Спускаясь в лобби, Алина ловила себя на странном, головокружительном чувстве. Это не был страх — это было предвкушение. Острое, сладковато-тревожное. Она никогда не была на закрытых встречах «на высшем уровне». Её мир ограничивался конференц-залами и небольшим рестораном недалеко от головного офиса. Виктор Андреевич обещал ей вход в другую лигу. И сейчас, в этом тёмно-синем платье, которое струилось по телу, подчёркивая каждую линию, она чувствовала себя готовой. Готовой наконец-то стать не просто исполнителем, а частью того круга, куда так долго стремилась.
Она вошла в лобби лёгкой, уверенной походкой, которой училась перед зеркалом. Высокие каблуки отстукивали по мрамору чёткий, деловой ритм. Маска элегантности и холодноватой отстранённости легла на её лицо безупречно. Мысли о Ване были аккуратно упакованы и задвинуты в самый дальний ящик сознания. Они были частью другой, милой, но слишком эмоциональной реальности. А эта реальность — платье от кутюр, вечерний Сочи и взгляд её начальника — была той, которую она выбрала.
Он ждал её в лобби, непринуждённо опираясь о колонну. Виктор Андреевич чувствовал привычную, приятную уверенность человека, который предусмотрел всё. Мысль о жене была короткой и деловой: Татьяна сегодня на яхте с подругами. Он знал этот сценарий наизусть — море, шампанское, затем все модные клубы, до которых они смогут добраться. Её подруги, вечные искательницы приключений, не отпустят её раньше утра, а если повезет, то и до обеда. Татьяна вернётся завтра, с помятым видом, головной болью и сожалением об ущербе, нанесённом своему драгоценному здоровью и режиму. Она будет жаловаться на свою «несдержанность», выпрашивать не столько прощения, а скорее, сочувствия и подтверждения, что она всё ещё молода и может себе позволить такие выходки. Риск был равен нулю. Поэтому он даже не оглядывался по сторонам. Его внимание было целиком сконцентрировано на главной цели вечера.
И вот Алина появилась.
Виктор Андреевич, оценил свой выбор. Увидев её, он на секунду замер, и в его янтарных, всегда таких расчётливых глазах, мелькнуло чистое, мужское восхищение, смешанное с чувством собственника, который не ошибся в покупке. Он был безупречен сам: тёмный костюм идеального кроя подчёркивал его спортивную, широкоплечую фигуру, загар от южного солнца оттенял седеющие у висков пряди, придавая лицу скульптурную выразительность. Он был воплощением той самой силы и статуса, в которые Алина когда-то влюбилась. И в этот миг, под его взглядом, эта влюблённость, придавленная обидами последних дней, шевельнулась в ней тёплым, предательским эхом.
— Вы выглядите потрясающе, Алина, — сказал он, и в его низком голосе звучала та самая бархатистая уверенность, от которой у неё когда-то сладко замирало сердце. — Совершенно на своём месте.
Он подал ей руку, и его пальцы, тёплые и сильные, сомкнулись вокруг её ладони не как в деловом рукопожатии, а с лёгким, обволакивающим давлением. Он вёл её не к ожидавшему такси, а к арендованному чёрному красивому автомобилю. Открыл ей дверь, пропуская вперёд, и сам сел за руль. Этот жест — сесть за руль самому, без водителя — казался ей знаком особой доверительности, почти интимности.
Машина плавно тронулась, увозя их из сияющего центра. Первые минуты Алина молчала, наслаждаясь ощущением: дорогая машина, влиятельный мужчина за рулём, она в прекрасном платье, и впереди — важный вечер. Она позволила себе расслабиться, откинуться на кожаном сиденье.
— Виктор Андреевич, — наконец нарушила она тишину, стараясь, чтобы голос звучал не робко, а деловито-заинтересованно. — Вы не могли бы рассказать поподробнее? Кто именно будет на вечере? Чтобы я могла сориентироваться, подготовиться.Может, это партнёры по «Инвест-Проекту»? Или кто-то из совета директоров головного офиса?
Он на секунду оторвал взгляд от дороги, и в его профиле она уловила лёгкую, едва заметную тень раздражения. Будто её вопрос был досадной помехой.
— Ну, знаешь ли, — начал он с лёгкой, снисходительной улыбкой, — там будут разные люди. Связи очень тонкие, не все имена стоит озвучивать заранее. — Он сделал паузу, явно придумывая на ходу. — Будет, например, один заместитель министра регионального развития. И его протеже. И ещё пара инвесторов с Ближнего Востока. Очень закрытая тусовка.
Его слова повисли в воздухе — грубые, плохо соотнесённые друг с другом, как карточный домик, который вот-вот рухнет. «Заместитель министра» и «инвесторы с Ближнего Востока» в одной «закрытой тусовке» на частной вилле в горах? Даже её, неискушённой в таких делах, это показалось нелепым.
Читать роман "Обгоняя тишину"в процессе написания можно, перейдя по этой ссылке: "Обгоняя тишину" Елена Белова