, потому что говорила она с местным говорком. Она покраснела и призналась, что специально училась, чтобы быть «своей». Солнце поднялось высоко, и Арина предложила искупаться. Егор стеснялся, но потом всё же нырнул с лодки, подняв тучу брызг. Они плавали наперегонки до буйка, сделанного из старой канистры. Вода ласкала их уставшие тела. Выйдя на берег, Арина завернулась в полотенце, а Егор протянул ей термос с чаем из душицы. Он сказал, что такая красота, как она, не должна сидеть в душных офисах. Арина ответила, что он прав, и показала ему рисунок в блокноте — она набросала его лодку. Егор попросил этот рисунок на память. До вечера они проговорили, собирая ракушки и плоские камешки для блинчиков по воде. Когда солнце стало багровым, Егор проводил её до околицы. Он не просил номер телефона, потому что знал: завтра в шесть утра она снова будет здесь, у реки. Арина шла домой и улыбалась, чувствуя на губах вкус чая и соли.
**История вторая: Березовая роща**
Соня обожала собирать грибы, но не ради добычи, а ради тишины. В воскресенье она надела резиновые сапоги, взяла плетёную корзину и ушла в берёзовую рощу, что за фермой. Там пахло прелым листом и молодой порослью. Соня шла медленно, перешагивая через корни, и слушала, как дятел стучит секретный код. В самой чаще, у старого муравейника, она увидела незнакомца. Он сидел на пне и чинил велосипед, чертыхаясь на сломанную цепь. Соня хотела пройти мимо, но велосипед стоял прямо на тропе. «Помочь?» — спросила она, пряча улыбку. Парень поднял голову, и оказалось, что у него веснушки на носу, как у неё самой. «Только если ты колдунья», — пошутил он. Соня сказала, что она не колдунья, но в детстве чинила трактор с дедом. Она достала из корзины маленькие плоскогубцы, которые всегда носила с собой для грибных ножек. Парень представился Лёшей и рассказал, что приехал к бабушке на каникулы, а велик сломался в трёх километрах от дома. Соня ловко подцепила цепь, и через пять минут велосипед ожил. Лёша восхищённо присвистнул. Тогда Соня предложила пойти с ней за белыми грибами, потому что она знала одно «ведьмино место». Лёша, бросив велосипед в кустах, согласился. Они углубились в чащу, где солнечный свет пробивался сквозь листву редкими монетками. Соня учила его различать сыроежку и бледную поганку, а он рассказывал про городские клубы, которые ей были совершенно не интересны. Зато когда Соня заговорила о том, как корова рожает телёнка, Лёша слушал с открытым ртом. Вдруг он взял её за руку, чтобы помочь перешагнуть через упавшее дерево. Рука у него была горячая и шершавая. Они нашли целую поляну подберёзовиков и сели отдохнуть на мох. Лёша достал из рюкзака яблоки и поделился с ней. Соня заметила, что он ест яблоко прямо с кожурой, не срезая червячков, и это её почему-то умилило. Они говорили о том, как пахнет земля после дождя и почему в городе звёзд не видно. Когда корзина наполнилась, Лёша проводил её до калитки. Он сказал, что завтра снова сломает цепь, чтобы она его чинила. Соня рассмеялась и ответила, что лучше он научит её кататься на этом велосипеде. Так роща стала для них местом тайных встреч, где даже муравьи казались свидетелями их первой влюблённости.
**История третья: Луговые цветы**
Катя работала дояркой и уставала так, что по вечерам валилась с ног. Но в субботу, несмотря на усталость, она взяла плед и ушла в луга за деревню. Там трава была по пояс, а васильки сливались с небом в одну синеву. Катя легла прямо на спину, раскинув руки, и стала смотреть на облака. Она представляла, что каждое облако — это её будущее: одно похоже на каравай, другое на дом. Вдруг рядом зашелестела трава. Кто-то шёл. Катя приподнялась на локте и увидела парня с огромным букетом полевых цветов. Букет был таким пышным, что его лицо почти не было видно. «Ты кто?» — спросила Катя без страха, потому что здесь все друг друга знали. Парень опустил цветы, и оказалось, что это Митя, электрик, который месяц назад переехал из соседней деревни. «Я тебя искал», — сказал он и покраснел так, что стало видно даже сквозь загар. Катя удивилась, потому что они никогда толком не разговаривали, только здоровались у магазина. Митя объяснил, что видел её во сне три ночи подряд. Во сне она шла по этому самому лугу и пела песню про рябину. Катя засмеялась и сказала, что не умеет петь. Тогда Митя сел рядом, положив букет между ними. Цветы пахли мёдом и горечью. Катя предложила сорвать василёк и засушить его на память. Митя сказал, что память ему не нужна, потому что он не собирается уходить. Они лежали в траве, и Катя вдруг почувствовала, как её грубая рука, вечно пахнущая коровьим стойлом, стала мягкой в его ладони. Митя рассказывал, как чинил проводку в клубе и случайно устроил короткое замыкание во время дискотеки. Катя хохотала до слёз, представляя лица танцующих. Потом она рассказывала, как телёнок по имени Борька лизнул её в ухо, и она неделю ходила счастливая. Они лежали так, пока солнце не начало садиться за лесополосу. Луговые цветы примялись под ними, став похожими на пёстрый ковёр. Митя проводил её до дома и поцеловал не в губы, а в макушку, пахнущую сеном. Катя зашла в дом, бросила букет в ведро с водой и поняла, что влюбилась так же внезапно, как и он.
**История четвертая: Старая плотина**
На окраине деревни была старая плотина, где вода шумела так, что можно было кричать что угодно и никто бы не услышал. Даша любила приходить туда с удочкой, хотя рыба там давно не водилась. Ей нравился шум и брызги, которые освежали лицо. Однажды в субботу она сидела на бетонном блоке, болтая ногами, и ела пряник. Рядом с ней на камень прыгнул парень. Она его раньше не видела, но поняла по одежде, что из города: слишком чистая футболка для деревни. Парень крикнул, перекрывая шум воды: «Не боишься упасть?» Даша крикнула в ответ: «А ты меня поймаешь!» Он улыбнулся и сел рядом. Его звали Женя, он был геологом и искал здесь образцы пород, потому что плотина была дореволюционной. Даша сказала, что её бабка рассказывала, как под этой плотиной утопленник живёт. Женя не поверил, но стало интересно. Даша предложила показать ему место, где вода особенно опасна — там воронка. Они пошли вдоль берега, цепляясь за кусты. Женя помогал ей, подавая руку на крутых спусках. Даша чувствовала себя маленькой рядом с ним, хотя в деревне её считали высокой и сильной. Она рассказывала про каждого кулика и каждую травинку, а он слушал с таким вниманием, будто она читала лекцию. У воронки они остановились. Вода кружилась, унося листья в бездну. Женя взял камень и бросил туда, но камень пропал без всплеска. «Страшно», — сказал он. Даша ответила: «Здесь, в деревне, всё страшно и красиво одновременно». Тогда Женя достал из кармана компас и подарил ей, сказав, что она теперь сама сможет находить путь домой. Даша засмеялась, потому что она и так знала каждый куст. Но компас взяла. Они сидели на плотине до темноты, считая звёзды, которые отражались в чёрной воде. Шум воды заглушал их голоса, и им приходилось наклоняться друг к другу, чтобы сказать что-то важное. Когда стало совсем темно, Женя включил фонарик на телефоне, и они пошли через лес. Даша спросила, останется ли он. Женя сказал, что останется на неделю, а потом уедет. «Но я вернусь», — добавил он, глядя на компас, который теперь висел на её шее. Даша ничего не ответила, только взяла его за руку, и они шли так до самой деревни, пока собаки не начали лаять.
**История пятая: Черничник**
За болотом был черничник, куда девушки ходили с вёдрами, возвращаясь с синими языками и пальцами. Полина отправилась туда одна ранним утром, когда роса ещё не сошла. Ягода в этом году уродилась на славу, и она быстро набрала полведра, сидя на корточках и мурлыкая под нос песенку. Вдруг из-за куста раздался треск. Полина вздрогнула, но это оказался не медведь, а парень, который тоже собирал чернику, но делал это так неловко, что давил каждую пятую ягоду. «Ты варенье собираешь или компот?» — спросила Полина ехидно. Парень обернулся. У него всё лицо было в черничных разводах, а в корзине — сплошная каша. Его звали Сергей, он был фотографом из областного центра и приехал снимать рассветы. Полина сжалилась и показала, как правильно щипать чернику двумя пальцами, не повреждая кожицу. Сергей смотрел не на ягоды, а на её руки. «У тебя очень быстрые пальцы», — сказал он. Полина засмеялась и ответила, что на ферме это единственное спасение, когда доишь двадцать коров. Они перебрались на другую поляну, где ягода была крупнее. Сергей попросил её не двигаться, потому что свет упал идеально. Он достал фотоаппарат и сделал снимок: Полина в платке, с синими руками, на фоне бескрайнего черничника. Она смутилась и сказала, что не фотогенична. Но когда он показал ей кадр, она увидела себя такой красивой, какой не видела никогда. Тогда она предложил ему съесть чернику с мёдом, который прихватила в маленькой баночке. Они устроили импровизированный пикник прямо на мху, макая ягоды в мёд и пачкаясь ещё больше. Сергей рассказывал про свои путешествия, а Полина слушала, раскрыв рот. Потом она сказала, что никуда не хочет уезжать, потому что здесь её корни. Сергей ответил, что корни не в земле, а в людях. Полина задумалась и вдруг заплакала, сама не зная почему. Он обнял её, пахнущую черникой и лесом, и сказал, что хочет снимать только её. До вечера они бродили по черничнику, пока вёдра не наполнились до краёв. Сергей проводил её до околицы и отдал ту самую фотографию, распечатанную на маленьком принтере. Полина повесила её над кроватью и каждую ночь смотрела на себя прежнюю, но уже влюблённую.
**История шестая: Сеновал**
Сеновал стоял на отшибе, и дед запрещал туда лазить, потому что крыша могла рухнуть. Но Настя любила риск. Она забралась туда в воскресенье, взяв с собой подушку и банку вишнёвого варенья. Сено было прошлогодним, но всё ещё пахло летом. Она лежала на спине, смотрела в щели крыши и ела варенье ложкой. Внизу послышался шорох, и через люк показалась голова парня. «Занято?» — спросил он хрипло. Настя хотела прогнать его, но потом узнала в нём Даню, который приехал к тётке погостить. «Места много, — ответила она, — только не провались». Даня залез, отряхнулся и сел рядом. Он оказался городским, но не избалованным, потому что сразу заметил, что сено уложено неправильно, с пустотами. Настя удивилась его познаниям. Даня объяснил, что учился на агронома, но бросил. Они ели варенье из одной банки, передавая её друг другу. Сено щекотало пятки, и они хихикали как дети. Настя спросила, почему он бросил учёбу. Даня сказал, что устал от книг, ему нужно руками работать. Тогда Настя предложила помочь её отцу строить новый сарай. Даня согласился мгновенно. Они пролежали на сеновале несколько часов, рассказывая друг другу самые смешные истории из жизни. Настя поведала, как коза съела её любимую футболку, а Даня — как он перепутал соль с сахаром в студенческой столовой. От смеха сено начало съезжать, и они чуть не упали вниз. Даня схватил Настю за талию, чтобы удержать, и вдруг оба замолчали. Тишина стояла такая, что было слышно, как за стеной мышь грызёт зерно. Они смотрели друг на друга, и Настя почувствовала, что падает, но не вниз, а в его глаза. Даня поцеловал её, пахнущую вишней и пыльным сеном. Это был их первый поцелуй на высоте трёх метров над землёй. Когда солнце зашло, они слезли, перепачканные соломой. Даня сказал, что теперь не уедет, пока сарай не будет готов. Настя улыбнулась и подумала, что пусть этот сарай строят целый год.
**История седьмая: Заброшенный сад**
За деревней был старый яблоневый сад, который никто не возделывал. Яблоки там были кислые, червивые, но цвели яблони так, что земля становилась розовой. Вера любила приходить туда в мае, во время цветения. Она расстилала покрывало прямо на лепестках и читала стихи вслух. Однажды, читая Пастернака, она услышала, как кто-то подхватил следующую строфу. Она обернулась и увидела парня, который стоял, прислонившись к яблоне. Его звали Рома, он был учителем литературы из города и искал вдохновение. Вера покраснела, потому что стихи были интимными. Рома сказал, что у неё красивый голос, и спросил разрешения сесть рядом. Она разрешила. Они начали спорить о том, кто лучше: Есенин или Маяковский. Вера стояла за Есенина, а Рома — за Маяковского. Спор был таким горячим, что с яблони упало несколько цветков прямо им на головы. Вера заметила, что в городе деревья не пахнут так сильно, как здесь. Рома согласился и сказал, что забыл, как пахнет настоящая весна. Тогда Вера показала ему самую старую яблоню, которой, по легенде, было больше ста лет. Рома обнял ствол и прошептал что-то, как заклинание. Вера засмеялась и спросила, не сошёл ли он с ума. Рома ответил, что здесь, в этом саду, с ума сойти легко. Они ходили между рядами, читая друг другу стихи наизусть. Вера знала много деревенских частушек, а Рома — сложные сонеты. Когда пошёл мелкий дождь, они не убежали, а спрятались под густой кроной. Дождь намочил лепестки, и они прилипли к их одежде. Рома взял Веру за руку и сказал, что никогда не встречал девушку, которая знает разницу между ямбом и хореем. Вера ответила, что она и не знает, просто любит ритм. Они просидели под яблоней, пока дождь не кончился и не вышло солнце. Рома предложил приезжать сюда каждое воскресенье и учить друг друга: он её — стихам, она его — деревенской жизни. Вера согласилась, хотя понимала, что он уедет в конце мая. Но когда он поцеловал её в щёку, испачканную яблочным цветом, она поняла, что этот сад станет для них вечным.
**История восьмая: Рыбалка на закате**
Наташа не любила рыбу, но любила удочку. Вернее, она любила сидеть на пирсе, смотреть на поплавок и ни о чём не думать. В пятницу вечером она пришла на озеро, насадила червя и забросила. Мимо прошёл парень с огромным сачком. Он был явно не местный, потому что пытался ловить рыбу сачком, что было глупостью. Наташа крикнула: «Эй, городской, рыба не дура!» Парень обернулся, смутился и подошёл. Его звали Саша, он приехал к деду и решил наловить ухи. Наташа сжалилась и пригласила его сесть рядом, дав ему вторую удочку. Саша обрадовался, как ребёнок. Они сидели бок о бок, глядя на воду, которая стала розовой от заката. Клёва не было, но это их не волновало. Саша рассказывал, как работает в IT, а Наташа слушала и удивлялась, что есть люди, которые целый день смотрят в экран. Наташа рассказала, как доит коров, и Саша удивился, что у неё такие сильные руки. Он попросил разрешения потрогать её ладонь, и она позволила. Его пальцы были мягкими, а её — шершавыми. Они смотрели на эту разницу, и обоим было интересно. Вдруг поплавок дёрнулся, и Наташа подсекла. Рыба была огромная, карп. Саша схватил сачок, но опять промахнулся. Наташа вытянула рыбу руками, смеясь и матерясь по-доброму. Карп оказался красивым, золотистым. Она сказала: «Твоя уха, городской». Саша заулыбался и сказал, что не умеет чистить рыбу. Наташа закатила глаза, достала нож и за пять минут разделала карпа так ловко, что Саша смотрел на неё как на волшебницу. Они развели маленький костёр прямо на берегу, сварили уху в котелке. Ели из одной кружки, обжигаясь. Уха была вкуснее любого ресторана, потому что пахла дымом и свободой. Саша сказал, что впервые в жизни чувствует себя настоящим мужчиной, хотя рыбу поймала она. Наташа ответила, что настоящий мужчина — это тот, кто не боится признать, что девушка сильнее. Когда стемнело, они не расходились, а лежали на пирсе, считая спутники. Саша обещал приехать на следующей неделе и научиться чистить рыбу. Наташа не поверила, но поплавок её удочки вдруг снова дёрнулся, и она решила, что это знак.
**История девятая: Грибная тропа**
Лена знала все грибные места в округе. Её тропа вела через осинник к старому дубу, где росли подосиновики размером с тарелку. Однажды в дождливый день она надела плащ и пошла по тропе, но на полпути увидела, что кто-то разорил её любимый муравейник. Она рассердилась и пошла по следам. Вскоре она наткнулась на парня, который сидел на пне и плакал. Он потерял корзину, упал в грязь и укусил его шмель. Лена сначала хотела прочитать нотацию, но потом ей стало жаль его. Парня звали Костя, он приехал в гости к бабушке и хотел сделать сюрприз — собрать грибов, а получилось только испачкать новые кроссовки. Лена протянула ему руку и сказала: «Вставай, грибник». Костя поднялся, весь мокрый и несчастный, и Лена вдруг поняла, что он очень красивый, даже в таком виде. Она повела его по своей тропе, показывая, где искать. Она научила его, что гриб надо не вырывать, а выкручивать, чтобы не повредить грибницу. Костя слушал внимательно и делал всё в точности. Через час его корзина наполнилась, а настроение улучшилось. Они вышли на поляну, где Лена всегда устраивала привал. Там росла старая берёза, под которой она спрятала термос с чаем. Они пили чай, и Костя сказал, что никогда не встречал такой мудрой девушки. Лена засмеялась и сказала, что мудрость приходит от земли. Костя рассказал, что работает в банке, но мечтает бросить всё и уехать в деревню. Лена спросила: «А что ты умеешь в деревне?» Костя честно ответил: «Ничего». Тогда Лена сказала, что научит его всему, начиная от грибов и заканчивая дойкой коров. Костя посмотрел на неё влюблёнными глазами и сказал, что согласен учиться всю жизнь. Дождь кончился, выглянуло солнце, и грибы засияли в мокрой траве. Костя сорвал огромный подосиновик и подарил его Лене как букет. Она взяла этот гриб и понесла домой, чтобы засушить на память. Они вышли из леса, держась за руки, а их корзины были полны. Бабушка Кости выглянула в окно и одобрительно кивнула, потому что Лену в деревне все знали как хорошую девушку.
**История десятая: Ночное у костра**
В деревне был обычай: в последнюю субботу июля жечь большой костёр на холме, чтобы прогнать злых духов. Девушки и парни собирались у огня, пели песни под гитару. Аня не любила шумные компании, но в этот раз её подруга уговорила пойти. Она сидела в стороне от костра, грея руки, и смотрела на пламя. К ней подсел незнакомый парень с гитарой. Он спросил: «Не помешаю?» Аня покачала головой. Парень начал тихо перебирать струны, напевая что-то грустное. Аня узнала песню, которую пела её мама. Она спросила, откуда он её знает. Парень сказал, что его зовут Вадим, и эту песню он услышал в детстве от бабушки. Оказалось, что их бабушки были подругами. Аня вдруг почувствовала родство. Вадим предложил отойти от костра, потому что дым ел глаза. Они отошли к стогу сена, сели на землю. Костер освещал их лица красным светом, а звёзды были такими яркими, что можно было разглядеть каждую. Вадим рассказывал, что учится на ветеринара, а Аня сказала, что это судьба, потому что у её коровы скоро отёл, а ветеринар в деревне один на три села. Вадим пообещал прийти, когда придёт время. Они проговорили всю ночь, пока костёр не догорел. Аня узнала, что Вадим боится высоты, но мечтает прыгнуть с парашютом. А Вадим узнал, что Аня никогда не была в море, но хочет увидеть его. Когда гости стали расходиться, Вадим не ушёл. Он остался с Аней, и они смотрели, как тлеют угли, похожие на маленькие солнца. На рассвете, когда небо стало персиковым, Вадим взял её руку и сказал, что хочет остаться здесь навсегда. Аня ответила: «Здесь холодно зимой». А он сказал: «Я согрею». Так у догорающего костра родилась новая любовь, которую согревал пепел и утренняя роса.
**История одиннадцатая: Поле пшеницы**
Край деревни упирался в бескрайнее пшеничное поле. Золотое море, которое шумело на ветру. Юля любила приходить туда перед закатом, ложиться на межу и смотреть в небо, чувствуя, как колосья щекочут ей щёки. Однажды она услышала шаги и увидела парня с планшетом в руках. Он что-то чертил, периодически останавливаясь и поднимая голову. Юля окликнула его. Парень подошёл, представился Артёмом и сказал, что он агроном, приехал изучать почвы. Юля обрадовалась, потому что её отца волновал неурожай на этом поле. Артём объяснил, что проблема в кислотности, и показал графики на планшете. Юля ничего не поняла, но ей понравилось, как он говорит. Они пошли прямо по полю, раздвигая пшеницу руками. Юля спросила, любит ли он деревню. Артём сказал, что любит только поле, потому что оно честное: сколько вложишь, столько получишь. Юля сказала, что это неправда, потому что в прошлом году град побил всё. Артём засмеялся и сказал, что с градом он справится, если у него будет она. Юля покраснела и ускорила шаг. Но поле было бесконечным, и вскоре они заблудились. Вместо паники Юля обрадовалась, потому что это был предлог остаться дольше. Они сели прямо в пшеницу, и Артём сорвал несколько колосков, сплёл из них венок и надел ей на голову. Юля почувствовала себя царицей полей. Артём рассказывал про разные сорта зерна, а она слушала, хотя на самом деле смотрела на его руки, загорелые и сильные. Вдруг началась гроза. Туча пришла мгновенно, и хлынул ливень. Они побежали, но куда бежать в чистом поле? Тогда Артём снял свою куртку, накрыл их обоих, и они стояли, прижавшись друг к другу, под этим маленьким шатром. Дождь барабанил по куртке, и Юля слышала, как бьётся сердце Артёма. Ей казалось, что оно бьётся в такт каплям. Когда гроза кончилась, поле стало мокрым и блестящим, как хрусталь. Они вышли к дороге, и Артём сказал, что этот день был лучшим в его жизни. Юля подарила ему тот самый венок из колосьев, который уже размок, но он принял его как сокровище. Артём пообещал приехать ещё раз, чтобы проверить почву. Юля сказала: «Почва никуда не денется. А я буду ждать здесь, на меже». И они расстались до следующего дождя, который обязательно придёт.