— Если в сорок лет тебе ставят стент в сердце, значит, ты что-то делал неправильно, — говорит Виктор Анатольевич Егоров. Смотрит устало, но внимательно — только что из операционной. Он заведующий отделением сосудистой хирургии. К нему едут из разных уголков России. Потому что здесь берутся за то, от чего другие отказываются. И спасают ноги. И жизни.
Атеросклероз молодеет, и это не шутка
Раньше считалось: проблемы с сосудами — удел пожилых. Сегодня сорокалетние оказываются на операционном столе. Инфаркты, инсульты, критическая ишемия ног — всё это больше не «болезни дедушек».
— Атеросклероз — болезнь многофакторная, — объясняет Виктор Анатольевич. — Питание, курение, алкоголь, малоподвижность, ожирение. Как правило, пациенты — либо злостные курильщики, либо у них есть другие факторы риска. Но есть и исключения.
Развитие атеросклероза — это всегда совокупность причин: образ жизни, питание и генетическая предрасположенность. Да, в 93–95% случаев болезнь провоцируют внешние факторы. Но оставшиеся 5–7% — это генетические мутации, которые могут запустить агрессивный процесс даже у тех, кто вёл здоровый образ жизни, не курил и не пил. Таких пациентов лечить сложнее всего — у них, как правило, тотальное поражение всего сосудистого русла. Зато курильщики — понятная история, с ними результат предсказуемее.
Диабет и «критическая ишемия»: как сохранить ногу
Одна из частых историй — пациентка 73 лет с сахарным диабетом. Критическая ишемия нижней конечности: стеноз бедренной артерии, закупорка артерий голени. Нога уже имела необратимые повреждения — гангрена пальца. Но саму конечность ещё можно было спасти.
Выполнили гибридную операцию: открыто удалили атеросклеротическую бляшку из бедренной артерии (эндартерэктомия), а затем через небольшой сосудистый доступ восстановили кровоток в артериях голени и стопы — установили стент и убрали тромбоз. Пациентка лишилась только одного пальчика, но ногу сохранила.
— А на днях оперировали восьмидесятилетнего, — добавляет хирург. — Тяжёлое поражение – открытую большую реконструкцию он бы не пережил. Сделали гибрид: эндартерэктомию из паха под местной анестезией и стентирование сосудов в животе. Сегодня он уже переведён из реанимации, нога сохранена.
Возраст — не помеха. Мы не отказываем возрастным пациентам в помощи. Ведь для них самостоятельность и возможность не зависеть от родственников невероятно важны. И мы даём этим людям шанс.
Аневризма размером с арбуз: операция, о которой рассказывают на конференциях
Один из самых ярких случаев последних лет в практике отделения — пациент 57 лет. Много лет назад ему выполняли реконструкцию аорты — меняли брюшную аорту на протез (аортобифеморальное шунтирование). Затем он несколько раз госпитализировался с ложными аневризмами в зоне анастомоза — соединения протеза с собственной артерией. Ложная аневризма — это не просто расширение сосуда, а фактически разрыв стенки, прикрытый рубцом и гематомой. Опасна она тем же, чем и обычная, истинная: может лопнуть в любой момент и вызвать смертельное кровотечение.
Пациент пропал из поля зрения на пару лет, а потом вернулся с огромными ложными аневризмами. Они доходили до середины бёдер, а в брюшной полости образовался громадный мешок, заполненный кровью, который подпирал диафрагму. Патология была чрезвычайно сложной. Мы обратились за помощью к коллегам из 83-й клинической больницы (ФНКЦ ФМБА) — они не решились и посоветовали сразу обратиться в институт хирургии имени Вишневского, дали контакт заведующего отделением. Но пациент заявил: «Буду оперироваться только в Балаково, больше никуда не поеду».
— Пришлось браться, — вспоминает Виктор Анатольевич.
Операция длилась около 12 часов. Хирурги вскрыли грудную клетку и брюшную полость (торакофренолюмботомия) — это универсальный доступ к висцеральным артериям брюшной аорты. Заранее выше аневризмы взяли аорту на держалку — то есть пропустили под сосудом турникет, чтобы в любой момент можно было быстро пережать его и остановить кровотечение. Когда начали подходить к мешку — он, естественно, лопнул. Но бригада была готова: аорту пережали, аневризму ушили и удалили.
Дальше нужно было восстановить кровоток. Сделали шунтирование от грудной аорты к обеим ногам — торако-бифеморальное шунтирование. Такие операции в стране выполняются единично. Протеза нужной длины, предсказуемо, не нашлось — пришлось прямо на операционном столе сшить два протеза в один.
— Пациент на удивление гладко перенёс всё, — говорит Егоров. — Выписан на десятые сутки, на своих ногах. Прошло больше года — всё хорошо.
Пациент из Маркса: «Везде отказали, приехал в Балаково»
Ещё один показательный случай. Мужчина 61 года из Маркса несколько месяцев мучился от болей в ноге. Обращался в областную больницу, в Энгельс — везде назначали консервативное лечение, а за операцию не брались: слишком тяжёлое поражение аорты и артерий. Кровь практически не поступала в нижние конечности, а тромб в аорте перекрывал устье левой почечной артерии, что грозило потерей левой почки.
По слухам узнал, что в Балаково есть отделение сосудистой хирургии, где помогают. Приехал. Обследовали — аорта забита тромбом, прикрыто устье левой почечной артерии, плюс аневризма ниже почечных артерий, плюс закрыты сосуды ниже паха.
Первым этапом сделали сложнейший доступ (через грудную клетку и брюшную полость), очистили тромб из почечной артерии, спасли левую почку. Установили аорто-бифеморальный протез. Боли ушли, но трофические язвы на стопе не заживали. Через месяц — второй этап: шунтирование на ноге. Сейчас пациент ходит, язвы зажили, наблюдаем уже больше полугода.
Что важно понять
Атеросклероз не щадит ни молодых, ни пожилых. Иногда он развивается даже у тех, кто вёл здоровый образ жизни — и тогда его особенно трудно лечить. Но современная сосудистая хирургия умеет многое. Гибридные операции, эндоваскулярные методики, сложнейшие шунтирования — всё это доступно и в небольшом городе, если есть команда профессионалов.
И главное: не доводить до крайности. Если болит нога при ходьбе, если появились язвы, если перестали заживать царапины — не откладывайте. Есть шанс, что обойдётся без ампутации. Но для этого нужно вовремя прийти к врачу. А не когда «везде отказали».