Глава 43
Три месяца пролетели незаметно — в кормлениях, укачиваниях, бесконечных стирках и коротких урывках сна.
Анна стояла у окна в гостиной с чашкой уже остывшего чая и смотрела, как Дима возится в зимнем саду. Он соорудил там небольшой манеж и теперь пытался уложить Машу спать на свежем воздухе. Маша, разумеется, не спала — размахивала ручками, гукала и пыталась ухватить папу за нос.
— Сдаюсь! — крикнул Дима, поднимая дочку на руки. — Она не хочет спать!
— Дай сюда, — Анна вышла на крыльцо, забирая Машу. — Иди работай, я сама.
— Ты и так всю ночь не спала, — возразил он. — Давай я ещё попробую.
— Дима, у тебя заказ сдавать через месяц. Иди в мастерскую.
Он вздохнул, поцеловал сначала Машу, потом Анну и поплёлся в свою мастерскую — маленький домик, который они построили рядом с основным, чтобы Дима мог работать, не отрываясь от семьи.
Анна осталась на крыльце с Машей на руках. Дочка смотрела на неё огромными синими глазами — такими же, как у Димы — и улыбалась беззубым ртом.
— Ты чего не спишь, маленькая? — шептала Анна. — Солнышко светит, птички поют, пора бы и поспать.
Маша в ответ загукала и потянулась к маминым волосам.
— Ладно, не хочешь — не надо. Пойдём, покажу тебе озеро.
Она спустилась к воде. Озеро уже давно освободилось ото льда, и теперь по его гладкой поверхности бегали солнечные зайчики. Маша смотрела на блики заворожённо, пыталась поймать их ручками.
— Красиво, да? — спросила Анна. — Это наш дом, наше озеро. Ты здесь вырастешь.
Маша икнула и уставилась на пролетающую мимо стрекозу.
— А это стрекоза, — комментировала Анна. — Летает, жужжит. Не бойся, она маленькая.
Они просидели у воды почти час. Маша в конце концов уснула — прямо на руках, уткнувшись носом в мамино плечо. Анна осторожно перенесла её в дом, уложила в кроватку и обессиленно рухнула в кресло.
— Господи, — прошептала она. — Ну и денёк.
Телефон зажужжал. Ленка.
— Привет, мамочка! Как вы там? — защебетала подруга.
— Живы, — усмехнулась Анна. — Маша только уснула. Я мечтаю о чашке горячего чая.
— Сиди, я приеду! Через час буду, с пирожными и сплетнями.
— Лен, не надо...
Но Ленка уже отключилась.
Анна улыбнулась. Ленка приезжала почти каждую неделю, привозила гостинцы, помогала по дому и болтала без умолку. Иногда это утомляло, но чаще — спасало от замкнутости и однообразия.
Через час Ленка действительно ворвалась в дом с огромной коробкой пирожных и бутылкой шампанского.
— Так беременным же нельзя, — напомнила Анна.
— А ты не беременная уже, — отрезала Ленка. — Кормящим можно немного. И вообще, тебе надо отдыхать и радоваться жизни.
— Я радуюсь, — возразила Анна. — Просто устаю.
— Это нормально, — Ленка уже хозяйничала на кухне, заваривая чай. — Все мамы устают. Но ты не забывай, что кроме мамы ты ещё женщина. И архитектор. И просто человек.
— Знаю, Лен. Просто пока не до этого.
— А надо, чтобы было до, — наставительно сказала Ленка. — Иначе сойдёшь с ума от быта.
Они сидели на кухне, пили чай с пирожными, и Ленка рассказывала новости. На работе, в городе, в мире. Анна слушала вполуха, поглядывая на монитор радионяни — Маша спала.
— ...а он говорит: "Я не готов к серьёзным отношениям", — тараторила Ленка. — Представляешь? Три месяца встречались, а он не готов!
— Мудак, — машинально ответила Анна.
— Вот и я говорю! — обрадовалась Ленка. — Короче, послала я его. Надоели эти недомужики.
— Найдётся твой, — улыбнулась Анна. — Обязательно.
— Найдётся, — вздохнула Ленка. — Но пока что я буду наслаждаться свободой. И нашей Машей.
Она заглянула в детскую, постояла над кроваткой, умиляясь.
— Ань, она такая красивая, — сказала Ленка. — Ты счастливая.
— Знаю, — ответила Анна. — Очень.
Вечером, когда Ленка уехала, а Маша снова уснула, Анна заглянула в мастерскую. Дима стоял у скульптуры — новой, ещё не законченной. Анна замерла на пороге.
Это была Маша. Нет, не портрет — скорее, чувство. Маленькая девочка, тянущая руки к небу, к звёздам, к чему-то большому и светлому. И рядом — женская фигура, обнимающая её. Анна.
— Дима, — выдохнула она.
— Нравится? — обернулся он.
— Это... это невероятно. Ты работал над этим всё это время?
— Урывками, — кивнул он. — Когда Маша спала, когда ты спала. Хотел сделать подарок к её первому дню рождения.
— Ещё девять месяцев, — улыбнулась Анна.
— Успею, — уверенно сказал он. — Главное, что есть идея. И есть вы.
Он подошёл, обнял её, испачканными в глине руками.
— Ты гений, — сказала Анна. — Мой гений.
— А ты моя муза, — ответил он. — И Маша — наше вдохновение.
Они вышли из мастерской, сели на крыльце. Солнце садилось за озеро, окрашивая воду в розовый цвет.
— Скучаешь по работе? — спросил Дима.
— По работе — нет, — честно ответила Анна. — А вот по себе — иногда.
— По себе?
— Ну, по той Ане, которая что-то решала, куда-то бежала, что-то строила. Сейчас я только мама.
— Ты не только мама, — возразил он. — Ты — всё. Но если хочешь вернуться к проектам — я поддержу. Наймём няню, я буду сидеть с Машей. Ты должна быть счастлива.
Анна посмотрела на него долгим взглядом.
— Правда?
— Правда. Твоё счастье — моё счастье.
Она прижалась к нему, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Я подумаю, — сказала она. — А пока — просто побудем здесь. Вместе.
— Вместе, — согласился он.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой Канал МАХ