На берегу морском, у песков златых, раскинулся пляж дивный — с зонтиками, как щиты богатырские, лежаками, аки ложа княжеские, и кафе, где пиво холодное текло, будто речка молочная. Там‑то и расположились два друга закадычных — Володимир сын Светозара да Добрыня сын Микулы.
Володимир, муж видный, бороду расчёсывал гребнем костяным и вещал громогласно:
— О, Добрынюшка! Вижу я: солнце сияет, море плещет, пиво студёно — воистину день благой! Дабы запечатлеть сей миг славный, надобно селфи сотворить!
— Что ещё за «селфи»? — нахмурился Добрыня. — Али заклинание какое?
— Не заклинание, а дело простое: ты меня щёлкнешь на смартфон, аки на волшебную скрижаль, а я потом в «ВКонтакте» опубликую — пусть все дивятся, как мы тут отдыхаем!
— Ох, чародейства нынешние… — покачал головой Добрыня, но смартфон взял осторожно, будто змею гремучую. — Ну‑ка, вставай ровнее, Володимир, гляди в око волшебное… Раз, два, три!
И нажал кнопку. Но вместо селфи смартфон вдруг издал звук, аки кот, которому на хвост наступили, и показал надпись: «Батарея разряжена».
— Вот бесы пернатые! — воскликнул Володимир. — Опять забыл зарядить! Ну да ладно, зато есть чем заняться — надо идти искать розетку, аки древний воин ищет источник живой воды!
Пошли они по пляжу, высматривая розетку заветную. По пути Добрыня вдруг остановился:
— Глянь‑ка, Володимир! Вон девица идёт, краше зари утренней! Одета ж как странно: сарафан короткий, да на ногах не сапоги кожаные, а… э‑э… лапти плоские!
— То не лапти, — поучительно молвил Володимир, — то сандалии именуются. Ныне молодёжь вся в них ходит, вместо сапог кирзовых.
— Дивны обычаи нынешние! — покачал головой Добрыня. — А ещё говорят, мол, мы, старики, чудаковаты…
Решили друзья искупаться. Володимир, гордо подбоченясь, вошёл в воду:
— Эге‑гей! Ныряю, аки богатырь в реку Смородину!
И бултыхнулся с головой. А когда вынырнул — лицо его было исполнено скорби великой:
— Добрыня! Горе мне: очки мои плавательные, что за триста рублей куплены, утопли в пучине морской!
— Не кручинься, — утешал друг. — Ныряй опять, ищи! А я пока сторожить буду, дабы акулы не напали.
Володимир нырял трижды. На третий раз вынырнул с горстью водорослей и криком:
— Нашёл!
Но то были не очки, а старая маска дайверская, вся в ракушках.
— Вижу, — вздохнул Добрыня, — сей артефакт древнее самого Киева града! Носи с честью!
Тут приключилась новая напасть: пока они веселились, чайки наглые утащили бутерброд с колбасой — тот самый, что Добрыня на камне оставил «на потом».
— Ох, бесы пернатые! — возопил Добрыня. — Да я вас сейчас…
И бросился в погоню, размахивая полотенцем, как пращой. Чайки взметнулись в воздух, одна уронила в ответ «подарочек» прямо на лысину Володимира.
— Ну, брат, — хохотал Володимир, утираясь, — видать, благословила тебя птица морская на удачу!
Добрыня вернулся, пыхтя:
— Ушли, разбойницы! Токмо один бутерброд съели. Зато я у них стратегический план выведал: вечером они на мусорку летят, там пир устраивать будут.
— Мудрое решение, — одобрил Володимир. — А мы пока ещё пива выпьем да в волейбол сыграем. Глянь, вон парни сетку натянули.
Пошли они играть. Добрыня, разогнавшись для удара, споткнулся о чью‑то сумку и кувыркнулся в песок, подняв целое облако.
— Ух ты! — восхитился Володимир. — Ты это нарочно, аль нечаянно?
— Нарочно, — буркнул Добрыня, отряхиваясь. — Тренировал новый приём: «падение богатырское с эффектом дымового завеса».
К вечеру решили друзья устроить пикник. Разложили припасы: бутерброды с колбасой, помидоры, огурцы, варёные яйца… И тут Добрыня воскликнул:
— Володимир! А где же соль? Без соли еда — аки жизнь без веселья!
— Да я ж её в сумку положил! — ответил Володимир и начал лихорадочно рыться в вещах. — Тут плавки… крем от загара… надувной круг… а соли‑то и нет!
— Видно, чайка утащила, — вздохнул Добрыня. — Те ещё воришки.
— Не беда! — махнул рукой Володимир. — Вон мужик рядом сидит, у него целая солонка. Попросим щепотку.
Подошли к мужику:
— Здрав буди, добрый человек! Не уделишь ли нам соли щепотку?
Мужик поднял глаза, вздохнул и говорит:
— Берите, коль надобно. Только смотрите — не пересыпьте, а то будет «солёный случай».
Друзья переглянулись и расхохотались.
— Спасибо, мудрец! — поклонился Добрыня. — Да будет твой отдых безмятежен, аки сон младенца!
Вернулись к своему месту, посолили еду, начали трапезу. Вдруг Володимир замер с куском бутерброда в руке:
— Добрыня… а ты заметил, что все эти приключения — они как былины старинные, только с современными штуками? Чайки — как драконы, смартфон — как волшебный амулет, розетка — как источник живой воды…
— Истинно так, — кивнул Добрыня с набитым ртом. — Мы с тобой — богатыри нового времени! Побеждаем не мечом, а смекалкой да чувством юмора.
— И бутербродами! — добавил Володимир, откусывая большой кусок.
Солнце уже клонилось к закату, окрашивая море в цвета червонного золота. Друзья сидели, довольные, и смотрели, как дети строят замки из песка, а влюблённые пары гуляют вдоль кромки воды.
— Эх, Добрыня, — говорил Володимир, потягивая последнее пиво. — И не надобно нам ни мечей булатных, ни доспехов золочёных. Было бы пиво холодное, песок тёплый да друг верный рядом — вот и вся богатырская радость!
— Истину глаголешь, Володимирушко, — кивнул Добрыня. — Пойдём‑ка домой, покуда звёзды не вышли нас считать. Да и жена моя, чай, уже волнуется — думает, поди, что я в море утоп, аки Садко богатый гость.
И пошли они прочь от моря, оставляя на песке следы — один большой и уверенный, другой — чуть косой, с разворотом, будто после богатырского падения. А чайки кружили над головами и, кажется, даже смеялись им вслед, будто понимали всю эту потеху.