Сегодня Масяня затихла. Я ваяла нетленку второй день подряд и во вчерашний отчёт о работе дизайнера смогла внести только "мамой клянусь, столько сделано, что всего и не упомнишь". Нетронутыми стояли два ящика игрушек, на которые удалось только посмотреть, посты не писались, потому что со всех сторон сыпались задачи по дизайну.
Масяня считает, что я напрасно трачу время на всякую ерунду, вместо того, чтобы играть с кошечкой. Но, как воспитанная девушка, старается не мешать и сидит около двери, бубня что-то себе под нос с разными интонациями. Она жалуется на всё сразу. В пять утра никто не встал кормить кошочку, потом отобрали утащенную со стола ручку, не дав дожевать колпачок. И любимый шарик из фольги куда-то закатился. То, что этих шариков у неё штук двадцать, Козявишну совершенно не смущает, это же не ей ползать по углам и собирать их обратно в коробочку.
Высказав всё, она подкрадывается и громко мяукает мне в ухо из-за спины, тут же с хохотом убегая, чтобы надёжно спрятаться всей чёрной кошкой в центре бежевого пледа. Тут, по её мнению главное - хорошенечко прижать уши и оттопырить толстенькую жопку. Тогда супостаты отвлекутся на погладить и можно будет их укусить.
Я раскидывала проекты, а в это время в комнате воцарилась пугающая тишина, не нарушаемая скрежетом тормозящих по линолеуму когтей, грохотом упавших из угла лопат и даже рассказом о голубях на карнизе. В прошлый раз Масяня затихла, когда устраивала сюрприз мне на ночь. Шарики из фольги любят все, решила она. Нужно делиться, сказала кошка и разложила сокровища под пледом. Первый был найден под ногой, когда я брякнулась на диван, засыпая на лету. Второй оказался под боком, остальные доставались по мере обнаружения и сквозь сон, набралось штук семь. Теперь за спиной кошка молчала, сопела и топала туда-сюда, явно что-то замышляя. Или уже делая.
Бумажные жалюзи-гармошка покорили её сердечко сразу, как только они познакомились. Это был Дисней-ленд, лёгкий перекус и тренажёр в одном флаконе. Маяню не смущало, что из-за временной шторы видно полкошки, потому что о лучшем укрытии она и мечтать не могла. Разве что комод, под который она влезала ровно наполовину из-за отожравшейся жирненькой пушистой задницы. Драные жалюзи я сняла и приготовила на выброс.
Масяня хлопотала по хозяйству. Всё добро разбазарят, говорила она, втаскивая жалюзи обратно в комнату. Что бы вы без меня делали, непутёвые, кошочка волокла здоровенный лист к своему двухэтажному коттеджу, построенному из самых модных материалов - картонных коробок из секс-шопа. Увидев меня, она замерла и поняла, что всё. Ничего мы в шикарных вещах не понимаем, лишь бы выкинуть. Она решила бороться за своё счастье и рыбкой нырнула под жалюзину, оставив снаружи только лапы для обороны. И полкошки. И толстенькую жопку. И голову для наблюдения.
Теперь у меня в углу лежат жалюзи, из-под которых вылетает страшно довольная кошка, стоит только пройти мимо. Конечно, когда она шарики не прячет.
