Ермаков тут же отступает на шаг и резко оборачивается.
— Гаврилов? — впивается взглядом в Славу.
Они что, знакомы?!
— Ермаков, — ухмыляется Слава. — Вот это встреча!
— Ты что здесь забыл? — неожиданно зло чуть ли не рычит Валера. — Кто тебя сюда пропустил?! Как ты вошёл?!
— Как и все, Валер, — Слава продолжает ухмыляться и даже крутит брелок от машины на пальце. — Как и все. Через вход.
— Что ты забыл тут? — Ермаков наседает на него.
Похоже, он ещё меньше рад его видеть. Но почему?
— Я же говорил тебе, чтобы ты не приближался ни к чему, что со мной связано?! Гаврилов, ты совсем офигел?! Проблемы нужны?! — Ермаков шагает к Славе и я вижу, как сжимаются его кулаки.
Ну, не подерутся же они здесь! Что за бред?!
— Так это ты приближаешься, — Слава тоже хмурится и взгляд его становится тяжёлым. Уже нет ухмылки. — Ты возле моей жены трёшься, Ермаков!
Валера застывает тут же и непонимающе смотрит на Славу. Потом поворачивается и смотрит на меня уже. Я отворачиваюсь.
— Нина, я пришёл обсудить с тобой наши вопросы, — кивает мне Слава. — Но вижу, они тебя уже мало интересуют? Может, я помешал?
— Слав, не говори ерунды, — злюсь я. — Валерий Сергеевич… по работе зашёл. Он уже уходит.
И испепеляющим взглядом смотрю в глаза Валеры. Ну, Ермаков? Может, хватит мне жизнь портить?
Но Валера явно не намерен пойти мне на уступки.
— Нерабочие вопросы нужно решать мне офиса, Нина Александровна, — цедит зло он и мажет по мне гневным взглядом, а потом снова поворачивается к Славе: — а ты проваливай, пока не помог.
— Нин, захочешь обсудить судьбу Лизы, позвони, что ли, — хмыкает с надменной улыбкой мне Слава. — Хотя вижу, что тебе уже не до неё. Может, мы без суда обойдёмся?
— Не неси чушь, Слава! — взрываюсь я.
Смотрю снова на Ермакова.
— Ты выйдешь? Дашь нам поговорить? — спрашиваю у него строго.
Я не собираюсь сдаваться. И да, вопросы, касающиеся моей, и только моей, дочери, гораздо важнее, чем заскоки моих бывших.
Взгляд Валеры снова на секунду становится удивлённым, но он быстро возвращает себе привычное надменное и жёсткое выражение лица.
— Личные вопросы решай вне офиса, — цедит, не скрывая злости. — А сейчас займись работой, Нина.
Короткий обмен взглядами и я хватаю свою сумочку и уверенно шагаю к двери. Прохожу мимо Ермакова, даже не взглянув на него. Беру за локоть Славу и толкаю его к выходу.
— Пойдём, на улице поговорим, — бросаю ему коротко.
Замечаю, как он хмыкает в сторону Ермакова и с ухмылкой выходит вслед за мной.
— Решила вернуться к Ермакову? — первое, что спрашивает у меня Слава, как только мы оказываемся с ним на улице.
Я обнимаю себя, чувствуя дрожь. И это не из-за прохладного ветерка точно.
— Где Лиза, Слав? — смотрю ему в глаза. — Ты же понимаешь, что так нельзя поступать? Что ты в суде скажешь? Если ты не вернёшь мне дочку… я напишу заявление в полицию!
— И что? — хмыкает он, вальяжно усевшись на капот своей дорогой тачки. — Я отец Лизы и имею точно такие же права, как и ты. И потом, Нин, ну, давай по чесноку. У тебя ни квартиры, ни работы нормальной.
— У меня есть работа, — прерываю его. — И квартира есть.
— Ну-ну, — усмехается Слава. — В суде это расскажешь.
— Я хочу увидеть дочь. Ты не имеешь права её скрывать!
— А ты докажи! — щурится он. — Я её и не скрываю. Ты же сама не приходишь! И охранники, и няня её это легко подтвердят где надо. Вот так, по щелчку! — и он и правда щёлкает пальцами.
Гад. Упивается своей властью. Он выкрал у меня дочь! Прячет её от меня! Не даёт видеться!
Не выдерживаю и с кулаками бросаюсь на него.
— Эй! Ты чего? Больная! — отшатывается он от меня. — Давай, ещё увечья мне причини. Адвокат мой, думаю, обрадуется!
Я обессиленно опускаю руки. Потом закрываю ими лицо и чуть не плачу. Но борюсь с собой.
— Слав, зачем ты это делаешь? — шепчу, не убирая от лица рук. — Ты же знаешь, что я не могу жить без Лизы… ты…
— Отлично живёшь, Нина, — бросает он. — Отлично. Вон, с бывшим романы крутишь! Не до дочки тебе!
— Да я! — убираю, всё-таки, руки и впиваюсь взглядом в злое лицо Славы. — У меня ничего нет с Ермаковым! Я не знаю, откуда он взялся тут! Слав, я хочу увидеть дочь! Почему ты так жесток со мной?! Что я тебе сделала?
— Хм, — вскидывает бровь. — Ушла? Такой вариант ты не рассматриваешь? Ты подала на развод!
— А что, по-твоему, я должна была сделать после всего того, что произошло?! — вскипаю я. — Слав, ты же не любишь меня. И я… зачем нам этот брак?
— За тем, что только я решаю, нужен он или нет, — жёстко произносит он. — Хочешь увидеть Лизу?
Быстро киваю, с надеждой глядя в его глаза.
— Хм. Дай-ка подумаю, что тебе для этого нужно сделать, — как мне кажется, с издёвкой произносит Слава. — Вернуться ко мне? Да, мне нравится вот это условие. Нин, ну, хватит дурить, — неожиданно подаётся ко мне и обнимает за талию. — Ну, окей. Показала мне типа свой характер, — ухмыляется. — Считай, что я оценил. Хватит. Давай, забирай своё заявление и возвращайся ко мне. Ну, и к дочери, мать твою! Ты вообще в своём уме?! Развод какой-то! Было бы из-за чего!
Упираюсь ладонями ему в грудь и круглыми глазами смотрю на него. Он серьёзно? Похоже, что да.
Толкаю его от себя и он отпускает меня.
— Я не вернусь к тебе, Слав, — отвечаю твёрдо. — Развод будет. И Лиза останется со мной. И не трогай меня больше!
И я понимаю, что чуть ли не трясусь. Реакция организма на его руки.
— Ты сама тогда напросилась, Нина, — цедит он, наступая.
И я вынуждена сделать шаг назад.
— Подумаешь! Раздула проблему! Будь поумнее — давно бы забыла уже! Чего тебе не хватало?! А?! У нас всё нормально было! А это… так у всех проблемы бывают! Подумаешь, трагедия какая!
— Ты изменил мне, Слава, — произношу спокойно, но уверенно. — И ты… ты поднял на меня руку. Ты забыл? Ты ударил меня! При дочери!
— Так уж и ударил! Толкнул! Только и всего. Это уже ты додумала там у себя в башке! У тебя реально от сидения дома крыша поехала, Нин! Ольга права…
— Ольга?! Как ты смеешь… сейчас… о ней?!
Зажмуриваюсь.
— Убирайся, Слава! Уходи!
— Я же по-хорошему хотел! Пожалеешь! Сама приползёшь! Не увидишь Лизку! И она забудет тебя! Забудет!
На последних его словах срываюсь и набрасываюсь на него. Я дубасю его кулаками. И, конечно, понимаю, что навряд ли причиняю ему хоть малейшую боль. Но Слава берёт и с силой, грубо толкает меня. И я теряю равновесие. Размахиваю руками. И, наверное, я точно упала бы, если бы спиной не упёрлась во что-то твёрдое. Вернее, в кого-то.
Меня подхватывают и не дают упасть. С благодарностью оборачиваюсь, но тут же пытаюсь освободиться из рук, удерживающих меня за подмышки.
Хотя Ермаков сам отставляет меня в сторону, бросив грозный взгляд, от которого становится ещё страшнее. А потом он шагает к Славе.
— Ты что делаешь?! — рычит на него. — Ты какого руки распускаешь?!
И толкает его в плечо. Да так сильно, что Слава падает на капот своей тачки.
Я с ужасом наблюдаю, как эти двое, сцепившись, прожигают друг друга взглядом. Но, к счастью, к ним подбегают охранники и растаскивают драчунов.
— Ты ещё пожалеешь, Ермаков! Обещаю! — вопит Слава.
— Иди сюда! — рвётся к нему Ермаков. — Иди!
— Валерий Сергеевич, не надо. Успокойтесь, — просят его охранники.
— Это твоё решение, Нина! — Слава тычет в меня указательным пальцем, а потом, оглянувшись на Ермакова, который уже стряхнул с себя охранников и направляется к нему, быстро запрыгивает в машину и она с рёвом срывается с места.
— Чёрт, — шипит ему вслед Ермаков. — Свободны! — бросает охранникам и те покорно уходят.
Ермаков зыркает на меня. Вспарывает кожу одним взглядом. Сплёвывает и решительно подходит. Грубо хватает меня за локоть и тащит за собой.
Я всё ещё в ступоре от всего происходящего и поэтому очухиваюсь только тогда, когда оказываюсь в машине Ермакова и он тоже резво рвёт с места, буквально вжимая меня в кресло.
И тут я не выдерживаю. Чувствую, как по щекам текут первые слёзы. Они обжигают кожу. Сказывается напряжение последних дней. Да, я держалась. До последнего держалась. Но этот разговор со Славой стал последней каплей.
Смотрю вперёд, не поворачиваясь к Ермакову. Но очень остро ощущаю и его напряжение. Оказывается, я до сих пор его чувствую. Чувствую его эмоции. Надо же. Даже интересно, насколько у меня хорошая память.
— Утрись! — цедит Ермаков мне грубо и бросает на колени упаковку с салфетками. — Ты что? Ты реально вышла замуж за него?
Не отвечаю. Но салфетками пользуюсь. Вытираю слёзы и пытаюсь успокоиться.
Куда он везёт меня? Оглядываюсь в окно.
И Валера как будто слышит этот мой немой вопрос. Сворачивает и паркуется на обочине. Глушит мотор и поворачивается ко мне.
— Успокоилась? — спрашивает, осматривая тяжёлым взглядом.
Киваю.
— Рассказывай, — не просит, не предлагает, а требует.
— Что рассказывать? — переспрашиваю я.
— Ты реально была замужем за Гавриловым? Или погоди… ты и сейчас его жена? Что-то я ничего не понял из вашего разговора, — хмурится он.
— Спасибо, что помог, — я не отвечаю на его вопросы. Не хочу. — Но зачем ты увёз меня? Сюда? — киваю в окно.
— Тебе нужно было успокоиться. Ну, и нафига этот театр охранникам устраивать? Я, как будущий совладелец компании против этих сцен, — хмыкает он. — Ты не ответила, Нина. Ты Гаврилова?
Нет, он не отстанет. Ермаков всегда получает ответы на свои вопросы. Всегда.
— Уже нет, — с грустью усмехаюсь я. — Я Толоконникова. Вернула себе девичью фамилию.
Ермаков как будто чуть улыбается, но тут же прячет улыбку за грозным выражением лица.
— Как же тебя угораздило, Нина, за этого замуж выйти? — хмыкает он.
— Да я вообще неразборчива в выборе мужей. Ты прав, — парирую я. — В следующий раз буду осмотрительнее.
— В следующий раз? И что, есть претендент? — выгибает бровь.
— Валер, отвези меня обратно в офис, пожалуйста, — прошу я. — Мне отчёт доделать нужно.
— А кто такая Лиза? — задаёт он следующий вопрос и мне стоит больших усилий сохранить спокойствие и не показать ему своё волнение.
— Тебе не кажется, что слишком много вопросов касательно моей личной жизни? Мне на работу нужно. Не стоило тебе увозить меня.
— Что с тобой, Нин? — его взгляд блуждает по моему лицу. — Я тебя вообще не узнаю! Ты какая-то… отмороженная. Где та девочка, которая…
— Нет больше той девочки, — обрываю его. — И не будет. Всё? Может, хватит, Ермаков? Спасибо тебе, конечно, что помог мне, но… не надо, Валер. Ладно? Не надо. У меня своя жизнь. У тебя — своя. И они не пересекаются.
— Ошибаешься, Нина, — с ухмылкой произносит он. — Как видишь, уже пересеклись. Теперь я твой начальник.
— Ненадолго, — улыбаюсь ему я. — Я уже написала заявление об увольнении.
Взгляд Ермакова моментально становится жёстким. Брови сходятся на переносице.
— А что так? — цедит он, сощурившись. — Так противен?
— Ты тут ни при чём, — вру я. — Просто… просто я давно уже собиралась это сделать.
Кладу ему на ноги упаковку с салфетками.
— Спасибо, Валер. За всё спасибо. Но мне пора.
Коротко улыбаюсь ему и открываю дверь.
— Нина! Мы не договорили! — рычит он, когда я уже выхожу из его машины.
Быстро осматриваюсь и замечаю вход в метро и не оборачиваясь, бегу туда.
Книга называется "БЫВШИЙ МУЖ. В ЦЕПЯХ ЕГО ЛЮБВИ" Лана Пиратова