Есть такое понятие, как «соотношение польза-риск». Оно применяется, когда необходимо оценить: насколько безопасно применять то или иное медицинское вмешательство или лекарство. Подразумевается, что в идеале, для применения какого-либо средства, важно, чтобы его польза для пациента превышала возможные риски в виде побочных эффектов. Ну, как будто бы в теории все просто и понятно.
Но вот подумалось мне, что подобная оценка применима в каком-то смысле и к психотерапевтической работе. Однако проводит ее не психолог сам по себе, значительная часть оценки ложится на плечи самого клиента. И критерии оценивания при этом далеко не такие объективные, как хотелось бы.
Даже при всем многообразии диагностических методик, трудно объективно и однозначно оценить ментальное благополучие и психологическую устойчивость. Не говоря уже о многообразии факторов, влияющих на них постоянно. А если нет еще и никакого супер-врача-эксперта, который сказал бы, что надо «делать вот это и это, тогда все пройдет за две недели», то становится совсем уж тяжело.
И это не ирония. Это ведь действительно почти невыносимо тяжело: просчитать соотношение пользы и рисков, скажем, от того, что я перестану привычно критиковать каждый свой шаг. Или от того, что выйду из подавляющих меня отношений и попробую строить свою жизнь иначе. Почти невозможно оценить: насколько полезно и рискованно будет признать и перестать воевать со своей тревогой или позволить себе злиться там, где зло.
Мы можем вдохновляться примерами других людей, читать умные книги о том, как оно работает, и просто надеяться. Но без более-менее понятного соотношения пользы и рисков, оценка не просто усложняется, но может затягиваться навечно. Ведь на вопросы, задаваемые себе раз за разом, мы так и не находим ответа. И тогда, в конечном итоге, любой шаг к изменениям – это прыжок веры.
Только довериться приходится не врачу, не эксперту и даже не умным книжкам, но самому себе. А это вообще-то подчас бывает еще более непростой задачей, чем просто принять на веру чужое «делайте так и так». Потому что тогда и все потенциальные последствия недооцененных рисков тоже станут моим грузом, с которым мне же придется разбираться. И вопрос даже не в том, что я не смогу разобраться. Вопрос в самом факте их недооцененности и провала, что может еще больше усложнить попытки изменить что-то в последующем.
Так и получается, что мы остаемся один на один с вопросами о соотношении, которое на самом деле не получится со стопроцентной точностью измерить ныне существующими средствами. Можно только прикинуть на глазок или просто поверить, что это имеет смысл, даже если на руках нет объективной оценки. И, что делает ситуацию еще более напряженной, мы сами принимаем это решение, выписывая себе рецепт на то, чтобы предпринять те или иные действия.
Так вот. Глядя на все это, можем ли мы назвать справедливым самоосуждение за то, что мы не принимаем решения об изменении своей жизни с безусловной легкостью? Там, где мы требуем от себя следования «здравому смыслу», то есть рациональному пониманию чего-то, мы, на самом деле, можем даже и не нащупывать здравого смысла. Потому что здравый смысл предполагает, что последствия можно хотя бы примерно просчитать. А такой возможности у нас частенько нет. Так же, как нет и чего-то, что напоминало бы их в большей или меньшей степени.
Поэтому, возможно, иногда самое честное (и разумное) по отношению к себе – отнестись к своей скорости с уважением, а к себе – с пониманием. У нас нет на руках готовой оценки соотношения пользы и рисков. Нам приходится раз за разом, со всей возможной осторожностью, нащупывать ее самостоятельно. И это уже, само по себе, заслуживает понимания и снисходительности в лучшем смысле этого слова.
Автор: Лозовская Елена Андреевна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru