Sola scriptura

Sola scriptura. ч.2. Грех, это болезнь или вина?

Каждый, кто хоть раз сталкивался с уличными проповедниками, которых у нас обычно называют сектантами, знает, как ловко они жонглируют цитатами из Священного Писания. Мне приходилось участвовать в таких разговорах много раз. И почти каждый раз оставалось странное чувство. Как будто мы вообще с разных планет.

Мы читаем одни и те же тексты Писания.

Произносим одни и те же слова.

Ссылаемся на одного и того же Христа.

Но не понимаем друг друга.

Почему?

Мне никогда не было особенно интересно просто их переспорить. Всегда хотелось понять, почему они думают именно так. Откуда вообще берется эта уверенность, что текст Писания можно взять и выстроить из него свою систему координат, отличную от традиционного понимания. Позднее я понял, что это не их личная беда. Это следствие целого западного принципа мышления.

Так и появился мой интерес к теме Sola Scriptura - Только Писание.

Чтобы понять историю вопроса, надо вернуться в далекий XVI век, к Мартину Лютеру.

В 1517 году Лютер опубликовал свои знаменитые 95 тезисов, по традиционному рассказу разместив их на дверях замковой церкви в Виттенберге. Главный удар был направлен против индульгенций. Именно спор об индульгенциях и вскрыл весь кризис средневековой западной административной системы.

Но это была только верхушка айсберга. Корень спора был глубже. Он уходил в те далекие времена, когда Адам и Ева нарушили заповедь Бога.

Традиционно православное толкование этого события основное внимание концентрировало на вопросах причины и следствиях грехопадения. Почему совершенный человек Адам нарушил заповедь Бога, что значит «открылись глаза у них», почему появился стыд и страх, желание спрятаться от Бога? Почему, зная заповедь "а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь." (Быт 2:17) Адам все равно вкушает запретный плод? Что означает обещание Бога наказать смертью, если Адам и Ева прожили еще около 900 лет? Что нужно сделать нам, чтобы не повторить грех прародителя, если мы все таки вернемся в Рай? Другими словами, православных богословов занимали вопросы искоренения возможности греха. Сам же грех рассматривался только как следствие глобального внутреннего повреждения природы человека. Не случайно Христос, обращаясь к фарисеям говорит: "не здоровые имеют нужду во враче, но больные" (Мат 9:12). Грех начинает пониматься, как болезнь, а спасение, как выздоровление.

Западная концепция понимания грехопадения пошла по пути юридического толкования. Грех стали понимать прежде всего как вину, долг, преступление, который требовал наказания и справедливого возмездия. То есть, мало становится принести покаяние в грехе, нужно еще принести некоторое искупление, сатисфакцию – удовлетворение, возмещение оскорбленному величию, правде и порядку Бога. Получается, что одно покаяние еще не закрывало вопрос исповеди до конца. Это можно показать на простой бытовой ситуации. Например, если человек принес кому-то вред, он должен не просто попросить прощение, но и компенсировать ущерб, возместить убытки. Вот этим возмещением божией правде и стала возникшая в последствии теория будущего «временного наказания». А если человек в этой жизни не понес временного наказания, то он все равно его должен будет понести после смерти, но уже в «Чистилище». По католическому учению, Чистилище, это не рай и не ад, а особое посмертное состояние, где человек, уже не обреченный на вечную погибель, все еще очищается от того, что мешает ему войти в полноту Божией святости.

Если на православном востоке исповедь с самого начала понимались как таинство, то есть как проявление той власти, которую Христос дал Своим ученикам после Воскресения, когда дунул на них и сказал: "Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся." (Ин 20:23). А само покаяние понималось не просто как признание вины, а как изменение ума, когда человек принимал твердое решение при помощи Божией больше не совершать этот грех.