Теплый, горьковатый аромат кофе смешался с сырым дыханием осеннего утра, пробивавшимся в приоткрытую форточку. Анна проснулась в половине седьмого, как всегда, под монотонный шепот дождя по стеклу. Этот звук не расстраивал; он был частью того упорядоченного мира, который она выстраивала годами.
Движения отлажены до автоматизма: скользнула с кровати, босиком прошла на кухню, щелкнула кнопкой кофеварки, достала йогурт. Из спальни доносилось размеренное похрапывание Дмитрия. Муж последнее время возвращался измученным, его сон стал тяжелым, бездонным.
— Дим, вставай, уже семь.
Голос привычно разрезал утреннюю тишину, пока она разливала кофе по двум чашкам. Из спальни донеслось сонное мычание, но никто не появился. Анна пожала плечами и устроилась за столом одна. Эта утренняя разобщенность становилась печальной нормой. Дмитрий все чаще отлеживался, ссылаясь на сдвинутый график, и ее сердце сжималось от легкой, почти неосознанной тревоги.
К девяти она была в главном магазине на центральной улице, где пахло свежим текстилем и детством. Продавщица Лена встретила ее с кипой накладных.
— Анна Федоровна, вчера поступление тех самых детских курток. Посмотрите, какая красота!
Она развернула ярко-алую куртку с капюшоном, мягкую и нарядную.
— И цена хорошая, уверена, разойдутся моментально.
Анна кивнула, машинально пробегая глазами по цифрам. Бизнес, созданный ее руками из двух скромных магазинчиков, оставленных тетей Лидией, дышал ровно. Осенняя коллекция улетала с полок, и она чувствовала гордость — острую и светлую.
— Аннушка, у тебя коммерческая жилка, не пропадешь, — словно доносился сквозь годы тихий голос тети.
День растворился в рутине: приемка товара, звонки поставщикам, объезд точек. Домой она вернулась к семи, уставшая, но с чувством выполненного долга. Дмитрий уже сидел в кресле, уткнувшись в телефон, его поза была напряженной.
— Привет, дорогой. Как дела на работе?
Она коснулась губами его щеки и ощутила, как он вздрагивает.
— Нормально. Проект сложный. Заказчик капризный, пришлось задержаться.
Он не отрывал взгляда от экрана, голос прозвучал плоско, без эмоций. Пока она готовила ужин, Дмитрий говорил по телефону, но слова тонули в намеренном шепоте. Раньше он никогда не скрывал рабочих разговоров.
За ужином он был рассеян и молчалив, отвечал невпопад.
— Дим, а помнишь, мы хотели в отпуск съездить? Может, на Новый год куда-нибудь махнем?
— Посмотрим. Сейчас не до отпусков. Работы много.
Он отодвинул тарелку и ушел в гостиную под треск телевизора.
Позже, когда он ушел в душ, его телефон залился трелью. Анна машинально бросила взгляд на экран. Высветилось имя: Кольцов Дмитрий. Странно — это его собственная фамилия. Звонящий, очевидно, был из числа контактов, записанных с указанием фамилии. Она не успела ничего понять: дверь ванной с силой распахнулась, Дмитрий, наспех обмотавшись полотенцем, выхватил телефон и сбросил вызов.
— Кто звонил? — спросила Анна, и собственный голос показался чужим.
— Да так, рекламщики всякие.
Он отмахнулся, но в его глазах мелькнуло что-то уклончивое, чего она раньше не видела.
На следующее утро Дмитрий носился по квартире с несвойственной ему суетой, торопливо глотал кофе, на ходу натягивал пиджак и умчался, хлопнув дверью. Анна заметила забытый на столе телефон, но догонять не стала.
Около полудня в магазин впорхнула Кира Малышева, подруга со студенческой скамьи, теперь психолог в местной больнице.
— Ань, как дела? Что-то ты бледная.
— Да нормально. Работы много, просто устаю.
Анна чувствовала, как взгляд подруги будто просвечивает ее насквозь.
— А ты как? Как твои пациенты?
— Да все как обычно. Люди с проблемами идут, решаем. Кстати, вчера интересный случай был. Женщина приходит, подозревает мужа в измене. Говорит: поведение изменилось, стал скрытным, врет про работу.
Слова Киры вонзились в Анну с такой силой, что она невольно вздрогнула. Холодная волна прокатилась по спине.
— И что ты ей посоветовала? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Сказала, что интуиция женщин редко их обманывает. Если что-то чувствуешь, значит, на, то есть причины. Но действовать надо аккуратно, не на эмоциях.
Кира пристально посмотрела на подругу.
— Ань, а у тебя-то все в порядке с Димой?
— Конечно, о чем ты! — слишком быстро выпалила Анна. — Просто он сейчас много работает. Проект важный.
Кира молча кивнула, но в ее молчании было больше вопросов, чем в любых словах.
Вечером Анна, чтобы заглушить нарастающую тревогу, решила прибраться в доме. Дмитрий опять задерживался, сухо отписавшись сообщением, что будет к девяти. Она механически протирала пыль, поправляла шторы, а потом руки сами потянулись к его вещам. Один пиджак, темно-серый, был небрежно брошен на спинку стула. Анна подняла его, чтобы вернуть на место, и из внутреннего кармана выпал маленький скомканный клочок бумаги.
Она развернула его. Чек из нотариальной конторы. Сумма — пятнадцать тысяч рублей. Дата — вчерашнее число. Время — два часа дня.
В ушах зазвенело. Вчера Дмитрий клялся, что не выходил с работы ни на минуту. У них не было секретов в крупных тратах, все обсуждали вместе. Она сунула чек обратно и повесила пиджак в шкаф.
Он пришел в половине десятого, неся с собой шлейф холодного воздуха и раздражения.
— Дим, как дела? Проект хоть продвигается?
— Медленно. Заказчик постоянно меняет требования. Сегодня полдня потратил на одни переделки.
Он плюхнулся в кресло, телевизор залил комнату мерцающим светом.
— А ты… никуда не выходил? На обед? Или по делам каким-то? — не удержалась она.
Дмитрий резко повернулся, в его глазах вспыхнул гнев.
— Что за допрос? Сказал же, весь день на работе торчал! Чего тебе еще нужно?
Анна промолчала. Впервые за пять лет брака он разговаривал с ней таким тоном — сдавленным, ядовитым. Раньше он всегда был терпеливым.
На следующий день она пыталась выбросить чек из головы, но он горел в сознании как клеймо. В субботу, отправившись в супермаркет, у самого входа она услышала знакомый голос.
— Анна! Какая встреча!
Она обернулась. Перед ней стоял Игорь Степанов, коллега Дмитрия.
— Игорь, привет. Как дела?
— Да нормально. А вот Димка ваш молодец, решился-таки отдохнуть! Я ему давно говорил, что надо отпуск взять.
— Отпуск? — переспросила Анна, и собственный голос прозвучал где-то далеко.
— Ну да! Он уже вторую неделю в отпуске за свой счет. Сказал, дела личные срочные решает. Мы-то думали, вы куда-то вместе съездить планируете.
Анна почувствовала, как пол уходит из-под ног. Две недели он в отпуске. А каждое утро уходил на работу в отутюженном костюме и возвращался с рассказами о проектах.
— Да… дела накопились, — выдавила она. — Ну, мне пора. Передавай привет коллегам.
Она зашла в магазин и бродила между рядами как в тумане. Если он в отпуске, где он проводит дни? Зачем эта ложь? И что за нотариальные услуги?
Дома муж сидел на диване с ноутбуком, но, увидев ее, резко захлопнул крышку.
— Что смотрел? — спросила Анна.
— Да так, новости почитал. Скучно дома одному.
Он быстро скрылся в спальне. Вечером они ужинали в гнетущем молчании. После ужина он коротко бросил, что идет к другу, и дверь захлопнулась.
Анна ходила по квартире, тщетно пытаясь найти объяснение. Взгляд упал на домашний сейф в кабинете. Там лежали все важные документы. Она набрала дату их свадьбы. Сейф щелкнул. Она принялась перебирать папки. Все было на своих местах, но что-то казалось не так.
Она взяла свидетельство о собственности на дом. В углу виднелась едва заметная надпись: Заверенная копия. Оригинала не было. С лихорадочной поспешностью она проверила документы на бизнес — папку с гербовой печатью, которую берегла тетя Лидия, — и на машину. Везде копии. Где оригиналы? Она перерыла весь сейф. Пустота.
Дмитрий вернулся около полуночи. Анна лежала с закрытыми глазами, делая вид, что спит. Утром за завтраком она решилась.
— Дим, а ты не помнишь, где оригиналы документов на дом и бизнес? В сейфе только копии.
Он поперхнулся кофе, темная жидкость разлилась по скатерти.
— Это… в налоговой проверка идет. Забрали на время оригиналы. Скоро вернут.
— Какая проверка? Мне никто не звонил.
— Это по моей линии проверяют, как созаемщика по кредиту на дом. Ерунда, через неделю отдадут.
Анна кивнула, но внутри все похолодело. Дмитрий не был созаемщиком. Дом она купила до брака. Он знал это.
После завтрака он ушел. Анна осталась одна. Ее спас звонок Киры.
— Ань, привет! Как дела? Не хочешь прогуляться?
— Кира, а можно я к тебе приеду? Поговорить надо.
— Конечно. Приезжай.
Через час она сидела на кухне подруги, сжимая чашку с чаем.
— Рассказывай, что случилось.
Анна выложила все: чек, встречу с Игорем, копии документов в сейфе.
— Понятно, — медленно проговорила Кира. — А как давно это началось?
— Недели две, может, чуть больше.
— Ань, я не хочу тебя пугать, но это выглядит очень подозрительно. Ложь про работу, манипуляции с документами… Может, стоит разобраться?
— Но как? Я не могу следить за мужем.
— Можешь. Твоя интуиция тебя не обманывает.
— Что же мне делать?
— Аккуратно. Без скандалов. Может, стоит обратиться к частному детективу?
— К детективу? — ужаснулась Анна.
— Это не шпионить. Это защищать себя. Если у тебя есть бизнес, дом, ты имеешь право знать, что с ними происходит.
Анна задумалась.
— У меня есть знакомый, Михаил Петрович Сомов. Серьезный мужчина, работает честно и деликатно. Хочешь, дам контакты?
— Давай.
Кира записала номер.
— Ань, лучше знать горькую правду, чем жить в сладком неведении.
Домой Анна вернулась к вечеру. Дмитрий лежал на диване и смотрел телевизор.
— Где была? — спросил он, не оборачиваясь.
— У Киры. Давно не виделись.
— Ясно.
Больше они не разговаривали.
Утром, едва заслышав, как захлопнулась дверь за Дмитрием, Анна взяла телефон и набрала номер Михаила Петровича.
— Слушаю.
— Здравствуйте. Меня Кира Малышева рекомендовала. Мне нужна помощь.
— Понял. Когда можете встретиться?
— Сегодня. Если возможно.
— Хорошо. Приезжайте к двум часам.
Ровно в два Анна сидела в строгом кабинете частного детектива. Михаил Петрович, мужчина лет пятидесяти с проседью на висках, выслушал ее рассказ не перебивая.
— Ситуация выглядит крайне подозрительной. Ложь об отпуске, чек из нотариальной конторы, исчезнувшие документы. Нам необходимо проследить за ним несколько дней, выяснить, где он проводит время и что делал у нотариуса.
— А это законно?
— Вполне. Я фиксирую то, что происходит в общественных местах, это в рамках закона.
Анна кивнула.
— Сколько это будет стоить?
Михаил Петрович назвал сумму. Она была немаленькой, но незначительной по сравнению с ценой неизвестности.
— Когда начнете?
— Завтра утром. Мне понадобится фотография мужа, описание машины и адрес его работы.
Анна достала телефон и нашла снимок, сделанный прошлым летом на даче.
— Красивый мужчина, — заметил детектив. — Жаль, что приходится знакомиться в таких обстоятельствах.
— Я до сих пор надеюсь, что все не так страшно.
— Возможно. Но лучше перестраховаться.
Она расплатилась и уехала.
Дмитрий вернулся около восьми. На его лице лежала странная усталость, смешанная с удовлетворением.
— Как дела на работе? — спросила Анна.
— Как обычно. Проект наконец сдвинулся с мертвой точки.
За ужином он был оживлен, рассказывал анекдоты про коллег.
— А когда проект закончится?
— Через месяц. Может, чуть раньше. Тогда сможем куда-нибудь съездить.
Он улыбнулся теплой, знакомой улыбкой. Анна вспомнила чек и слова Игоря. Факты не лгали.
Утром Дмитрий ушел в обычное время. Анна проводила его до двери, поцеловала на прощание. Он обнял ее крепко.
— Люблю тебя.
Эти слова прозвучали как нож.
Телефон зазвонил ровно в семь вечера.
— Михаил Петрович. Есть первые результаты. Можете приехать?
— Сейчас буду.
Она соврала Дмитрию, что нужно в магазин, и выскочила из дома.
— Итак, — начал детектив, раскладывая фотографии. — Ваш муж действительно не работает. Утром он направился к нотариальной конторе Лекс. Провел там около двух часов. После этого встречался с женщиной средних лет в кафе.
Анна взяла фотографию, где Дмитрий сидел напротив полной серьезной женщины в очках.
— Кто это?
— Пока не знаю. Вечером он встречался с мужчиной, очень на него похожим.
На следующем снимке Дмитрий беседовал с молодым человеком.
— Это его брат, Олег.
— Разговор был серьезный, напряженный. Что-то активно обсуждали.
— Продолжайте наблюдение.
— Конечно.
Дорога домой показалась бесконечной. Дмитрий уже смотрел новости.
— Долго ты в магазине пропадала?
— Очереди были огромные.
Остаток вечера они провели в молчании.
На следующий день Михаил Петрович позвонил около полудня.
— Анна Федоровна, у меня важная информация. Можете приехать?
— Сейчас буду.
В кабинете детектива на столе лежали новые фотографии и распечатанные документы.
— Я выяснил, кто эта женщина. Елена Ивановна Федорова, нотариус конторы Лекс. И она оказалась старой знакомой вашего мужа.
— Откуда вы знаете?
— Поговорил с секретаршей. Дмитрий приходит уже в третий раз за последние две недели. Они закрываются в кабинете и подолгу беседуют как старые друзья. Секретарша слышала, как нотариус называла его Димочкой.
Сердце Анны болезненно сжалось.
— Что они могут оформлять?
— Что-то серьезное. Завещание, договор дарения, генеральную доверенность. То, что требует длительной подготовки.
— Продолжайте наблюдение. Мне нужно знать все.
— Но вам стоит подумать о дополнительных мерах безопасности.
— О каких?
— Скрытая съемка дома. Если муж что-то затевает, понадобятся неопровержимые доказательства.
— А это законно?
— В вашем собственном доме — да.
— Сколько стоит?
Михаил Петрович назвал сумму. Анна кивнула.
— Делайте.
— Завтра утром, пока мужа не будет, я все установлю.
Дома ее ждал сюрприз: муж хлопотал на кухне, пахло жареным мясом.
— Решил побаловать любимую жену, — улыбнулся он, целуя ее в щеку. — Как дела в магазинах?
— Нормально. А у тебя как проект?
— Потихоньку. Скоро закончим. Кстати, завтра с утра меня не будет. Важная встреча с заказчиком.
— Долго?
— До вечера. Документы подписывать.
За ужином он был необычайно ласков. Анна отвечала механически.
— Ань, ты какая-то рассеянная. Все в порядке?
— Да, просто устала.
— Может, съездим куда-нибудь на выходные? На дачу?
Дмитрий всегда ненавидел дачу.
— Посмотрим.
Утром он ушел рано. Анна набрала детектива.
— Можете приезжать. Он уехал.
Михаил Петрович появился через час с неприметным чемоданчиком. Он быстро установил миниатюрные камеры в гостиной, спальне и на кухне, а диктофон замаскировал в машине Дмитрия.
— Все будет записываться на флеш-накопитель. Раз в два дня я буду забирать материал.
— А если он заметит?
— Не заметит. Оборудование профессиональное.
После его отъезда Анна осталась одна в доме, который внезапно наполнился невидимыми глазами.
Дмитрий вернулся к семи, сияющий и возбужденный.
— Как встреча? — спросила Анна.
— Отлично! Все вопросы решили, скоро проект закроем.
Он обхватил ее за талию и закружил по кухне.
— Я так счастлив, Аннушка!
Она попыталась улыбнуться, но внутри все сжалось.
Вечером он надолго ушел в спальню, разговаривая по телефону тихим шепотом. Анна притаилась за дверью, уловив обрывки: Завтра… документы… все готово…
Этой ночью она не сомкнула глаз.
Утром он снова ушел на работу. В обеденный перерыв раздался звонок.
— Ваш муж опять был у нотариуса, на этот раз с братом. Пробыли около трех часов.
— Три часа? Но что они могут делать там все это время?
— Судя по всему, оформляют серьезные документы. Много бумаг, подписи, печати.
Вечером Дмитрий вручил ей букет алых роз.
— Это просто так, от любви.
Анна поблагодарила. Дмитрий никогда не дарил цветы без повода.
За ужином он рассказывал очередную историю с работы. Посуду прервал звонок телефона. Дмитрий взглянул на экран, нахмурился и вышел на балкон, притворив дверь. Щель осталась. Анна подкралась ближе.
— Все идет по плану. Да, она ни о чем не подозревает. Завтра встретимся. Нет, лучше у тебя.
Кровь застыла в жилах. Он говорил о ней.
Он вернулся через десять минут, спокойный и улыбчивый.
— Что, опять проблемы с заказчиком?
— Да, вечно капризничает.
— Может, откажешься от этого проекта?
— Нет, почти закончили.
На следующий день она не выдержала и позвонила Кире. Через час, сидя на знакомой кухне, она рассказала о камерах, прослушке и обрывках разговора.
— Ань, ты уверена, что хочешь дойти до конца?
— Уверена. Хуже неизвестности ничего нет.
— Тогда иди до конца. Но будь готова к любому исходу.
Домой она вернулась около шести. Дмитрия еще не было. В половине седьмого зазвонил домашний телефон.
— Алло?
— Добрый вечер. Можно Дмитрия? — произнес женский голос.
— Его нет. Что передать?
— Скажите, что звонила Валентина Сергеевна. Пусть перезвонит.
Анна замерла. Валентина Сергеевна — мать Дмитрия. Но голос был другим — моложе, без характерной хрипотцы.
— А вы точно Валентина Сергеевна?
— Конечно. Что за странный вопрос?
— Просто голос какой-то другой.
— Да, немного простужена. Скажите Дмитрию, что я звонила.
Трубка легла. Странно. Свекровь никогда не болела.
Дмитрий появился в восемь.
— Тебе звонила мать. Просила перезвонить.
— Мать? — он удивленно поднял бровь. — Когда?
— Час назад. Сказала, что простудилась.
— Странно… Она же в больнице лежала, только вчера выписали.
— В больнице? А кто тогда звонил?
Дмитрий нахмурился, достал телефон и набрал номер.
— Мам, привет. Ты звонила?.. Нет? Понятно. Как самочувствие?.. Хорошо, завтра приеду.
Он положил трубку.
— Она не звонила. И простуды нет.
— Но женщина представилась Валентиной Сергеевной.
— Наверное, ошиблись номером.
Он пожал плечами, но Анна заметила в его глазах вспышку беспокойства.
Вечером Дмитрий просидел несколько часов за компьютером. Когда Анна проходила мимо, краем глаза успела заметить заголовки юридических сайтов: дарственная, собственность, нотариальное заверение. Муж, заметив ее, резко свернул все вкладки.
— Что это ты изучаешь?
— Да так, новости почитал.
На следующий день раздался звонок от Михаила Петровича. Голос был напряженным.
— Анна Федоровна, нам нужно встретиться. Срочно.
Через час она сидела в его кабинете. На столе лежали фотографии и документы.
— У меня сенсационная информация. Ваш муж и нотариус Федорова — не просто старые знакомые. Они друзья детства. Учились в одном классе.
Он отодвинул старый пожелтевший снимок, где подростки стояли во дворе, обнявшись. В центре — Дмитрий и тот самый человек с фотографий.
— Откуда это?
— Поговорил с соседкой Елены Федоровой. Она их прекрасно помнит.
— За какими услугами он к ней обращается?
Михаил Петрович тяжело вздохнул.
— Мне удалось выяснить, что они оформляют договоры дарения на ваше имущество.
Анна почувствовала, как тело сковывает холод.
— На кого?
— Дом переписывается на Валентину Сергеевну, вашу свекровь. Бизнес и машина — на его брата Олега.
— Но это моя собственность!
— Именно поэтому все делается через поддельные документы. Нотариус оформляет бумаги так, будто вы лично инициировали сделку.
— Но я ничего не подписывала!
— У нотариуса есть образцы вашей подписи. Скорее всего, муж предоставил документы, которые вы подписывали раньше.
Анна вспомнила исчезнувшие оригиналы из сейфа.
— Но это же подлог!
— Безусловно. Но пока эти дарственные не поданы в регистрационную палату, юридически они ничего не значат.
— Когда они планируют подавать?
— Судя по записям, очень скоро. Возможно, на следующей неделе.
— Что мне делать?
— Во-первых, срочно нужен адвокат, специализирующийся на мошенничестве с недвижимостью. Во-вторых, систематизировать все доказательства. И в-третьих, приготовьтесь к худшему. Муж может ускорить планы, если заподозрит, что вы знаете.
— Можете кого-то порекомендовать?
— Сергей Владимирович Лебедев. Он дорог, циничен и беспощаден. Но он лучший в таких щекотливых ситуациях.
Анна записала контакты и поехала домой.
Дмитрий вернулся в восемь, сияющий и довольный.
— Привет, дорогая. Как твой день?
— Нормально. А твой?
— Отлично! Проект почти закрыт. Осталось всего пара дней.
За ужином он с упоением рассказывал о будущем: новой машине, путешествиях.
— А, кстати, завтра ко мне брат заглянет. Ты не против?
— Конечно, нет.
— Он сейчас в интересном проекте участвует. Может, расскажет тебе.
Анна кивнула. На следующий день она намеренно ушла на работу раньше и вернулась поздно. Пусть камеры все зафиксируют.
Дмитрий встретил ее у двери.
— Как дела? Олег уже ушел?
— Да, недавно. Интересно рассказывал про свой новый проект.
— И что же это за проект?
— Автосалон хочет открыть. Говорит, наконец-то деньги появились.
У Олега, который полгода назад не мог найти работу? Откуда?
— Наследство, — гладко ответил Дмитрий. — От одной дальней родственницы. Повезло парню.
Анна знала всех его родственников. Никаких богатых тетушек не было.
Вечером позвонил Михаил Петрович.
— Есть запись вчерашнего разговора братьев. Очень показательная. Можете приехать?
— Сейчас приеду.
В кабинете детектива на столе стоял магнитофон.
— Слушайте внимательно.
Он нажал кнопку.
Голос Дмитрия: Завтра Федорова подпишет последние документы. Послезавтра подаем в регистрационную палату. Все, крючок закинут.
Голос Олега: Она точно ничего не подозревает?
Дмитрий, с легким смешком: Конечно, я же актер хороший. Она до сих пор думает, что я ее люблю.
Олег захохотал. Ну ты и хитрец! А что потом? Сразу разводиться будешь?
Дмитрий: Да. Как только документы пройдут регистрацию, скажу ей, что полюбил другую. Чисто, без скандала.
Олег: А если она в суд подаст?
Дмитрий: На что? Документы будут официальные, все по закону. Она сама, по доброте душевной, все подарила родственникам мужа.
И снова смех.
Анна слушала, и внутри у нее все обрывалось.
— Есть еще, — тихо сказал детектив.
Олег: Автосалон-то я правда получу?
Дмитрий: Конечно. Бизнес на тебе оформляем, машину тоже. Только не пропей все.
Олег: Не пропью! Я теперь бизнесмен буду.
Дмитрий, понижая голос: Главное, маме ничего не говори пока. А то она у нас болтливая.
Олег: Понял. А когда переезжать будем?
Дмитрий: Как только она съедет. Неделя-две. Я с ней поговорю.
Анна резко отодвинула руку. Запись остановилась.
— Что будете делать? — спросил Михаил Петрович.
— Бороться. Завтра иду к адвокату.
— Правильное решение. У вас есть все доказательства.
Домой она приехала за полночь. Дмитрий спал. Она легла рядом и долго смотрела на его безмятежное лицо.
Утром за завтраком он был особенно ласков.
— Ань, а давай сегодня куда-нибудь сходим? В театр? В новый ресторан?
— Не могу. Очень много работы.
— Жаль. Так хотелось провести время вместе.
— Может, в выходные.
— Хорошо! Я тебя очень люблю, знаешь?
Он обнял ее и поцеловал в лоб. Анна едва сдержала отвращение.
Ровно в десять утра она сидела в солидном офисе Сергея Владимировича Лебедева. Адвокат, мужчина лет пятидесяти с умными проницательными глазами, выслушал ее, не перебивая.
— Сложная ситуация, но решаемая. У вас серьезные козыри: записи разговоров, фотографии, показания детектива. Этого достаточно для возбуждения уголовного дела.
— Уголовного?
— Подделка документов, мошенничество в особо крупном размере. Это не гражданские споры.
— А что с имуществом?
— Сделки признают недействительными. Имущество останется за вами. Но время против нас?
— Да. Они подают документы завтра.
— Тогда действуем сегодня. Подаем заявление в прокуратуру с ходатайством о блокировке любых регистрационных действий с вашим имуществом.
— Сколько это будет стоить?
Адвокат назвал сумму. Анна кивнула.
— Делайте.
— К вечеру документы будут готовы.
Выйдя из офиса, она вдохнула холодный воздух полной грудью. Она больше не жертва.
Весь день она не могла сосредоточиться. Домой вернулась в семь. Дмитрий сидел на диване с телефоном, по напряженной спине видно — он ждет.
— Дела, — бросил он. — Завтра очень важный день.
— Да, — согласилась Анна. — Завтра важный день для нас обоих.
Вечером, около половины девятого, в дверь резко позвонили. Дмитрий пошел открывать. На пороге, еле держась на ногах, стоял его брат Олег, пьяный в стельку.
— Димка, братан! — проревел он, пытаясь обнять брата. — Все готово! Завтра мы короли!
— Олег, ты что творишь? Иди домой!
— Да ладно тебе! Анька почти родственница! Можно же ей рассказать!
— О чем рассказать? — спокойно спросила Анна, подходя.
— Да о том, что я скоро автосалон буду иметь! Представляешь, Анька, я, который даже права не сдал, буду автомобилями торговать!
Он залился хриплым смехом. Дмитрий побледнел.
— Олег, заткнись!
— А что молчать-то? Завтра же все оформляется! Мне — машины и бизнес, маме — дом! Красота!
Анна почувствовала, как внутри замирает.
— Какой дом? Какой бизнес?
— Да твои же! Ты же сама дарить будешь! Димка говорит, ты очень добрая!
Дмитрий схватил брата за рукав.
— Все, иди! Сейчас отвезу тебя домой!
— Да ладно, Анька же не чужая! Анька, а ты знаешь, что я даже водить-то не умею, а буду машинами торговать! Вот смеху-то будет!
— Идем!
Дмитрий почти вышвырнул брата за дверь и сам последовал за ним, хлопнув дверью так, что полка в прихожей задрожала.
Через десять минут он вернулся один, с лицом, омраченным тучей.
— Извини, он пьяный, несет чушь.
— Какую чушь? Про автосалон?
— Да, ему постоянно кажется, что он вот-вот разбогатеет. Обычные бредни алкоголика.
Он избегал смотреть ей в глаза, пальцы подрагивали.
— Но откуда такие конкретные фантазии про мой бизнес?
— Понятия не имею. Перепил и бредит.
Анна кивнула. Теперь она знала наверняка: завтра он приведет план в действие.
Ночь выдалась беспокойной. Дмитрий метался, ворочался. Анна лежала с закрытыми глазами, но каждый нерв был натянут.
Утром он встал ни свет, ни заря, движения резкие и порывистые. Нервно завтракал, поглядывая на часы.
— Очень важная встреча? — спросила Анна, подавая кофе.
— Да, финальная. После нее все изменится.
Он посмотрел на нее странным взглядом, в котором смешались решимость и что-то похожее на сожаление.
— В лучшую сторону, я надеюсь.
Он поцеловал ее дольше обычного, губы были холодными.
— Что бы ни случилось, знай, я тебе благодарен за эти годы.
— Дим, ты меня пугаешь. Что происходит?
— Ничего. Просто настроение такое.
Он натянуто улыбнулся и вышел. Анна проводила его взглядом.
Ровно в девять зазвонил телефон. Сергей Владимирович.
— Анна Федоровна, все готово. Заявление подано, регистрационные действия с вашим имуществом заблокированы. Ваш муж сегодня получит сюрприз.
— Спасибо.
— Готовьтесь, реакция будет крайне негативной.
День тянулся мучительно. Около трех раздался звонок от Михаила Петровича.
— Ваш муж только что был в нотариальной конторе. Произошла бурная сцена. Он кричал на Федорову, требовал объяснений. Потом помчался к вам домой. Судя по всему, он в ярости.
— Понятно.
— Будьте осторожны.
Анна поехала домой. В окнах горел свет. Он был там. Сердце колотилось, но она поднялась по лестнице и вставила ключ в замок.
Дмитрий стоял в центре гостиной спиной к ней, напряженный. Услышав шаги, медленно обернулся. Лицо искажено яростью, глаза горели темным огнем.
— Ну, здравствуй, дорогая жена, — прошипел он.
— Привет, — спокойно ответила Анна, снимая пальто. — Как прошел твой день?
— Замечательно. Особенно момент, когда в регистрационной палате мне сообщили, что все сделки заблокированы по заявлению прокуратуры. Очень тронул.
— Не понимаю, о чем ты.
— Не понимаешь? А про частного детектива тоже не знаешь? Про камеры в доме? Про диктофон в моей машине?
Она встретила его взгляд.
— Знаю.
— Ах, знаешь! И давно ты, такая образцовая жена, следишь за мужем?
— С тех пор, как поняла, что мой муж — искусный лжец и готовит мне нож в спину.
Дмитрий сжал кулаки.
— Умная выискалась. И что? Довольна результатом?
— Скорее, разочарована. Я думала, что живу с порядочным человеком.
— Порядочным? А ты сама порядочная? Шпионишь, подслушиваешь, камеры ставишь!
— Я защищаю то, что заработала своим трудом, от мошенника, который прикидывался любящим мужем.
— Мошенника? Да я пять лет с тобой прожил! Пять лет терпел твои капризы! Я заслужил эту собственность!
— Заслужил? Ложью и предательством?
— А чем еще? Любовью? Какая любовь? Ты думаешь, можно полюбить такую, как ты? Холодную, расчетливую. Ты — бизнесмен в первую очередь, а потом уже женщина. С тобой невозможно дышать!
— Зато очень удобно было жить за мой счет, правда?
— За твой счет? Да я работал! Я приносил в этот дом деньги!
— Копейки. И даже их ты тратил на нотариуса, чтобы оформить на меня же предательство.
— Ах, значит, ты все знала. Знала и молчала. Играла со мной, собирала досье. Умная. И что теперь? Посадить меня хочешь?
— Я хочу справедливости.
— Справедливости? А справедливо ли, что женщина зарабатывает вдесятеро больше мужа? Что он чувствует себя приживалом в собственном доме?
— Это твои проблемы, Дмитрий. Твои комплексы, твоя неуверенность.
— Мои? Да ты с первого дня давала мне понять, что дом — твой, бизнес — твой, деньги — твои! Что я здесь никто!
— Я не помню ничего подобного.
— Не помнишь? А когда покупали мебель, кто решал? Ты! Отпуск? Ты! Всегда и во всем только ты! Я был статистом в твоей идеальной жизни!
Анна слушала и понимала: он говорил не о ней, а о своих ущемленных амбициях.
— Если тебе было так невыносимо, можно было просто уйти. Честно. Подать на развод, а не строить из себя шпиона.
— Честно? И остаться ни с чем после пяти лет? Нет, я заслужил свою долю!
— Мою собственность, ты хотел сказать. Все, что у нас есть, я создала сама.
— Вместе! Я был рядом эти пять лет!
— Ты ничего не создавал. Только удобно устраивался в тени моего успеха и ненавидел меня за него.
Он замер. По его лицу пробежала тень чего-то дикого.
— Значит так. Что ж, ты выиграла этот раунд. Но игра не окончена.
— Какая игра? Ты все еще думаешь, что это шахматная партия?
— Я найду другие способы получить свое.
— Каким образом?
— Увидишь. А пока я собираю вещи и съезжаю. Жить с такой, как ты, я больше не в состоянии.
— Наконец-то правда прозвучала из твоих уст.
Дмитрий остановился у двери.
— Хочешь правды? Ты останешься одна. Со своими деньгами, бизнесом, домом. И будешь одна всегда. Потому что мужчины не любят таких, как ты — сильных, неуязвимых. Таких не обманывают, от таких сбегают.
— Еще как обманывают. Просто ты об этом никогда не узнаешь.
Он злобно усмехнулся.
— До свидания, дорогая жена. Было интересно.
Дверь захлопнулась. С полки упала фарфоровая статуэтка и разбилась.
Анна осталась одна. Она прошла в гостиную и опустилась в кресло. Дрожь в коленях стихала. Все кончено. Пятилетний брак рухнул, обнажив уродливое дно.
Вечером позвонила Кира.
— Ань, как ты? Что случилось?
— Все кончено. Дмитрий ушел. Навсегда.
— Боже мой. Мне так жаль.
— А мне нет. Лучше узнать горькую правду сейчас, чем прожить в обмане еще десять лет.
— Что будешь делать?
— Жить. Работать, строить планы. А он пусть ищет другую доверчивую душу.
Кира тихо засмеялась.
— Вот это я понимаю — моя сильная подруга вернулась.
Позже раздался звонок от Михаила Петровича.
— Анна Федоровна, как дела?
— Муж ушел.
— Самый тяжелый этап позади. Но дело не закрыто. Завтра допрос нотариуса Федоровой. Ваши показания пригодятся.
— Я буду готова.
— И поздравляю. Вы настоящий боец.
Она положила трубку. Да, она защитилась. Но какой ценой? Пять лет, отданные человеку, которого не существовало. Эти годы научили ее главному: полагаться только на себя.
Она встала и прошлась по дому. Ее дом. Ее собственность. Ее жизнь.
На столе лежал смятый листок. Дмитрий набросал его перед уходом. Кривой нервный почерк: Ты думаешь, что выиграла? Я знаю все твои слабые места. Мы еще встретимся. Д.
Анна медленно скомкала записку и отправила в мусорное ведро.
Поздно вечером зазвонил телефон. Незнакомый номер.
— Алло?
— Это я. Послушай, может, мы поторопились? Давай встретимся, обсудим все спокойно.
— Нет.
— Ань, ну мы же любили друг друга!
— Ты меня никогда не любил. Ты сам это признал.
— Я был в ярости! Наговорил ерунды!
— Ты сказал единственную правду. Не звони мне больше. Никогда.
Она положила трубку и выключила телефон.
Она легла спать в своей постели, в своем доме. Завтра будет новый день — трудный, полный формальностей, но честный. А Дмитрий остался в прошлом, вместе со своей ложью и предательством.
Анна закрыла глаза. Впереди была новая жизнь.