Таиланд. Аэропорт Суваннабхум. Место, где люди прощаются со своей мечтой о райском месте. Воздух нагрет до тридцатиградусной температуры. Влажно. Пот начинает литься градом как только отходишь от кондиционера. На душе усталость и облегчение. Длинное путешествие подходит к концу и хочется лишь сесть в кресло, закрыть глаза и проснуться дома.
Аэропорт
Денис стоит в очереди к паспортному контролю, сжимая в одной руке посадочный талон, а в другой руке держа паспорт с потёртой обложкой. Улыбка не слазит с лица. В Таиланде невозможно не улыбаться. Через несколько часов он будет в самолёте, а ещё через несколько часов будет обнимать свою любимую жену Лену. Полгода в этой прекрасной стране закончились. Пора возвращаться домой.
Очередь двигается быстро. Денис уже видит окошко, за которым сидит офицер в строгой форме с лицом человека, который за день перевидел столько паспортов, что перестал различать лица. Денис подходит и кладёт паспорт на стойку. Офицер берёт документ, открывает и вносит данные в компьютер. Его лицо, до этого бесстрастное, вдруг напрягается:
— Ваша виза просрочена на сорок пять дней, — сказал офицер на ломаном английском ровным голосом. — Вы не можете покинуть страну до оплаты штрафа.
Денис чувствует, что его улыбка сползает с лица. Он ещё не испугался, а скорее удивился, как удивляются, когда на ровной дороге вдруг появляется яма.
— Штраф? — переспросил он, стараясь говорить спокойно. — Я готов заплатить. Сколько?
— Двадцать тысяч бат, — ответил офицер. — Вы должны оплатить в банке или через терминал, но сначала мы выпишем постановление. Пройдите в комнату иммиграционной полиции.
Офицер махнул рукой куда-то в сторону. Денис, взяв свои документы в руки, побрёл в указанном направлении. Возвращаясь через всю очередь обратно, он почувствовал на себе недоброжелательные взгляды других пассажиров. Никто не любит «просрочников».
Комната иммиграционной полиции оказалась тесным помещением с пластиковыми стульями и вентилятором, который гонял тайский тропический воздух по кругу. Там уже сидели несколько других «просрочников». Молодой парень из Австралии. Девушка с рюкзаком и пожилой немец. Судя по виду, многие из них были здесь уже не в первый раз. Никто из них не разговаривал. Каждый переживал свою маленькую катастрофу в тишине.
Очередь шла медленно. Денис сидел, сжимая паспорт, и пытался успокоиться. «Ничего страшного же. Штраф — это деньги, а деньги у меня есть. Сейчас всё оплачу и на рейс». Через час ему выписали официальное постановление, на котором стояли печати, подписи и какие-то цифры.
Он достал телефон и набрал жену. Трубку взяла не сразу.
— Алло, Лен, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — Я немного задержусь. Вся наличка закончилась. Потратил всё до копейки. Забыл про продление визы. Теперь надо штраф оплатить. Двадцать тысяч бат. Сейчас схожу в банк и вылечу следующим рейсом. Не волнуйся.
Лена что-то спросила, но он не расслышал. Связь разорвалась. Он попытался перезвонить, но тут же услышал оповещение о закончившихся деньгах на балансе.
— Классика. — подумал он. — Как же я мог забыть о роуминге.
В аэропорту он нашёл множество самых разных банкоматов. Синие. Жёлтые. Зелёные. Они стояли в каждом углу, готовые выдать деньги в любую минуту. Денис выбрал первый попавшийся, вставил карту и ввёл ПИН-код. Банкомат подумал и выдал надпись: «Операция отклонена. Обратитесь в ваш банк». Он попробовал другую карту. То же самое. Попробовал резервную, которую держал на чёрный день, и получил ответ: «Ваш счёт заблокирован».
Денис стоял перед банкоматом, уставившись на экран. В его голове словно в замедленной съёмке, проносились обрывки недавнего прошлого. Месяц назад он менял телефон. Номер остался тот же, но приложение банка нужно было переустанавливать, подтверждая операции и отвечая на контрольные вопросы. Тогда он забил, решив, что сделает это позже.
Как оказалось, для подтверждения операций из-за границы нужен код, который приходит в приложение, а приложение не работает без подтверждения. Круг замкнулся. Связаться с банком из Таиланда невозможно. Служба поддержки требовала подтверждения личности, а для этого нужно было либо прийти в отделение или позвонить с номера, который был привязан к карте. Но в роуминге звонки не проходили, потому что он не подключил его перед отлётом.
Он отошёл от банкомата и сел на чемодан. Паника. Он в чужой стране без денег с просроченной визой. Связаться с банком, в котором у него лежат все его сбережения, невозможно.
Денис вскакивает и мечется по терминалу. Взгляд выхватывает знакомые русские лица. Он начинает подходить к ним, объясняя ситуацию с просьбой одолжить двадцать тысяч бат, что составляет около пятидесяти тысяч рублей. Он вернёт, как только прилетит. У него есть работа и квартира в Казани. Он честный человек. Кто-то пожимает плечами, другие отворачиваются, а кто-то советует: «Обратитесь в консульство, там помогут».
***
Консульство. Денис посмотрел на часы. Без пятнадцати шесть. Он нашёл адрес в телефоне, вызвал такси и доехал до здания с российским флагом. Двери закрыты. Охранник в будке, даже не поднимая головы, отвечает по-русски: «Консульство работает до пяти. В понедельник приходите». Денис стоит перед запертой дверью, и внутри него образуется пустота, которую нечем заполнить, потому что все его планы «сейчас схожу в банк и вылечу», только что разбились вдребезги. Ему нужно оплатить штраф сегодня. Иначе завтра его ждёт не комната иммиграционной полиции, а центр временного содержания, из которого выходят только через суд и депортацию.
Он опускается на чемодан и прислоняется спиной к холодной стене консульства. Вокруг шумит вечерний Бангкок. Мотоциклы. Такси. Людской смех. Он сидит, сжимая в руке паспорт с просроченной визой, и чувствует как погружается в трясину. Время уходит. Он сам упустил свой шанс, когда решил, что всё можно сделать потом.
Облом
Зона вылета аэропорта к вечеру превратилась в пристанище потерянных душ. Огромные окна, выходящие на взлётное поле, отражали неоновый свет терминала. Денис сидел на своём чемодане, обложенный самыми разными бумажками. Постановление о штрафе. Квитанции из банкомата. Нечитаемые чеки, которые он выудил из карманов в надежде найти хоть что-то полезное.
Ещё утром Денис со свежим и отдохнувшим лицом с нестираемой улыбкой на лице, выглядел совсем по-другому. Он сидел с резкими тенями под глазами и той особенной гримасой, которая бывает у человека, попавшего в ловушку. Рядом расположился Вася. Лысоватый мужик лет сорока, в шортах и футболке с надписью «I love Phuket». Он тоже застрял в Тае, но уже освоился в этой новой аэропортовой реальности.
— Слушай, — пробурчал Вася, жуя банан, который отжал у тинейджера в очереди за билетом. — Я тут уже третий день. Есть варианты. Либо кто-то пришлёт тебе бабло через Western Union, либо ты найдёшь способ связаться со своим банком. У меня знакомый вчера оплатил через крипту. Обменник прямо в городе, но туда нужно ещё доехать.
Денис поднял голову. Его воспалённые от бессонницы и отчаяния глаза вдруг вспыхнули надеждой.
— А как доехать, если у меня ни копейки не осталось? — спросил он хриплым голосом. Он не пил уже несколько часов, боясь отойти от места, где был бесплатный Wi-Fi.
— Попроси у людей, — сказал Вася, пожимая плечами. — Тут много наших. Туристы. Бизнесмены. Кто-то даст на такси.
Денис встал. Он не нищий попрошайка, а IT-специалист с хорошей зарплатой и женой, которая ждёт его дома. Но сейчас, в этом чужом аэропорту, он был именно попрошайкой. Это унижение жгло сильнее, чем тайская жара за стенами терминала.
Он пошёл побираться по зоне вылета, подходя к каждому, кто говорил по-русски. Объяснял. Показывал бумаги. Рассказывал свою историю. Люди слушали, кивали и сочувствовали. Кто-то давал сто бат, другие двести. Одна женщина в дорогом пальто, явно из новых русских, протянула ему пятьсот и сказала: «Пейте больше воды. Мы в тропиках». Денис поблагодарил. Через час у него была уже тысяча бат.
Этого должно было хватить на такси до города. Он нашёл таксиста c улыбкой на лице. Это же Таиланд. Здесь нельзя не улыбаться. Денис показал ему бумаги, объяснил ситуацию и сунул в руки тысячу бат. Таксист долго смотрел на купюры, потом на Дениса.
— Как скажете, мистер, — ответил он на ломаном английском. — Поехали. Только быстро.
Они тут же поехали в город. Денис сидел на заднем сиденье и смотрел, как за окном проплывают пальмы, вывески на тайском, храмы и ночные рынки. Всё, что ещё утром казалось ему таким родным и желанным, теперь выглядело как декорации к фильму про апокалипсис.
Улица Каосан в Бангкоке. Бесконечные потоки туристов. Запахи уличной еды. Денис подбежал к первому попавшемуся обменнику. В маленькой будке на оживлённой улице за бронированным стеклом сидел таец с лицом игрока в покер.
— Мы принимаем только наличные, — сказал он, когда Денис, начал объяснять на ломаном английском, что у него есть криптовалюта на бирже. — Вы пришли с деньгами?
— У меня есть часы! — воскликнул Денис, срывая с руки швейцарский хронометр, который Лена подарила ему на тридцатилетие. — Хорошие часы, почти новые. Возьмёте?
Таец посмотрел на часы и покачал головой.
— Не торгуем часами. Только деньги.
Денис попытался продать телефон, из-за смены которого всё и началось. Но телефон потёртый и никто не хочет его покупать. Он мечется от одного лотка к другому, предлагал кольцо, зажигалку, ремень. Люди отмахиваются от него и смеются. Через три часа, весь измотанный и мокрый от пота, он возвращается в аэропорт. Иммиграционный офицер встречает его всё с тем же каменным лицом.
— Если вы не оплатите штраф до завтрашнего вечера, — говорит он, не глядя на Дениса, — Мы будем вынуждены поместить вас в центр временного содержания. Там вы будете ждать решения суда.
Денис смотрит на него и в его голове рождается безумная мысль.
— А если я просто улечу? — спросил он, и голос его дрогнул. — Ну, нелегально? Найду способ?
Офицер поднял глаза. В них не было злости, а лишь усталость человека, который слышит этот вопрос каждый день.
— Тогда вы будете депортированы с запретом на въезд, — отвечает он. — Штраф оплатить всё равно придётся. Расходы на депортацию. Судимость. Чёрная метка в базе данных. Думайте, мистер.
Денис отошёл от стойки и сел на чемодан. Паника, которая двигала его действиями целый день, куда-то ушла. Остался лишь ступор. Внутри пустота. Он сидит, сжимая в руке паспорт с просроченной визой, и понимает, что у него есть сутки. Двадцать четыре часа, чтобы найти двадцать тысяч бат. Иначе его жизнь будет поломана навсегда.
Он достал телефон и подключился к Wi-Fi. Нашёл бесплатный номер поддержки своего банка в России и нажал «позвонить».
Гудки шли долго, через раз, с помехами. Автоответчик предлагал нажимать цифры, Денис всё делал по инструкции, нажимал и ждал. Через час, когда он уже потерял надежду, в трубке раздался человеческий женский усталый голос.
— Служба поддержки, чем могу помочь?
Денис быстро объяснил ситуацию, что его карты заблокированы. Деньги на карте есть, но он за границей, виза просрочена и нужно оплатить штраф. Срочно! Пожалуйста, помогите!
Оператор молча выслушала его и сказала:
— Для разблокировки карты мы должны убедиться, что это вы. Подойдите в любое отделение банка с паспортом.
— Я в Таиланде! — закричал Денис срывающимся голосом.
— Тогда обратитесь в посольство Российской Федерации для подтверждения доверенного лица, — ответила оператор всё тем же ровным безжизненным голосом. — Это займёт две-три недели. Мы ничем не можем вам помочь удалённо.
Денис сбросил звонок. Он сидел на чемодане посреди равнодушной толпы под светом неоновых ламп и чувствовал удушающую невыносимую пустоту внутри. Он поднял голову к потолку и закричал по-русски матом, проклиная банк, визу, таксиста и тайца в обменнике. Упомянул он и Васю, себя, даже эту замечательную страну улыбок, сначала принявшую его с распростёртыми объятиями, а теперь душащую в них же.
На него начали оборачиваться. Кто-то испуганно отошёл, другие сочувственно покачали головой. Один чудак достал свой мобильный телефон и начал снимать. Денис их не замечал. Он смотрел в потолок и кричал, пока голос не сорвался. Остался лишь беззвучный жалкий хрип, словно у зверя, который попал в капкан и понял, что выбраться не сможет.
Перформанс
Аэропорт живёт своей обычной жизнью. Объявления на тайском и английском сменяют друг друга. Тележки с багажом стучат колёсами по плитке. Где‑то плачет ребёнок. Вдали смеётся компания туристов, которые только что прилетели и ещё не подозревали о настоящем гостеприимстве Таиланда. Одно дело прилететь, и совсем другое выбраться из этого рая вечных улыбок. Правы были туристы долгожители, которых он встретил. Они все как один говорили, что Тай засасывает. Каждого по своему. Денис понимал, что сам виноват. Нужно было думать головой заранее и не пренебрегать элементарными правилами безопасности, а также иметь заначку на чёрный день.
В зоне ожидания у выхода на посадку лежал человек, накрывшись курткой с головой. Чемоданы рядом. Он скрючился на скамейке словно эмбрион. Он слушал, как объявляют рейсы. Где-то в другом крыле аэропорта кто-то улетает домой, а он остаётся. Рядом сидел Вася и ещё двое «застрявших». Девушка из Иркутска, просрочившая визу на две недели и парень из Новосибирска, который ждал вылета уже пятый день. Они не разговаривали. У каждого своя ловушка.
Вдруг Денис резко встаёт как будто его дёрнули за верёвку. Куртка падает на пол, но он даже не замечает этого. Глаза горят странным огнём, который бывает у людей на грани отчаяния. Именно в такие моменты человек переходит в другую фазу, где страх превращается в энергию действия.
— Я придумал, — крикнул он. — Я устрою здесь перформанс. Буду просить деньги онлайн. Или… — он замялся. Его лицо озарилось безумной улыбкой, которая бывает только у людей, которые решили пойти ва-банк, — Я начну стримить на русском языке, а зрители пусть скидывают донаты.
Вася, который уже открыл отжатую банку газировки, вдруг поперхнулся.
— Ты серьёзно? — спросил он, вытирая подбородок. — Это же кринж. Тебя засмеют.
— А что мне остаётся? — Денис поднялся на чемоданы. — Я IT-шник и должен включать мозг! У меня нет налички, но у есть харизма. Это единственное, что у меня осталось. Я буду рассказывать о своей ловушке. Люди любят поржать в прямом эфире. Они будут смеяться и смотреть. Вдруг кто-то поможет?
Он достал тот самый телефон, который никто не хотел покупать, проверил заряд и подключился к аэропортовскому Wi-Fi. Открыл YouTube и включил стрим. Назвал его: «IT-шник в тайском аэропорту. Объятия Таиланда из которых не вырваться». Установил телефон на чемодан и отошёл на шаг.
— Всем привет, — сказал он, и голос его немного дрогнул. — Меня зовут Денис. Я IT-специалист из Казани. Полгода путешествовал по Таиланду и просрочил визу на сорок дней. Прилетел в аэропорт, а меня не пускают. Нужно заплатить штраф двадцать тысяч бат. Мои карты заблокированы. Банк не помогает. Консульство закрыто. Денег нет. Я уже сутки здесь. Помогите, кто чем сможет. Донаты пойдут на оплату штрафа.
На экране загорелась виднелась цифра с двумя зрителями. Один из них Вася, а второй бот. Но Денис продолжал говорить. Он рассказывал о работе, визе, банке, таксисте и обменнике. Он говорил с юмором, самоиронией и надрывной искренностью, которая бывает у людей, которым уже нечего терять.
Через час зрителей стало пятьдесят. Кто-то смеялся в комментариях, другие писали советы как выжить с просроченной визой. "Братан, зачем тебе вообще возвращаться? Люди с просроченной визой живут в Тае годами. Просто надо включать мозг и не попадаться. Тай это рай". Начали появляться лайки. Кто-то перевёл пятьдесят рублей на карту Васи. Это около двадцати бат. До штрафа оставалось девятнадцать тысяч девятьсот восемьдесят бат.
Процесс шёл слишком медленно. Денис понял, что нужно что-то менять. Он огляделся и увидел пустой бумажный пакет из-под сэндвича, валявшийся на соседнем сиденье. Схватил маркер из рук Васи, который разгадывал кроссворд, и написал на пакете чёрными буквами: «Помогите улететь». Надел пакет на голову. Встал посреди зоны ожидания и начал танцевать.
Он не умел танцевать, но был айтишником, который полжизни провёл за компьютером. Нелепые смешные движения. Он танцевал под русские песни, которые включал на телефоне. «Калинка-малинка». «Барыня». Современные хиты и всё, могло вызвать улыбку. Люди в аэропорту начали останавливаться перед ним. Один. Второй. И вот собралась целая толпа.
Все они смотрели на этого странного человека с пакетом на голове, который плясал под русскую музыку. Смеялись. Показывали пальцем. Кто-то доставал телефон и снимал на видео. Другие аплодировали. Выглядело это как какой-то флешмоб или рекламная акция.
Подошёл охранник. Он посмотрел на Дениса, толпу и телефон, который транслирует стрим. Денис снял пакет и улыбнулся: «Кап кхун кап», — сказал он по-тайски объяснил ситуацию на ломаном английском. Охранник пожал плечами, улыбнулся в ответ и ушёл. Похоже было на то, что он решил: «Этот русский не опасен, а просто очень хочет домой».
За три часа стрима Денис собрал пятнадцать тысяч бат. Комментарии летели: «Красавчик», «Скинул сотку рублей, удачи», «Танцуй пока молодой!», «Вот это я понимаю, креатив». Девятнадцать тысяч восемьсот пятьдесят бат. Не хватало всего ста пятидесяти.
— Ещё немного! — крикнул Денис в камеру. — Ещё сто пятьдесят бат, и я свободен! Кто поможет?
Но донаты перестали идти. Люди разошлись и потеряли интерес. Денис смотрел на экран телефона, где зрителей было уже двести, но никто не переводил деньги.
— Всё, — сказал он, срывая пакет с головы. — Хватит танцев. Бегу платить пока офис не закрыли.
Он схватил пачку мятых купюр, которые собрал, и бросился к терминалу оплаты. Денис всовывал деньги дрожащими руками. Потом ввёл номер постановления, сумму и свои данные. Терминал загудел и на экране появилась красная надпись: «Требуется оплата 20.000 бат. Внесено 19.850 бат. Внести недостающую сумму».
— Нееет! — закричал Денис, вытряхивая всё из карманов. Мелочь. Двадцать бат, а нужно сто пятьдесят.
Он обернулся к прохожим. Люди шли мимо, спешили по своим делам, уткнувшись в телефоны. Он подходил к каждому, объяснял и показывал на терминал. Ему мило улыбались по-тайски, пожимали плечами с сочувственными взглядами, но не давали денег. Азия. Здесь никто не даёт деньги просто так.
Денис опустился на колени перед терминалом и упёрся лбом в холодный пластик. Внутри него, где ещё час назад была эйфория и вкус победы, возникла пустота. Опять. Провал. Он был так близко. Не хватает какой-то мелочи, которая решает его судьбу.
Он закрыл глаза. И в этом отчаянии, он услышал, как за спиной кто-то остановился. Лёгкие быстрые шаги. Чья-то тень опустилась на его спину.
— Ты русский? — молодой женский голос.
Денис поднял голову. Перед ним стояла девушка с большим рюкзаком и счастливым лицом.
— Помочь? — спросила она. — Мы своих не бросаем!
Денис, который никогда в жизни не плакал, почувствовал, как по его щеке скатывается слеза.
Штамп
Терминал оплаты мигал и начал издавать какие-то звуки, как бы напоминая, что время для оплаты вышло. Денис быстро объяснил русской туристке о своей проблеме:
— Просроченная виза. Собираю деньги на штраф. Осталось всего сто пятьдесят бат.
Попадос, — усмехнулась она шаря по карманам. — У меня так-то тайских денег не осталось. Но ты держись!
Денис поник лицом и опустил взгляд.
— Вот! — протянула она пару смятых долларов. — Всё, что есть. Удачи.
Она ушла также быстро как и пришла. Рюкзак ещё мелькал какое-то время перед глазами Дениса, пока она шла по коридору. Он опустился на колени, уткнувшись лбом в холодный пластик. Внутри него окончательно умирала последняя надежда. Рядом валялся бумажный пакет с надписью «Помогите улететь», который ещё час назад казался ему гениальной идеей. Сзади кто-то вздохнул. Денис услышал неторопливые шаги.
— У тебя проблема? — спросил голос с сильным акцентом, в котором угадывалось что-то отеческое.
Денис поднял голову. Перед ним стоял пожилой тайский охранник в форме с седыми висками и морщинистым лицом. Он смотрел на Дениса спокойно без осуждения, как смотрят на нашкодившего внука, которого всё равно придётся простить.
— Не хватает ста пятидесяти бат, — сказал Денис жалким голосом. — Не могу улететь.
Охранник посмотрел на большие командирские часы с блестящим ремешком на своей руке. Потом перевёл взгляд на экран терминала, где горела красная надпись. Ничего не сказал, а просто достал из кармана форменных брюк потёртый кошелёк и вытащил две купюры по сто бат. Протянул Денису.
— Возьми, — сказал он с житейской простотой в голосе. — Только больше не танцуй с пакетом. Пугаешь пассажиров. У нас и так туристов в этом году меньше стало.
Денис смотрел на деньги, не веря своим глазам. Двести бат. Две бумажки, которые решали всё. Он хотел сказать что-то умное и красивое в благодарность, но из горла вырвался только какой-то сиплый, нечленораздельный звук. Он взял деньги, вставил в терминал и нажал кнопку «Оплатить». Терминал загудел и выплюнул маленький ничтожный чек, который весил меньше грамма, но стоил двадцать тысяч бат и несчитанное количество убитых нервных клеток.
— Спасибо, — выдохнул Денис, оборачиваясь. Но охранник уже ушёл. Его седая голова мелькнула в толпе и пропала. Прямо как добрый тайский дух, который приходит только тогда, когда его совсем не ждёшь.
Денис схватил квитанцию и побежал, расталкивая пассажиров и перепрыгивая через чемоданы, несясь по бесконечным коридорам аэропорта, как спринтер на последнем метре дистанции. Иммиграционный офис был уже почти закрыт. Офицер в форме стоял у двери, собираясь захлопнуть её ровно в восемнадцать ноль-ноль. Денис влетел в проход, когда стрелка часов показывала семнадцать пятьдесят восемь.
— Я успел! — закричал он, размахивая квитанцией.
Офицер посмотрел на часы, потом на Дениса, а потом на квитанцию. Взял её, проверил и поставил штамп. Его каменное лицо вдруг смягчилось.
— Вы свободны, — сказал он. — У вас есть ещё два часа для регистрации на рейс.
Денис выбежал из офиса, не помня себя от счастья. Свобода. Можно лететь домой. Он почти бежал к стойке регистрации, представляя, как уже через несколько часов будет лететь в самолёте.
— Ваш рейс перенесли, — сказала девушка за стойкой регистрации, просматривая компьютер. — Вылет завтра утром в шесть сорок пять.
Денис почувствовал, что земля опять уходит из-под ног. Завтра утром. Это значит, что ночевать придётся в аэропорту. Гостиница? У него нет денег даже на такси, не то что на номер. Он отошёл от стойки и сел на чемодан. Всё тело болело. Глаза слипались. Внутри накопилась усталость, которая приходит после долгой битвы. Ему стало всё равно где спать, лишь бы спать.
— Ну и ладно, — буркнул он себе под нос. — Переночую здесь.
Денис нашёл свободное место в зоне вылета, положил чемодан под голову и накрылся курткой. Заснул почти мгновенно. Под утро его разбудил голос из громкоговорителя. «Рейс на Москву начинается посадку». Денис вскочил, схватил чемодан и побежал на посадку.
Большой белый самолёт. Денис нашёл своё место у окна, сел и пристегнулся. Рядом с ним устроился молодой парень в кепке и наушниках.
— Привет, — сказал он, доставая телефон. — А это ты вчера танцевал с пакетом на голове? Видео завирусилось в соцсетях. Три миллиона просмотров. Ты теперь звезда.
Денис посмотрел на него, а потом на экран телефона, где маленькая фигурка в дурацком пакете на голове плясала под «Калинку». Он увидел себя со стороны. Смешной. Жалкий. Полный отчаяния. Денис громко рассмеялся как смеются люди, пережившие катастрофу и оставшиеся в живых.
— Это был перформанс, — сказал он, вытирая слёзы. — Называется «Просрочка». Надеюсь, тебе понравилось!
Самолёт взревел двигателями и вырулил на взлётную полосу. Тут же разогнался и оторвался от земли. Денис смотрел в иллюминатор на утренний Бангкок. Пальмы. Храмы. Небоскрёбы. Всё уменьшалось, превращаясь в пятнышки, а потом и вовсе скрылось за облаками. Он лёг в кресло, закрыл глаза и улыбнулся.
***
Тай это рай. Но это не точно…