Это будет редкая статья на моем канале с легким политическим оттенком. Но я никак не могла обойти вниманием эту интересную тему: отношения королевы Елизаветы II со всеми ее премьер-министрами. А их было аж 15!
Хотя большая часть политических и личных разговоров держится в тайне, мемуары и исторические свидетельства позволяют заглянуть за двери личной гостиной королевы, где каждую неделю на протяжении 70 лет она встречалась со своими премьер-министрами.
1. Уинстон Черчилль (1951-1955)
Сэр Уинстон Черчилль вошёл в историю не только как лидер военного времени, но и как наставник юной Елизаветы II. Его второй премьерский срок (1951–1955) почти совпал с началом её правления. Ей было всего 25 лет.
Черчилль, обладающий колоссальным опытом, стал для неё не главой правительства, а учителем.
Со временем их связь переросла в тёплую привязанность. Личный секретарь королевы сэр Алан Ласселс (человек, который десятилетиями вёл всю её переписку и распорядок) вспоминал: «Я не мог расслышать, о чем они говорили, но чаще всего разговоры прерывались взрывами смеха, и Уинстон обычно вытирал глаза».
На вопрос о любимом премьере королева ответила без колебаний: «Конечно, Уинстон, потому что это всегда так весело».
После его отставки она написала: «Никто никогда не сможет занять место моего первого премьер-министра, которому мы с мужем так многим обязаны».
И даже после его смерти в 1965 году королева нарушила королевский протокол, прибыв на похороны раньше всех — хотя традиционно монарх должен приходить последним. Этот жест стал редким и красноречивым свидетельством её уважения и личной привязанности к сэру Уинстону Черчиллю.
2. Энтони Иден (1955-1957)
Энтони Иден, занимавший пост премьер-министра с 1955 по 1957 год, стал вторым главой правительства при Елизавета II, и их отношения заметно отличались от тех, что связывали королеву с Черчиллем. Если с её первым премьер-министром её объединяла тёплая личная симпатия, то с Иденом взаимодействие строилось прежде всего на строгом соблюдении конституционных норм.
Тем не менее, их еженедельные встречи не ограничивались исключительно сухими политическими вопросами. На аудиенциях обсуждался широкий круг тем — от международной напряжённости вокруг Суэцкого кризиса до личной драмы в королевской семье, связанной с романом принцессы Маргарет и капитана Питера Таунсенда.
Иден, несмотря на свою сдержанность и репутацию нервного человека, сыграл важную роль в формировании рабочих механизмов взаимодействия с королевой. Именно он стал первым премьер-министром, который начал систематически держать её в курсе политических событий и делиться с ней важнейшими документами. В частности, он предоставил ей так называемые «Суэцкие документы» — секретные материалы, касающиеся кризиса. Это был первый случай, когда монарху были показаны правительственные документы такого уровня секретности.
Сам Иден считал крайне важным информировать королеву о происходящем, особенно на фоне стремительно развивающихся событий вокруг Суэцкого канала. Этот кризис стал ключевым и во многом трагическим эпизодом его премьерства: санкционированное им военное вмешательство в Египет обернулось серьёзным политическим ударом по его репутации и позиции правительства.
3. Гарольд Макмиллан (1957–1963)
Отношения Елизаветы с Гарольдом Макмилланом сложились не сразу. Поначалу и он сильно нервничал в её присутствии, и сама королева не слишком ему симпатизировала. Однако со временем между ними установилось редкое для британской политики доверие.
Макмиллан быстро понял, что может говорить с королевой откровенно и абсолютно конфиденциально. Он делился с ней не только государственными делами, но и «сплетнями дня». Позже он прямо говорил о её роли: «огромная поддержка, потому что она единственный человек, с которым можно поговорить».
Королева всё больше ценила его сдержанность, остроумие и опыт. Макмиллан — ветеран Первой мировой, тяжело раненный, всю жизнь имевший проблемы со здоровьем — был известен невозмутимостью и прагматизмом.
Их взаимодействие вышло за рамки формальных аудиенций. Королева полагалась на его советы и после его ухода в 1963 году.
История их отношений — это путь от сдержанной настороженности к подлинному взаимному уважению. Макмиллан видел в королеве воплощение осмотрительности и надёжности, а она — мудрого и опытного советника, к которому можно было обратиться даже вне рамок его официальной должности.
4. Алек Дуглас-Хоум (1963–1964)
Сэр Алек Дуглас-Хоум к моменту своего назначения уже был хорошо знаком с Елизаветой II и дружил с королевой-матерью.
Тем не менее, само его назначение поставило королеву в непростую ситуацию. Будучи пэром и представителем аристократии, он вызывал критику со стороны оппозиции во главе с Гарольдом Вильсоном и воспринимался как фигура, оторванная от «простых людей». Чтобы избежать любых подозрений в личной заинтересованности, королева даже постаралась подчеркнуть свою дистанцию: перед официальным объявлением его премьер-министром она уехала в Виндзор, тем самым демонстрируя политическую нейтральность.
Несмотря на это, в личном плане их отношения оставались тёплыми и более неформальными, чем с каким-либо другим премьером. Известно, что он даже помогал ей придумывать имена для лошадей.
Однако его премьерство оказалось недолгим. Всего через год консерваторы уступили власть лейбористам, и Дуглас-Хоум покинул пост. Его краткое пребывание у власти сопровождалось постоянным балансированием между личной близостью к монарху и необходимостью строго соблюдать политическую беспристрастность.
5. Гарольд Вильсон (1964–1970 и 1974–1976)
Гарольд Вильсон стал для Елизаветы II одним из самых неожиданных и, как ни парадоксально, самых близких собеседников. Лидер Лейбористской партии, выходец из среды низшего среднего класса, он казался полной противоположностью монархии, однако их отношения сложились удивительно тёплыми.
Вильсон стал первым премьер-министром от лейбористов при Елизавете II, и многие ожидали, что между ними возникнет дистанция. Но всё произошло иначе. Он быстро нашёл с королевой общий язык, и их общение приобрело почти неформальный характер.
В Балморале, одной из любимых резиденций королевы, Вильсон чувствовал себя абсолютно свободно. Его регулярно приглашали на семейные пикники, и он с удовольствием принимал участие в повседневной жизни королевской семьи — вплоть до того, что помогал убирать после барбекю, устраиваемых герцогом Эдинбургским.
Королева позволяла Вильсону оставаться после аудиенций, чтобы выпить и продолжить разговор, а иногда даже закрывала глаза на его привычку курить трубку в её присутствии. По сообщениям прессы, их еженедельные встречи нередко длились более двух часов.
6. Эдвард Хит (1970–1974)
Эдвард Хит пришёл к власти в один из самых напряжённых периодов британской истории. Его правление сопровождалось серьёзными кризисами: забастовками шахтёров, перебоями с электричеством и введением трёхдневной рабочей недели.
Отношения с Елизаветой II складывались сдержанно и были лишены теплоты, которая возникала у королевы с другими премьерами. Сам Хит, человек замкнутый и не склонный к лёгкой беседе, находил их еженедельные аудиенции «холодными». Во многом это объяснялось не только его характером, но и расхождениями во взглядах.
Ключевой точкой напряжения стало отношение к евроинтеграции. Хит активно продвигал вступление Великобритании в Европейское экономическое сообщество, тогда как для королевы особое значение имела её роль главы Содружества наций.
Современники описывали их взаимодействие как «взаимное безразличие», а поведение Хита — как излишне прямолинейное. Говорили, что он мог перебивать королеву. Даже спустя годы его имя вновь оказалось в заголовках: в 2012 году уже пожилой Хит заснул во время ужина, устроенного монархом для бывших премьер-министров.
7. Джеймс Каллахан (1976–1979)
Джеймс Каллахан стал ещё одним лейбористским лидером, сумевшим установить с Елизаветой II тёплые и непринуждённые отношения. В отличие от предшественника, он обладал лёгким характером и умением располагать к себе.
Бывший военнослужащий Королевского флота, Каллахан вызывал у королевы искреннее уважение. Высокий, харизматичный, известный как «Солнечный Джим», он привносил в их общение элемент лёгкости, иногда даже с оттенком флирта. Однажды во время прогулки по Букингемскому дворцу королева шутливо прикрепила цветок к его бутоньерке.
Сам Каллахан с теплотой отзывался о королеве, подчёркивая её чувство юмора: «Одно из её замечательных качеств — это то, что она всегда, кажется, умеет видеть смешную сторону жизни. Все наши разговоры были очень приятными».
Время его премьерства было непростым: масштабные забастовки и социальное напряжение, кульминацией которых стала «Зима недовольства». Но, по словам Каллахана, их отношения с королевой оставались стабильными и доброжелательными.
При этом он трезво оценивал границы этих отношений. «В итоге получаешь дружелюбие, но не дружбу», — отмечал он, подчёркивая, что, несмотря на тёплый тон общения, королева неизменно сохраняла необходимую дистанцию.
8. Маргарет Тэтчер (1979–1990)
Маргарет Тэтчер, занимавшая пост премьер-министра с 1979 по 1990 год, стала самой долго правившей главой правительства при Елизавета II и, пожалуй, одной из самых обсуждаемых в контексте их личных отношений.
На первый взгляд, у них было много общего: обе — сильные женщины-лидеры в традиционно мужском мире политики, обе — жёны и матери, обе придерживались консервативных взглядов. Однако природа этого консерватизма была разной. Для Тэтчер он был результатом её личного пути — дочери провинциального олдермена, добившейся всего собственным трудом. Для королевы — частью многовековой традиции и института монархии.
Их отношения часто описывались как напряжённые. В личном плане они были очень разными: Тэтчер нередко считалась человеком сухим и несколько скованным, тогда как королева славилась своим тонким, иногда ироничным чувством юмора. Дополнительное напряжение создавали и традиционные визиты премьер-министра в Балморал. По воспоминаниям современников, Тэтчер чувствовала себя там крайне неуютно.
На публике их отношения всегда оставались подчеркнуто уважительными. Сама Тэтчер в мемуарах опровергала представления о серьёзных конфликтах: «Хотя пресса не могла устоять перед искушением намекнуть на разногласия между дворцом и Даунинг-стрит, я всегда считала отношение королевы к работе правительства абсолютно правильным. Конечно, истории о столкновениях между „двумя влиятельными женщинами“ были слишком хороши, чтобы их не выдумать».
Тем не менее, их взаимодействие редко выходило за рамки формальности. В отличие от некоторых своих предшественников, Тэтчер не стала для королевы близким доверенным лицом. Их отношения оставались корректными, но сдержанными, а различия во взглядах — особенно по вопросам политики — ощущались на протяжении всех одиннадцати лет её пребывания у власти.
И все же в 2013 году королева лично присутствовала на похоронах Тэтчер — жест, который рассматривался как знак признания её роли в истории страны и уважения к её долгой службе.
9. Джон Мейджор (1990–1997)
Джон Мейджор стал девятым главой правительства при Елизавета II и первым, кто был моложе неё. Когда он пришёл к власти, королеве было 64 года, а ему — 47. Тем не менее, между ними довольно быстро установились тёплые и доверительные отношения.
Их сблизили непростые обстоятельства. Начало 1990-х стало для монархии тяжёлым периодом, особенно печально известный 1992 год, который сама королева назвала annus horribilis. Развод Чарльза и Дианы и целая череда скандалов внутри королевской семьи поставили её в крайне сложное положение. В это время Мейджор проявил себя как надёжный союзник, оказывая королеве поддержку в моменты, когда она была особенно необходима.
Отношения между ними выходили за рамки формальных аудиенций. Мейджор вместе с супругой нередко бывал в Балморале, где в неформальной обстановке — на барбекю и прогулках — общение становилось более непринуждённым.
Сам Мейджор позже с большой теплотой отзывался о ней: «Королева всегда была абсолютной опорой. Мы, премьер-министры, приходили и уходили, жизнь менялась, [но] она и монархия оставались абсолютной неизменной опорой в их жизни. Думаю, это очень обнадеживает».
Дополнительным свидетельством доверия стала его особая роль в жизни королевской семьи: после гибели принцессы Дианы он был назначен специальным опекуном интересов принца Уильяма и принца Гарри в вопросах её завещания. Позднее он остался близок к семье, став единственным политиком, приглашённым на свадьбу принца Гарри и Меган Маркл в 2018 году.
10. Тони Блэр (1997–2007)
С Тони Блэром королеве было непросто. Он стал первым главой правительства, родившимся уже во время её правления, и символизировал новое поколение политиков, стремившихся модернизировать страну и, в некотором смысле, саму монархию.
Их отношения с самого начала складывались непросто. Ситуация особенно обострилась после трагической гибели Диана, принцесса Уэльская в 1997 году, когда Блэр публично назвал её «народной принцессой» и настаивал на том, чтобы королева выступила с обращением. Более того, он позже давал понять, что именно его действия помогли сохранить репутацию монархии.
Дополнительное напряжение вносили и личные обстоятельства. Его супруга, Шери Блэр, нарушала традиционный этикет, а сам премьер-министр не скрывал своего скептического отношения к королевским обычаям. Визиты в Балморал, которые для многих его предшественников становились возможностью сблизиться с монархом, Блэр воспринимал иначе. В своих мемуарах он описывал эту атмосферу как «яркое сочетание интригующего, сюрреалистического и совершенно странного», подчёркивая, насколько чуждой она ему казалась.
Королева, в свою очередь, быстро дала понять молодому премьер-министру границы его положения. В одном из интервью Блэр вспоминал её замечание: «Она сказала мне, что Уинстон Черчилль был первым премьер-министром, с которым ей довелось иметь дело, и это было ещё до моего рождения». Этот тонкий, но точный комментарий помогал ему осознать масштаб её опыта и собственное место в этой системе.
Несмотря на всю холодность и взаимные недоразумения, их отношения нельзя назвать исключительно негативными. Со временем Блэр признавал особую роль королевы как конфиденциального собеседника: «Честно говоря, в мире есть только два человека, которым премьер-министр может говорить всё, что ему вздумается… Один — это жена, а другой — королева».
11. Гордон Браун (2007–2010)
Гордон Браун стал преемником Тони Блэра и унаследовал не только власть, но и сложный контекст отношений с Елизаветой II. Их взаимодействие, по воспоминаниям современников, было скорее корректным и сдержанным, чем по-настоящему тёплым.
Браун отличался более серьёзным и замкнутым характером, чем предшественник, и это отражалось на стиле общения. Тем не менее королева, известная своим тонким чувством юмора, иногда подшучивала над его суровым шотландским акцентом, даже пародируя его.
Их связь не достигла той близости, какая складывалась с некоторыми другими премьерами. Показательно, что ни Браун, ни Блэр не были приглашены на свадьбу принца Уильяма и Кейт Миддлтон в 2011 году.
Однако после ухода Брауна с поста отношения стали мягче, и королева даже приглашала его вместе с семьёй в гости.
12. Дэвид Кэмерон (2010–2016)
Дэвид Кэмерон стал самым молодым главой правительства при Елизавете II на тот момент — ему было 44 года. Несмотря на разницу поколений, их отношения в целом считались тёплыми и гармоничными.
Кэмерон, лидер Консервативной партии нового типа, стремился модернизировать её образ. При нём обновили правила престолонаследия: старшие дочери получили право наследовать трон раньше младших братьев, и это было очень важное решение для будущего детей Уильяма и Кейт.
Их взаимодействие не обошлось без неловких эпизодов. Самый известный — скандал с «мурлыканьем» в 2014 году. Кэмерон рассказал, что королева «практически мурлыкала» от радости после референдума о независимости Шотландии. Это нарушало конфиденциальность, и премьеру пришлось извиниться.
Тем не менее отношения не разрушились. Кэмерон, итонец и дальний родственник королевы, воспринимался как лёгкий и приятный собеседник.
13. Тереза Мэй (2016–2019)
Тереза Мэй, занимавшая пост премьер-министра в 2016–2019 годах, стала второй женщиной во главе правительства при Елизавета II — и их отношения заметно отличались от тех, что складывались у королевы с Маргарет Тэтчер.
В отличие от более холодного и формального взаимодействия с «Железной леди», с Мэй у королевы установилась неожиданно тёплая и доверительная связь. По словам современников, она с нетерпением ждала их еженедельных аудиенций.
Во многом этому способствовало личное сходство. Обе женщины придерживались традиционных ценностей, разделяли интерес к сельской жизни и религии, отличались редким чувством долга.
Период её премьерства пришёлся на один из самых напряжённых этапов современной британской политики — процесс выхода страны из Европейского союза. Брекзит полностью определял её повестку, требуя бесконечных переговоров и компромиссов.
Когда Мэй была вынуждена уйти в отставку после неудачных попыток добиться соглашения по Брекзиту, в королевской семье с уважением отзывались о её самоотверженности. Отмечалось, сколько усилий и времени она вложила в свою работу. Более того, говорили, что сама королева искренне огорчилась её уходу.
14. Борис Джонсон (2019–2022)
Борис Джонсон стал четырнадцатым главой правительства при Елизавете II — и одним из самых неоднозначных с точки зрения отношений с монархом.
С самого начала не обошлось без неловкостей. После первой аудиенции он пересказал слова королевы коллегам и журналистам, заявив, что она якобы «не понимает, зачем кому-либо нужна эта должность». Это стало явным нарушением конфиденциальности.
Позже Джонсону пришлось дважды публично извиняться перед королевой. Первый раз — после того, как Верховный суд признал незаконным его решение о приостановке работы парламента. Второй — в связи со скандалом вокруг вечеринок на Даунинг-стрит во время пандемии, одна из которых состоялась накануне похорон принца Филиппа.
Его премьерство проходило в условиях постоянных кризисов: Брекзит, пандемия, политические скандалы, приведшие к отставке в 2022 году. Всё это осложняло отношения с дворцом.
Тем не менее, между ними сохранялось определённое взаимопонимание. Королева строго придерживалась нейтралитета, а Джонсон, при всей своей неформальности, демонстрировал уважение к её роли.
15. Элизабет Трасс (2022)
Лиз Трасс вошла в историю как последний премьер-министр, назначенный Елизаветой II. Их встреча состоялась в Балморале и стала одним из последних публичных эпизодов в жизни королевы.
Аудиенция прошла всего за два дня до её смерти. Несмотря на слабое здоровье, королева выглядела собранной и даже улыбалась, демонстрируя ту же выдержку и чувство долга, что сопровождали её на протяжении всего правления.
После новостей о состоянии королевы Трасс выступила с заявлением: «Мои мысли — и мысли людей по всему Соединенному Королевству — сейчас с Ее Величеством Королевой и её семьей».
По иронии судьбы, последний премьер-министр, встречавшийся с королевой, Лиз Трасс, сложила с себя полномочия, не пробыв в этой должности и двух месяцев.
Предыдущие статьи из цикла "Век королевы":
Елизавета II. Девочка, которая не должна была стать королевой
Малышка Лилибет с кудрявой головой. Фото юной королевы Елизаветы
Бирманская рубиновая тиара королевы Елизаветы II
Утро королевы. Заглядываем в будуар Елизаветы II
Большая любовь королевы. Елизавета II и ее лошади
Дорого-богато. Бразильская аквамариновая тиара королевы Елизаветы II
Burberry представил коллекцию в честь 100-летия королевы Елизаветы II
Скромно и со вкусом. Бельгийская сапфировая тиара королевы Елизаветы II
Королева Елизавета II и ее портреты, удачные и не очень
Венценосная автоледи. Королева Елизавета II за рулем
Annus Horibilis. Что такого ужасного произошло у королевы Елизаветы II в 1992 году?
Королевский рейс: привычки и правила Елизаветы II на борту самолета
Топ-10 случаев, когда королева Елизавета II всех удивила
Семь лучших лошадей королевы Елизаветы II
***
Еще больше обо всем королевском и аристократическом - в моем телеграм-канале "Королева &Co". Присоединяйтесь!
А в моем телеграм-канале Charlotte&Mezonin - все об архитектуре и исторических зданиях.
Сообщество в VK "Mezonin. Историческая архитектура"
Мой книжный канал на Дзене - Lettera