— Опять перенесли? — Валентина Петровна тряхнула квитанцией так, что та хрустнула. — Сначала десятое было, теперь пятнадцатое. Скоро до тридцать второго дотянут. Мы стояли у почтовых ящиков. Из моего торчал точно такой же серый листок. С 1 марта правила изменились: сроки сдвинули, детализацию добавили. Теперь в платежке не просто «содержание жилья», а целая простыня мелким шрифтом. — Да ладно бы срок, — я расправила свою бумажку.
— Они же пишут, что квитанции будут приходить позже. А пени считать начнут раньше. Математика такая. Валентина Петровна вздохнула, поправила платок и пошла наверх, тяжело опираясь на перила. А я осталась. Знаете это чувство, когда цифры в квитанции вроде те же, а общая сумма заставляет пересчитать сдачу в кошельке? Вот и я смотрела на это «15-е» как на личный вызов. В расчетном центре в понедельник утром пахло мокрым линолеумом и старым принтером. Гул флуоресцентных ламп давил на виски. Я взяла талончик Б-12. Передо мной был дед в поношенной кепке, он долго м