Представьте: вы лежите на столе, вам вскрыли череп, и в этот момент хирург обнаруживает, что инструмент не работает. Новый, в упаковке. Просто не работает.
Именно такой случай описывает Генри Марш в своих мемуарах. Его наставник всегда проверял инструменты перед каждой операцией. Молодой Марш не понимал зачем: оно же новое. Пока сам не столкнулся с этим прямо на операционном столе. И вот тут у меня что-то ёкнуло. От осознания:
мы все когда-нибудь были уверены в чём-то, пока жизнь не показала, что уверенность и знание — разные вещи.
Не про победы
«Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии» — мемуары британского нейрохирурга с сорока годами практики за плечами. Но это не книга о победах. И не вдохновляющая история о враче, который спас тысячи жизней и теперь делится секретом успеха.
Марш рассказывает о другом. О сомнениях. О том, как принимаешь решение оперировать, и оно оказывается неверным. О том, как сидишь напротив пациента и знаешь: что бы ты ни сказал сейчас, это уже ничего не изменит.
Он пишет:
«За годы практики я усвоил: когда преподносишь плохие новости, лучше говорить как можно меньше».
Цинизм? Больше похоже на усталость человека, который произносил такие слова сотни раз.
Момент, который не выбросить из головы
Есть эпизод, который я не могу забыть.
Марш описывает молодого коллегу. Тот спокойно отказывается принять пациента, потому что у него закончилась смена. Не грубо, без скандала. Просто: смена кончилась, это не мой пациент. Марш не осуждает его. Буквально. Говорит: нас учили по-другому. И всё. Никакого назидания, никакого «в моё время». Просто тихая констатация: что-то изменилось. И от этого становится немного грустно, хотя формально коллега ничего не нарушил.
Вот за это я и ценю такие книги. Не за ответы. За вопросы, которые остаются.
Где граница между здоровой профессиональной дистанцией и равнодушием? Марш честно признаётся: «Гораздо проще сочувствовать людям, если не несёшь ответственности за то, что с ними случится». Это не оправдание и не упрёк. Это наблюдение человека, который десятилетиями жил внутри этого противоречия.
Почему перед операцией бреют голову. Ответ неожиданный
Оказывается, нет никаких доказательств, что полное бритьё снижает риск послеоперационной инфекции. Марш подозревает: настоящая причина в другом.
Отсутствие волос обезличивает пациента. Хирургу психологически проще работать, когда перед ним не человек, а задача.
Эту деталь я перечитала дважды. Потому что она объясняет очень многое, и не только про медицину.
Вот так одна бытовая подробность становится ключом к пониманию всей профессии.
Читать будет непросто
Книга не развлекает. Это честно стоит сказать сразу.
Местами тяжело, потому что Марш не щадит ни себя, ни читателя. Он описывает раздражение на коллег, моменты некорректного общения с пациентами, решения, о которых потом жалел. «Можно было бы предположить, что, когда видишь столько чужих страданий и боли, начинаешь проще относиться к собственным трудностям. Однако этого, увы, не происходит». Вот так, без украшений.
И ещё одна цитата, которую я выписал: «Надежда бесценна. Фармацевтические компании, управляемые бизнесменами, а не альтруистами, прекрасно это понимают». Горько. И точно.
Есть в книге и взгляд на Россию — субъективный, с налётом той эпохи, когда Марш приезжал к нам работать. Можно не соглашаться, можно отложить в сторону как мнение человека другой культуры и другого времени. Это не портит книгу. Просто принимаешь к сведению.
Для кого эта книга
Если вы любите «Анатомию страсти», «Доктора Хауса», книги и сериалы про больничные будни — эта книга для вас. Только приготовьтесь: здесь нет Хауса с блестящими диагнозами в последнюю минуту. Здесь врач, который иногда не знает ответа. Который устаёт. Который ошибается и живёт с этим дальше.
Именно поэтому её и стоит читать. Не чтобы разочароваться в медицине. А чтобы увидеть её настоящей.
Я, как бывший врач, своим знакомым часто рекомендую эту книгу. После прочтения многие иначе смотрят на людей в белых халатах. Не с меньшим уважением, с большим. Потому что теперь понимают: за каждым решением стоит не уверенность, а выбор. Иногда между плохим и очень плохим. И кто-то делает этот выбор каждый день.