Корпоративный триллер
Февраль в Питере — это месяц, когда даже чайки впадают в депрессию, а небо сливается по цвету с асфальтом. Я сидел у окна, допивал третий двойной эспрессо и чувствовал себя локальным богом автоматизации.
Я погладил бороду, глядя, как в темном экране монитора отражается моя лысина, и отправил сообщение очередному потенциальному клиенту. Владелец неплохой компании, торгуют оборудованием.
Ответ прилетел подозрительно быстро. Это всегда плохой знак.
— Сергей, нам не нужен ИИ, — гласило сообщение. — Спасибо, но у нас и так всё отлично работает. Тратить деньги на роботов не планируем.
Я глубоко вздохнул. Слышал эту фразу раз сто, если не тысячу. Внутри моей головы тут же проснулся мой собственный цифровой Тренер по продажам — нейросотрудник, которого я обучал полгода. «Серёжа, квалифицируй лида! — радостно прошептал алгоритм в моем воображении. — Дави на боли! Используй метод SPIN! Возражение — это запрос на информацию!»
Я мысленно послал своего внутреннего тренера в спящий режим. Иногда методички идут по пизде, и нужно просто поговорить с человеком.
— Отлично! — напечатал я. — Искренне рад, когда бизнес настроен как часы. Ради интереса: а сколько заявок в день у вас падает в пустоту, пока ваш менеджер уходит на законный часовой обед?
В чате повисла долгая, вязкая пауза. Я прямо физически видел, как на том конце провода человек перестал дышать ровно и начал лихорадочно вспоминать вчерашний день.
— Ну... штук пять, наверное, — нехотя ответил он. — Они потом перезванивают. Наверное.
— А средний чек у вас какой?
Ещё одна пауза.
— Около двадцати тысяч.
Я взял со стола калькулятор. Хотя мог бы и в уме. Но так было драматичнее.
— Сто тысяч рублей в день, — написал я. — Три миллиона в месяц. Вы теряете три мульта каждый месяц просто потому, что ваш живой человек физиологически нуждается в том, чтобы поесть борщ, а клиенты в интернете ждать не любят. Хорошо всё работает, согласен.
Клиент замолчал. Минута. Две. Три.
Я смотрел на мокрые питерские крыши и думал о том, что все считают эмпатию эдаким мягким поглаживанием по голове. Мол, «я вас так понимаю, вы так устали». Но иногда настоящая, суровая эмпатия — это взять калькулятор и показать человеку, как он истекает кровью, пока думает, что абсолютно здоров.
— Ладно, — пришло наконец сообщение. — Расскажи подробнее, чёрт лысый.
Я усмехнулся. Не триумфально — просто тепло. Я никогда не любил «побеждать» в переговорах и ломать людей через колено. Я любил вот этот самый момент — когда в голове у зашивающегося владельца бизнеса вдруг с громким хрустом встают на место шестеренки.
Я ничего не стал рассказывать. Я просто молча скинул ему ссылку на своего демо-бота.
Клиент зашел туда под видом обычного покупателя и написал сложный, каверзный вопрос. Мой текстовый нейросотрудник ответил мгновенно: вежливо, четко по делу, не забыл уточнить потребность, изящно отработал возражение «а почему так дорого» и мягко предложил оформить доставку.
— Это... это там сейчас вообще живой человек сидит? — ошарашенно написал мне клиент.
— Нет, — ответил я. — Это код. Просто я его воспитал по-человечески.
Через неделю этот нейросотрудник вышел на работу в его компанию. Без записи в трудовой книжке, без перекуров, без больничных и без претензий к тому, что в офисе закончилось овсяное молоко. Он просто встал на стражу тех самых трех миллионов, улетающих в трубу во время обеда.
А я открыл новый проект. Где-то в России прямо сейчас сидел очередной уставший предприниматель, свято уверенный, что у него «всё и так работает».
Он еще просто не знал, что я уже завариваю свой четвертый эспрессо.