После получения в 1646 г. русским правительством известий о революции в Англии на англичан, обладавшими до того огромными льготами в торговле с Россией и имевшие подворья во многих русских городах, были наложены пошлины (такие же, как на других иноземных купцов), а узнав о казни короля Карла I Стюарта в 1649 г., русские власти фактически выдворили англичан из России, им запрещено было где-либо селиться, а торговать они могли только в Архангельске.
Несколько лет с новыми английскими властями не было никаких официальных контактов. Но кое-какие сведения о происходящем в Англии и о новом лидере Оливере Кромвеле доходили до России. Впервые имя «полковника» Кромвеля в русских источниках упоминается в 1649 г. — в рукописном газете Посольского приказа «Вести-Куранты». В апреле 1650 г., один из роялистски настроенных членов Московской компании английских купцов Джон Гебдон, будучи принят в Посольском приказе, так характеризовал происходящие в Англии события:
«А худые де люди, воры изо всяких чинов, которые в солдатах и которые от того междоусобия грабежом наполнилися и учали жити з большими прохладами и те де хотят тово, чтоб над ними никакова начала не было. А владеть бы де им вором самим... А начальной де у них человек Кронвель и тот де из обышных людей»
После сближения Англии со Швецией, с осени 1653 г, из последней в Москву начинает поступать благожелательная информация о лорде-протекторе. В феврале 1654 г., в преддверие намечавшегося визита в Москву посла от Кромвеля, «свейский комиссар» Яган Дероде подал в Посольский приказ «вестовое письмо» совершенно прокромвелевского содержания под заглавием:
«Дивное пременение в Аглинской земле, где Крумвель декабря в 26 день 1653 г. учинен оборонителем Аглинские, Шкотцкие и Ирлянские земли с великою силою, что никоторому королю такая великая сила не бывала».
В вестовом письме подробно описывается принятие Кромвелем титула лорда-протектора Англии, Шотландии и Ирландии и рассказывается об благожелательном отношении к лорду-протектору народа. С этим сообщением был ознакомлен царь Алексей Михаилович, судя по надписи на обороте первого листа: «Государю чтено».
Но московские власти, видимо, еще чаще получали противоположную информацию о новом английском режиме. Больше всего их тревожили раздуваемые роялистами слухи о готовящемся Кромвелем нападении на Архангельск.
В июле 1654 г. в грамоте новгородского воеводы царю сообщалось о сведениях, поступивших от «верного торгового человека», что «Крумвель хочет одноконечно посылать к городу Архангельскому сто караблей воинских с людьми, а на тех де кораблях хотят поставить влаги [флаги] торговых караблей и хотят они у города Архангельского, что не есть твоей государевы казны и с иных торговых людей товаров воровством пограбить и пограбя ехать назад».
Тогда же Джон Гебдон сообщал в Посольском приказе о будто бы посланных Кромвелем к Архангельску 25 кораблях, «чтоб теми карабли торг помешать у Архангельского города и ходу помешать галанским и амбурским и иных земель кораблем». Эти слухи подействовали даже на гамбургских купцов, которые отменили отправку в Архангельск своих уже груженых кораблей, напуганные тем, что-де «выслал нынешней владетель Аглинской земли протектор Оливер Крумвель сорок караблей на большое море».
Слухи об агрессивных планах Кромвеля в отношении Архангельска возникли не совсем на пустом месте. Известно, что польский посол прибывший в Англию в 1655 г., который пытался привлечь протектора на сторону Речи Посполитой в войне против России и мятежных казаков Богдана Хмельницкого, действительно призывал Кромвеля отправить флот в Архангельск и наказать русских за изгнание англичан.
В грамоте от польского короля Яна-Казимира говорилось:
«Ваша светлость легко может заключить, насколько и вашей светлости и государству английскому полезно, чтобы в ущерб соседним королевствам и самой Британии московское могущество не возросло беспредельно ... Поэтому святое королевское величество, милостивейший мой господин уверен и крепко надеется на то, что ваша светлость отнюдь не намерена будет позволить посылать московиту помощь, помогать ему оружием или разрешать вывозить из Англии солдат.
А напротив, когда московит все силы, какие он только имеет, направит в Литву, оставив открытыми все остальные части своего государства, возникнет удобный случай для вашей светлости отомстить за несправедливости, умножить свою славу и расширить Британскую империю. В этом, надеюсь, ваша светлость легко позволит себя убедить, чтобы флотом всего из нескольких кораблей напасть на московский порт Архангельск и направить против него некоторые военные силы».
Однако Кромвель не внял этому совету, он, наоборот, склонялся к поддержке восставших казаков и даже, как считают некоторые исследователи, состоял в переписке с Богданом Хмельницким. Дружественное отношение Кромвеля к казакам и к Москве объясняется, по-видимому тем, что на Руси господствовало неприятие католиков о чем он наверняка был наслышан.
Стремясь наладить отношения с царским правительством, Кромвель решил отправить в Россию свое посольство, которое возглавил Уильям Придо. В Москву оно прибыло в феврале 1655 г. Нельзя сказать, что это посольство было особенно тепло встречено в Москве, но все-таки Придо добился фактического признания Москвой протектората Кромвеля.
В ответной царской грамоте Кромвелю говорилось:
«Оливеру, владетелю над статы Аглинской, Шотландской и Ирландской земель и государств, которые к ним пристали. Что вы с нами дружбы и любви ищете, то мы от вас принимаем в любовь, в дружбе, любви и пересылке с вами, протектором, быть хотим». Но несмотря на формальное установление отношений с протекторатом, Москва не прекращала, разумеется, общения и со Стюартами.
Попытка отправки в 1657 г. еще одного посольства в Москву от Кромвеля, с целью противодействия участию России в антишведской коалиции, провалилась. Впрочем, это было связано в значительной степени с дипломатическими ошибками Кромвеля. Так, посол республиканской Англии без должной тщательности отнесся к написанию полного титула царя, что всегда было очень важным в отношениях с Москвой, и вызывало ее решительные протесты.
Но самое главное — это то, что новый посол пытался проехать в Москву через земли Швеции, враждебной Русскому государству и находившейся с ним в то время в состоянии войны. Недовольное всем этим московское правительство оттягивало дачу разрешения послу на въезд в Россию. Разрешение поступило только в марте 1658 г., застав посольство уже на обратном пути в Англию.
На этом заканчивается история отношений Русского государства с Англией времен правления Оливера Кромвеля. Дальнейшие связи относятся уже к эпохе Реставрации королевской власти в Англии.
Злой Московит
По материалам: Козулин В.Н. Революционная Англия и царская Россия в середине XVII в.