Кулебяка с визигой, сайки с изюмом и одна очень старая закваска.
Вы когда-нибудь пробовали Москву на вкус?
Нет, не сувенирные пряники с кремлёвскими башнями и не нарезку «столичной» в гастрономе у метро. Я о другом... Про запах дрожжевого теста из подворотни на Поварской. Про горячий пирожок с ливером, который бабуля продаёт с лотка у Никитских ворот, и вы вдруг понимаете: вот оно детство, которого у вас, может, и не было в Москве, но оно вдруг становится вашим.
Книга Юлии Евдокимовой «Москва домашняя» . Открываешь её на любой странице и сразу хочется заварить чай покрепче, намазать масло на свежайший хлеб и читать, читать, читать...
Сначала пару цифр, потому что я люблю факты и вы, надеюсь, тоже. У автора 11 кулинарно-исторических бестселлеров. Печатные тиражи перевалили за 90 тысяч. Это не «миллионы поклонников» и не «мировая популярная книга» из разряда громких слов. Просто людям нравится то, что она делает. И они покупают это на бумаге. В 2022-м она получила премию «Русский детектив». Не за кулинарию, заметьте. За умение плести истории...
Юрист по образованию. Потом начала путешествовать. Не так : «две недели в Турции, всё включено». А так:
- залезть на колокольню в старом русском городке,
- замесить тесто в деревенской пиццерии в Италии,
- запечь сыр в чувашской деревне,
- Поговорить с марийскими бабушками,
- записать рецепты, которые никто не записывает, потому что «и так всё знают». А потом выяснилось, никто не знает. Кроме неё...
Она водит дружбу с потомками старинных итальянских и испанских семей. Включая главу дома Медичи. Представления не имею, как это выглядит в реальной жизни. Ну, выпиваешь кофе с человеком, чья фамилия правила Флоренцией. Но Юлия об этом пишет без пафоса. Как о соседе по лестничной площадке. И это подкупает.
Она выступает в судах (зачем? не спрашивайте, но факт) и танцует на дворянских балах. Ловит призраков в старых замках. И возвращается в Москву...
Москва, которую вы не замечали.
Мы привыкли, что о Москве пишут либо как о «каменных джунглях» с пробками и бетоном, либо как о «сердце Родины» с пафосными проспектами. Евдокимова показывает город иначе. Она идёт по извилистым улочкам, которые то лезут в горку, то скатываются к Москве-реке. Останавливается у теремов и садов, храмов и подворий. Заглядывает в рестораны и высотки, но не ради интерьеров, а ради запаха грибного супа или вишнёвого пирога.
Книга построена как прогулка. Переулок за переулком. Каждый с историей. И с рецептом. Потому что в московской кухне, как ни странно, нет одной «московской кухни». Есть блюда, которые привезли купцы из Европы. Есть рецепты, которые старообрядцы берегли как зеницу ока. Есть азиатские ноты... Потому что Москва всегда была перекрёстком.
Юлия не даёт рецепты в духе «смешайте 200 граммов муки с яйцом». Она рассказывает, как в Замоскворечье одна пожилая дама жарила блины на гречневой муке и поливала их топлёным маслом из черёмухи. И вы чувствуете этот вкус, даже если никогда не пробовали.
Магия не хайповая, не глянцевая. А самая обычная: тепло печи, запах ванили и чего-то ещё.
Про домашнее, а не про музейное.
Важно название: «Москва домашняя». Автор не водит вас по музеям-квартирам, где всё под стеклом. Она заходит в чужие кухни. В прямом смысле. У неё есть доступ к историям, которые обычно не рассказывают гиды. Допустим, как в московских коммуналках умудрялись печь пироги на три семьи и при этом сохранять рецепт в тайне. Или почему в одной из высоток на Котельнической набережной до сих пор по утрам пахнет манной кашей, хотя кухни давно переделали.
Я не знаю, правда это или легенда. Но мне не хочется проверять. Потому что книгу читаешь не как путеводитель, а как сборник тёплых сплетен. Только сплетни эти с мукой на рукаве и кусочком яблочного штруделя на тарелке...
Одиночество большого города.
Парадокс Москвы в том, что в ней легко быть одному. Толпы на Арбате, очереди в метро, миллионы лиц и ни одного знакомого. Евдокимова предлагает лекарство, приготовить что-то по старинному рецепту. Не ради соцсетей. Ради себя.
Вот сидите вы вечером на кухне. За окном Москва, которую не слышно из-за пластиковых рам. На плите булькает рассольник по рецепту купеческой дочери из Хамовников. И становится не так одиноко. Потому что у этого бульона есть история. У него есть вкус, который кто-то бережно записал сто лет назад.
Юлия не приказывает:
«Срочно бегите готовить, и ваша жизнь изменится».
Она просто показывает, как это было. Вот так пахло. Вот почему этот суп называется именно так. А уж будете ли вы его варить лично ваше дело.
Зачем читать, если не любите готовить.
Я сам готовлю средне, но мне не страшно. Потому что рецепты здесь не инструкция для робота-кулинара. Они часть истории. Можно пропустить пропорции, не запоминать температуру духовки. Останутся лица, голоса, переулки...
Глава про Поварскую улицу. Название говорит само за себя. Там жили повара, которые кормили и царей, и простых людей. Один из них, крепостной, придумал соус, который потом назвали «бешамель» (шучу, но могло быть и так). Юлия рассказывает, где стояли дома, где были дровяные печи, и как из-за одного неверного движения поварёшки могла начаться драка. А потом даёт рецепт кулебяки с визигой. Визига — хорда осетра. Вы такое пробовали? Я нет. Но теперь хочу.
Или глава про Арбат и его переулки. Там не только поэты, художники и музыканты. Там были булочные, где пекли сайки с изюмом. Это такие маленькие пышные булочки. Их подавали к утреннему чаю. Рецепт потерян? Нет. Юлия нашла его у потомка одного пекаря. Тот рассказал, что секрет был в особой закваске, которую держали в тайне, и передавали по наследству вместе с фамилией.
Вот это я называю историей. Не даты, не имена генералов. А тесто, которое поднималось в холоде, потому что так делал прадед.
Не буду писать, что книга «меняет сознание» или «переворачивает представление о городе». Она даёт вам повод остановиться. Выйти на улицу, поднять голову и заметить, что вон тот дом с лепниной не просто сталинка. Там, на первом этаже, когда-то была кондитерская. И шоколадные конфеты делали по рецепту, который привёз обрусевший француз. И их запах разносился по всему кварталу.
Или пройти по Мясницкой и представить, как возили мясные туши, как пахло кровью и пряностями, и как одна вдова торговала пирожками с требухой, и её пирожки хвалил сам Чехов. (Чехов ли? Евдокимова не утверждает, но легенда красивая.)
Книга не заканчивается финальным аккордом. Она просто обрывается, как прогулка, которую прервал дождь. Вы закрываете последнюю страницу и понимаете: холодильник пуст. И хорошо бы сходить в магазин за гречкой и грибами. А заодно посмотреть на тот переулок, где по средам, говорят, до сих пор продают квас из бочки.
Юлия Евдокимова не пытается вас чему-то научить. Она просто берёт за руку и ведёт по Москве, которая пахнет сдобой и чуть-чуть приключениями.
Ставлю книгу на полку рядом с кулинарными справочниками. Но достаю не за рецептами. А за чувством, когда чужой город становится почти родным. Потому что в нём есть что-то съедобное, тёплое и очень человеческое...
P.S. Там есть рецепт брусничного пирога. Я его испёк. Получилось относительно хорошо, пахло ягодами и корицей. И мне показалось, что я живу в самой домашней Москве. Хотя живу я далеко от столицы, в провинции. Но это неважно. Важно, что было вкусно.
#какузнатьнастоящуюмоскву #уютвбольшомгороде #ностальгияпопростому #непутеводительаистория #гастрономическийтуризм #еда_города_истории