- Ангелина, ну ты не делай такой вид, будто совсем не рада появлению дочки дома.
В конце концов, у девочки серьезные проблемы.
- Сочувствую, - произнесла Ангелина только потому, что так полагалось говорить по правилам приличия.
На самом деле сочувствия в ней не было ни на грош, потому что она отлично знала этого «жениха».
Жизнь Ангелины была просто прекрасной.
Да, в прошлом были тяжелые моменты и плохие времена, но сейчас ей казалось, что все самые большие неприятности остались позади.
На работе – полтора года до пенсии, при этом благодаря упорному труду, куче подработок и грамотному распоряжению финансами ей и мужу удалось скопить на своих счетах неплохие суммы, проценты с которых станут приятной прибавкой к пенсии.
Однокомнатная квартира, оставшаяся от покойной матери (уход за которой в последние пять лет жизни Ангелина до сих пор вспоминает с содроганием, но в то же время – спит спокойно, ведь дочерний долг она выполнила в полной мере), тоже приносит стабильный дополнительный доход.
Дети выросли и разъехались по разным городам, причем что сыну, что дочери Ангелина и Андрей дали высшее образование и помогли деньгами на первый взнос.
И впереди уже не маячило никаких проблем – только спокойная пенсия на любимой даче с поездками по санаториям или подходящим курортам в летнее время.
По крайней мере, так Ангелина считала ровно до возвращения домой.
А вот по приходу в квартиру первым делом наткнулась на незнакомый чемодан. Огромный, розовый и явно не принадлежащий ни ей самой, ни Андрею.
- О, мама, привет! – при виде Ангелины, зашедшей в гостиную, с дивана поднялась старшая дочь.
- И тебе не хворать, - Ангелина попыталась изобразить радость, но получилось, наверное плохо.
Во-первых, потому, что она устала на работе, а во-вторых – потому что начали тревожить душу какие-то дурные предчувствия.
Вот с чего бы дочь, которая не навещала родителей с самого окончания института, явилась с чемоданом наперевес?
Что произошло?
В другое время она бы попыталась изобразить радость, но, честно говоря, сейчас на это не было ни сил, ни желания.
Явление Алины домой сулило лишь проблемы – в этом она была уверена. И насколько бы сильно не любила Ангелина свою дочь, ей хотелось бы, чтобы все связанные с ней проблемы остались где-то далеко позади.
В конце концов, она уже сделала все необходимое и даже сверх того: обеспечила в свое время красивой одеждой и новыми игрушками, заботой и вниманием, дала образование, а также выделила денег на первый взнос.
Может, пора уже самой стоять на ногах в Алинины-то тридцать лет?
Однако прежде, чем дочь успела ответить, за нее все сказал Андрей.
- Ангелина, ну ты не делай такой вид, будто совсем не рада появлению Алиночки дома.
В конце концов, у девочки серьезные проблемы. Ее жених, ты представляешь, оказался тем еще мер..зав цем.
Взял – и обрюхатил какую-то еще девку, сам при этом собираясь нашу птичку в жены взять.
Повезло еще, что та решила обо всем Алиночке рассказать до свадьбы, и дочь хоть в деньгах и имуществе ничего не потеряла.
- Сочувствую, - произнесла Ангелина только потому, что так полагалось говорить по правилам приличия.
На самом деле сочувствия в ней не было ни на грош, потому что она отлично знала этого «жениха».
В парня дочь была влюблена еще со времен средней школы, и с тех же самых пор вплоть до совершеннолетия пыталась Ангелина ей хоть как-то объяснить, что так называемый «альфа-самец», который перепробовал всех ровесниц с района еще до достижения своих пятнадцати лет, называет женщин «д...рками» и «со…ками» - не самый идеальный кандидат для каких-либо отношений, не говоря уже о создании семьи.
Но кто же слушает маму? Зачем обращать внимание на слова какой-то старой д…ы, которая ничего не знает о той самой, всепоглощающей и все преодолевающей любви, которая разыгрывалась между Алиной и ее теперь уже бывшим женихом лет эдак с шестнадцати?
Больше десяти лет понадобилось дочери, чтобы наконец-то понять, что черного кобеля добела не отмоешь и что, вдобавок, человек, который за десять с лишним лет не удосужившийся дать тебе статус законной супруги, тобой не дорожит.
Ангелина подавила тот самый голос «я же говорила» и постаралась среагировать как можно более мягко, так что простор формально выразила сочувствие.
Если дочь и заподозрила неискренность в ее словах, то виду не подала. Зато Андрей снова перехватил инициативу в свои руки.
- В общем, Алиночка пока что поживет у нас. Залижет раны, сменит окружение и обстановку, сама знаешь – иногда полезно привнести в жизнь что-то новое…
Ангелина сомневалась в том, что под «чем-то новым» можно понимать родительскую квартиру, которая знакома до последнего миллиметра, а также город, в котором была прожита большая часть жизни.
Но возразить ей нечем, да и не будешь же натурально выгонять дочь за порог? Да, пусть она уже взрослая и самостоятельная, но разве не должна нормальная мать привечать семью в гостях?
В конце концов, месяцок-другой можно и потерпеть, а там Алина вернется к себе домой, или же найдет нового молодого человека, а может…
Да мало ли, что еще произойдет – в любом случае она наверняка не останется жить с родителями до конца их дней.
Андрей бы, конечно, хотел обратного. Он иногда даже заводил с Ангелиной разговоры о том, как было бы здорово зажить всем вместе одной большой семьей, чтобы и дети, и вероятные внуки все, как в зарубежных фильмах, собирались каждый вечер за большим столом…
Вот только мечты о красивой картинке разбивались о суровые жизненные реалии, которые Ангелина постоянно мужу припоминала. Например, то, какие у них с сыном были баталии за единственный в доме телевизор. Или как Алина в самый неподходящий момент занимала ванную.
А еще – как дочь открыла для себя какие-то там восточные супер-пупер благовония, от которых была такая «вония», что они всей семьей среди ночи как-то сбежали на улицу, а когда вернулись – обнаружили кучу мертвых тараканов на кухне. Хоть какая-то польза, до этого чем только вывести не пытались до приноса Алиной чудо-палочек.
Об одном жалела тогда Ангелина – что у дочери источник появления странных «противотараканьих» палочек не выяснила – на даче бы пригодились.
Вот, кстати, дачу взять. Никак они не могли с дочерью договориться, что и в каких пропорциях сажать.
Обе увлекались садоводством и обе готовы были заниматься участком, так что нельзя было сказать «кто занимается посадками – того и тапки», нет!
Приходилось кое-как договариваться, делить участки, а потом, когда доходило до сбора урожая – обязательно конкурировать друг с другом за мнение домочадцев о том, чьи помидоры выросли вкусней, сочней и больше.
И повезло еще, что у Алины это увлечение прошло за два года, а если бы нет? Там ведь и до сме…бийства дело могло дойти!
Так что нет, ни за что в жизни Ангелина не хотела жить в одном доме с дочерью и сыном.
Рядом – да, возможно, особенно когда появятся внуки и молодым понадобится помощь с присмотром по выходным или на больничных.
Но вот так вот жить под одной крышей с абсолютно разными людьми, с которыми у нее, по факту, кроме кро.ви ничего общего давным давно не осталось…
Да ни за что на свете!
Андрей, впрочем, обладал памятью аквариумной рыбки, либо же не уделял всем проблемам большого внимания.
Его, помнится, в свое время на ремонт Ангелина уговаривала несколько лет, ведь.
«Ну и что, что побелка за шиворот сыпятся? Люди и в квартирах похуже живут, и ничего – нормально.
А отколовшуюся плитку в ванной можно и обратно приклеить. Да, даже если раскололась».
Таким Андрей был, непривередливым и без всяких амбиций. Ангелина, в принципе, была не против, но иногда сговорчивость и бесхребетность мужа злили неимоверно.
Вот как сейчас, когда он буквально поставил жену перед фактом, что дочь поселится с ними на неизвестный срок.
Но это был не основной удар судьбы, на самом-то деле.
Не прошло и недели после заезда Алины в родные пенаты, как на пороге объявился сын. Точно так же, с чемоданами.
И рассказом о том, что его перевели с повышением в филиал, который расположен в их родном городе, а значит – он теперь может жить с родителями, сдавая свою ипотечную квартиру.
- Сынок, а почему ты не воспользовался служебной квартирой? Разве в таких вот случаях, когда людей в другой город отправляют, начальство не должно предоставлять какое-то жилье?
- Ой, Ангелиночка, ну что ты начинаешь. Ты как будто не рада Игорешу дома видеть.
Ангелина с трудом сдержалась от заявления что да, вообще-то, не рада. Она уже свой срок от нуля до восемнадцати отмотала от звонка и до звонка.
И даже сверх того, учитывая, что после совершеннолетия уже взрослые дети доучивались, а потому – от родителей зависели.
И что ей хочется вообще-то пожить для себя, а не терпеть рядом еще двоих людей, которые, вдобавок, с каждым днем доставляли все больше проблем. И каких проблем!
Началось все вроде бы даже неплохо – с прибытия дочери да сына с чемоданами и рассказами о том, что вот через пару месяцев они съедут.
Сын пообещал найти себе съемное жилье, дочь тоже вроде как заявляла о каких-то планах на жизнь, а потом все совершенно незаметно полетело в тартарары.
И Ангелина неожиданно для себя чуть не попрощалась с планами на спокойную жизнь предпенсионерки. А все муж, благодетель ...енов! За чужой счет-то все благодетели…
Автор: Екатерина Погорелова