Влажная ткань неприятно липла к ногам и тянула вниз. Диана стояла в дверях, изо всех сил сжимая края банного полотенца так, что руки свело. С мокрых волос на пол капала холодная вода.
Вадим не смотрел на нее. Он молча выкидывал ее вещи из шкафа. На коврик полетели блузки, штаны, косметика.
— Вадим, ты что творишь? — Диана едва выдавила из себя слова. — Мы же только что чай пили на кухне. Что случилось?
Из комнаты вышла Регина Карловна. На ней был дорогой темно-зеленый костюм. Свекровь встала рядом с сыном и презрительно поморщилась.
— Твою простецкую натуру ничем не замажешь, — выплюнула она. — Я всегда говорила, что яблоко от яблони недалеко падает. Вся в мамашу свою пошла.
Вадим сорвал со стены их свадебный портрет. Стекло треснуло и разлетелось на мелкие кусочки. Он выдрал фотку и начал рвать ее на мелкие части, кидая их под ноги жене.
— Вадим! — Диана хотела подойти, но он грубо ее оттолкнул.
— Шмотки потом заберешь. В коробках, — отрезал он холодным тоном. — А сейчас выметалась отсюда.
Он развернул ее и выставил за дверь. Регина Карловна довольно ухмыльнулась.
— Убирайся из моей квартиры! — хохотала свекровь, пока Вадим закрывал тяжелую дверь.
Он выставил Диану в коридор. Туда же полетели обрывки фотографии. Замок щелкнул.
На лестнице было зябко. Бетон холодил босые ноги. Диана прижалась спиной к стенке. Соседка за дверью явно прислушивалась к происходящему — в глазке мелькнула тень.
Стало так стыдно, что хоть сквозь землю провались. Диана, придерживая полотенце, пошла вниз.
Выскочила во двор. Под ногами — колючий асфальт. Диана посмотрела вверх. На балконе стояли муж и его мать, обсуждали что-то, поглядывая вниз, как на пустые коробки.
В этот момент во двор заехал огромный черный внедорожник. Машина резко затормозила прямо перед Дианой.
Вышел Руслан, старший брат. Он всегда был спокойным как танк. На нем было дорогое пальто. Он посмотрел на сестру, на клочки бумаги у ног и перевел взгляд на балкон.
Руслан даже не поморщился. Он молча снял свое пальто и накинул на плечи сестры. От ткани пахло хорошим парфюмом и салоном авто.
— Прыгай в машину, — коротко сказал он.
Они сели в салон. Руслан завел мотор, достал телефон и включил громкую связь.
— Слушаю, Руслан Викторович, — отозвался Вадим. Муж Дианы работал в фирме Руслана.
— Ты уволен, — буднично сказал брат, глядя на балкон. — И по тому контракту, куда ты вложил все свои накопления, я отзываю гарантию. Документы аннулируют к обеду. Ты теперь банкрот, Вадим.
Связь оборвалась. Руслан поехал прочь со двора.
Дома у брата Диана сидела на диване в его огромной толстовке. На душе было совсем паршиво.
— Тебе надо отдохнуть, — сказал Руслан.
— Я хочу знать, что на него нашло, — ответила Диана. — Пятнадцать лет вместе. Почему его мать несла этот бред про натуру?
Руслан вздохнул.
— Думаешь, с ним сейчас выйдет поговорить? Он же у нее под каблуком.
— Плевать. Отвези меня назад. Я не собираюсь прятаться.
Через пару часов они вернулись. Дверь была открыта — замок не защелкнули. Вадим сидел в прихожей, схватившись за голову. Вид у него был такой, будто по нему катком проехались. Свекрови уже не было — поехала праздновать победу.
— Что я тебе сделала? — тихо спросила Диана.
Вадим поднял на нее глаза. Лицо у него было серое. Он достал из тумбочки старый листок бумаги.
— На, читай. Здесь всё написано.
Диана взяла лист. Это было послание. «Дорогая моя подруга Регина...»
Там ее мать, Вера, якобы признавалась в давней интрижке с мужем Регины Карловны. Писала, как завидовала и специально увела мужика. И в конце: «Я человек плохой. Боюсь, что и дочь моя такая же, жизнь всем испортит».
Диана села на пуфик. Так вот почему свекровь ее так гнобила все годы. Вадим нашел это письмо или мать ему подсунула.
Но что-то не сходилось. Мама Дианы никогда бы так не написала. Она работала инженером, всегда говорила коротко и ясно, без этих театральных фраз.
Диана поднесла бумагу к лампе. В углу она заметила выдавленный значок — ладонь и колосок. Это был знак фонда «Опора», где работала Регина Карловна.
Это было не старое письмо, а свежая фальшивка на дорогой бумаге.
Диана поехала к матери в ее хрущевку. На кухне пахло домашней выпечкой и чаем. Вера прочитала листок и аж позеленела.
— Что за гадость? — прошептала она. — Дина, ты же не веришь в это?
— Мам, посмотри на подпись.
Диана спичкой ковырнула последнюю букву. Синие чернила отвалились, а под ними был виден серый след от карандаша.
— Кто-то обвел карандашный набросок ручкой, — сказала Диана. — Расскажи правду. Почему она нас так ненавидит?
Мать рассказала, как тридцать восемь лет назад они жили в одном общежитии и не поделили парня — отца Дианы. Регина была в него влюблена по уши, но он выбрал Веру. Регина даже пыталась сорвать свадьбу, притащив поддельную справку из больницы, что Вера не может стать матерью.
Диане стало совсем тошно. Оказывается, свекровь мстила им всю жизнь за ту старую обиду.
На следующий день Диана пошла в офис фонда. Там пахло дорогими духами. Она спряталась за телефоном, натянув кепку.
Регина Карловна проходила мимо и начала орать на женщину со шваброй, мол, пол плохо помыла, премию заберет.
Диана подошла к уборщице, когда свекровь ушла, и угостила ее кофе. Разговорились.
— Она тут из всех жилы тянет, — шепнула женщина. — У нее внизу, в подвале, каморка есть. Она там по вечерам сидит, бумажки перебирает. У меня карта есть лишняя от той двери, завхоз когда-то потерял. Держи. Только меня не выдавай, у меня ипотека.
Ночью Диана пришла туда. Брат ждал на улице. Она зашла в подвал. Там было темно и пахло пылью.
В столе она нашла тетрадку в кожаном переплете. А там — списки людей, которым Регина давала деньги под огромные проценты и забирала ценности в залог. Она была настоящим ростовщиком, наживалась на чужих проблемах, отказывая людям в помощи от фонда.
Диана начала все фоткать на телефон. Вдруг сверху послышались шаги и стук каблуков.
— Завтра вернешь все с процентами, или павильон заберу, — ледяным голосом говорила Регина кому-то за дверью.
Диана замерла в темноте, прижавшись к полкам. Дверь дернули, но она была закрыта. Свекровь ушла.
На следующий день они с братом смотрели фото.
— Это же целая схема, — сказал Руслан. — Смотри, вот этот человек, Константин. У него она забрала какую-то брошь. Надо с ним поговорить.
Владелец цветочного салона сначала не хотел общаться, боялся проблем. Но его жена шепнула Диане, что Регина отобрала их фамильную вещь с рубинами и прячет ее дома в сейфе за картиной с маками.
Вечером пришел Вадим. Выглядел он хреново: небритый, глаза красные.
— Дина, прости, — начал он. — Мать мне голову заморочила. Вот ключи от ее квартиры, сходи туда, поищи документы. Она в субботу на банкете будет, квартира пустая.
Но тут Диане пришло сообщение от Ильи, младшего брата Вадима: «Не верь ему. В квартире новая сигнализация. Это подстава».
— Хотел меня подставить, чтобы меня полиция забрала за взлом, — усмехнулась Диана. — Ну ладно. У нее там на банкете будет доставка еды. Вот через них я и пройду.
Суббота. Ресторан.
Пока Руслан отвлекал охрану у квартиры, Диана, переодевшись в форму официантки, зашла в элитный дом свекрови вместе с грузчиками. В суматохе никто не обратил на нее внимания.
В кабинете за картиной с маками она нашла сейф. Код подошел с первого раза — дата, когда Регина получила свою должность. Она всегда этим хвасталась.
Внутри лежала та самая брошь с рубинами и старый альбом с фото. На первой странице — Регина с отцом Дианы. Надпись: «Мой единственный. Никому тебя не отдам». Диана забрала всё и поехала в ресторан.
Там вовсю шел праздник. Вадим вышел к микрофону, начал что-то мямлить про семейные дела. Свекровь выхватила микрофон:
— Нечего стесняться! Мой сын избавился от девицы из дурной семьи! Такие люди только все портят!
В этот момент огромный экран за ее спиной вспыхнул. Там были фото из тетрадки со списками должников и фамилиями гостей.
В зале начался шум. Тут встал один из гостей:
— Это брошь моей мамы! — крикнул он, когда на экране появилось фото украшения.
Регина Карловна стояла ни жива ни мертва. А на экране уже крутили фотоальбом и черновики поддельного письма, которые нашел Илья. Он вышел и сказал всем, что мать месяцами тренировалась подделывать почерк.
В зале творилось что-то невообразимое. Люди возмущались, кто-то уже вызывал полицию.
Ее дутый авторитет рассыпался на глазах. Она осталась одна на сцене. Вадим тут же постарался смыться, бросив мать.
Диана не стала ждать конца истерики. Она вышла на улицу. Наконец-то стало легко дышать. Всё это вранье осталось в прошлом. А она сама оказалась куда сильнее, чем думала свекровь.
Я буду рад новым подписчикам - уже пишу очень интересную историю из жизни, не пропустите!
Рекомендую этот интересный рассказ, очень понравился читателям: